Души (ЛП)

Эхо не захотел их обсуждать.
— Армия специально отобранных жнецов, которые охотятся за конкретными душами для богини. Эхо был одних из них до недавнего времени. Они знают, где мы прячемся, как мы прячемся, и могут почуять нас, как только проходят через портал. А ещё есть ведьмы, которые могут определить наше местоположение. Не говоря уже о подростках, пересмотревших сериалов и решивших, что тыкать в нас железками — это клёво.
Я поморщилась.
— Прости.
— Да ладно. Ты не нападала на меня, только грозилась. А вот благодаря тебе я обрёл покой, пускай и временный.
Надеюсь, что не временный.
— Как ты умудрился выживать столько лет? И почему ты не высасываешь жизнь из живых?
Он хмыкнул.
— Высасывать жизнь... Умеешь ты подбирать слова. Я перестал использовать людей в качестве сосудов. Это стало походить на зависимость; мне не нравилось то, как я чувствовал себя, находясь вне кого-то.
— То есть ты постоянно жил то в одном теле, то в другом?
— Неее. Поначалу я прятался в пустых пещерах и лесах, скрываясь от людей, но потом мне захотелось быть к ним поближе, и я перебрался на склады, заброшенные дома, общественные места. Только потом я узнал о возможности вселения. Потерянные души редко объединяются в группы, но иногда наши пути пересекаются, и мы обмениваемся информацией. Я начал вселяться в диких животных, затем в домашних. Смертные обожают своих питомцев. Приятно быть любимцем, но животные — ужасные сосуды. Гоняться за своим хвостом, приставать к чьей-то ноге или сходить с ума из-за всяких запахов — не моё.
Я расхохоталась.
— Уверена, ты был отличным пёсиком.
— Отвратительным. Собаки не способны сопротивляться одержимости, и мне было очень их жаль. Я перешёл обратно на дикий животных, но спустя несколько веков всё же не удержался. Тяга к смертным была непреодолима, а я слишком ослаб.
Я припарковалась у дома престарелых "Лунная терраса", но не стала выходить из машины, а ждала продолжения истории. У меня в запасе есть ещё семь минут.
— Я попробовал вселиться в смертного, и это было потрясающе, лучшее чувство на земле. Я мог есть настоящую еду, чувствовать, любить. Мне был плевать на переживания женщин из-за изменившегося поведения своих возлюбленных. Я скакал из одного смертного в другого. Старался лишь держаться подальше от семейных мужчин...
Он замолк.
— И только спустя много лет пришло осознание того, чем я стал, — печально добавил он. — Я ходил в теле смертного месяц. Когда не использовал сосуд, то влиял на всё вокруг. Людей. Растения. Животных. Я ненавидел себя за то, чем стал. По сути — это настоящее чудо, что я смог вернуть себе человечность. Эм, ты не опоздаешь?
— Не переживай, не опоздаю, — ответила я. — И что же помогло тебе измениться?
— Риз и Нара здесь. Вообще-то они преследовали нас с того самого момента, как ты вышла из дома.
Я даже не заметила. Они стояли на пороге дома престарелых. Мне безумно хотелось получить ответы на свои вопросы, но я правда рисковала опоздать. Потянулась за пирогом на заднем сиденье.
— Пообещай мне, что мы продолжим этот разговор, хорошо?
— Да-да, мисс Джеймисон.
Я схватила телефон, взяла пирог поудобнее и закрыла машину бедром. Резкий вой сирены пронзил воздух. Машины скорой помощи постоянно приезжали в дом престарелых, поэтому я не обратила внимания. У стариков много всяких болячек, часть из них могут привести к летальному исходу. По всей видимости, мы потеряли ещё одного подопечного.
Когда я подошла к Ризу и Наре, машина с сиреной остановилась позади меня. Я отошла в сторону, пропуская медработников в здание. Оглянулась на Нару, затем на Риза, и что-то на их лицах насторожило меня. Не успела я спросить, что происходить, как появились ещё два гримнира, которых я видела в школе. Грудь сковал страх.
— Ребят, что происходит? — спросила я, забыв, что только я их вижу.
 18. ОНА ВЕРНУЛАСЬ! 
— Иди внутрь, Кора, — сказал Риз.
Я окинула взглядом парковку, но не заметила ни одной тёмной души.
— Они здесь? — прошептала я.
 
— Просто зайди, — скомандовал Риз.
— Да иди ты уже, ради богини! — воскликнула Нара. — Твоя подруга умирает.
Я уставилась на неё округлившимися глазами.
— Что?
— Пожилая леди, — нетерпеливо добавила Нара. — У неё только что случился сердечный приступ.
Миссис Джепсон. Вот чёрт! Я вбежала в здание, как раз когда медики катили её через фойе. Она лежала неподвижно, лицо посерело. Я стояла рядом с медсёстрами и работниками дома престарелых и беспомощно смотрела, как её везут к выходу.
Женщина за стойкой регистрации выкрикнула кому-то:
— Дочь не берёт трубку!
Я пихнула пирог в руки ближайшей сиделке.
— Передайте это капитану Джеральду и мистеру Ридсу. — Я развернулась к медикам, приехавшим на скорой. — Я могу поехать с ней?
— Родственница?
— Нет, близкая подруга. Местные подтвердят. — Я указала на стойку регистрации. — Она не слушает никого, кроме меня.
— Мисс, это не причина...
— У меня есть другой номер Лорен, — соврала я, не сводя глаз с миссис Хайтауэр — главной сотрудницей дома престарелых из присутствующих. — Она ответит на мой звонок. — Ещё одна ложь. Я знала только её место работы и то, что её мать ей гордилась. — Я просто хочу быть рядом с миссис Джепсон, чтобы она не испугалась, когда очнётся в незнакомом месте, а вокруг — одни незнакомые лица.
А вот это было правдой.
Миссис Хайтауэр кратко кивнула выбежала из здания следом за медиками. Я поспешила за ней, уловив конец её предложения.
— ...привязана к ней. К тому же у неё больше шансов дозвониться до её дочери. Мы, конечно, тоже продолжим пытаться.
— Ладно, миссис Хайтауэр, — сказал один из медработников, помогая коллеге затащить каталку с миссис Джепсон в карету скорой помощи. Повернув голову ко мне, он бросил:
— Заходи.
А сам поспешил к водительскому сиденью.
Наши с Ризом взгляды встретились.
— Я поеду с ней в больницу.
Медик, фиксировавший каталку, подумал, что я обращаюсь к нему и поднял глаза на меня.
— Я понял, — сказал он, с любопытством глядя на меня. — Залезай внутрь и закрой за собой дверь.
Когда я забралась в скорую, Риз и Нара запрыгнули следом. Там было очень тесно. Но если медик и удивился тому, как близко я села к нему, когда там была целая скамейка, то не показал этого. Взаимодействовать с невидимками так, чтобы не вызывать подозрений, это искусство, которым я ещё не овладела в полной мере.
Я схватилась за ручку, прикрученную к стене, чтобы удержать равновесие. Резкий старт никак не сказался на Ризе и Наре. Сотрудники же мастерски работали на ходу, пока машина петляла по дороге и спускалась по крутому склону. Бедная миссис Джепсон выглядела неживой. Серая кожа, синие губы. Ей на палец надели прибор для измерения уровня кислорода, на руку натянули тонометр, проверявший давление, а рот и нос накрыли кислородной маской.
— Она не выживет, — прошептала Нара Ризу.
— Она выживет! — выпалила я.
Медик снова подумал, что я обращаюсь к нему, и вскинул брови.
— Ведь так? — сымпровизировала я.
Его лицо ничего не выдавало.
— Как тебя зовут?
— Кора.
— Учишься на сестринское дело?
— Нет, я старшеклассница, волонтёр.
Он кивнул.
— Я вижу, что ты очень переживаешь за миссис Джепсон, Кора, но, учитывая её возраст и состояние, сложно что-то обещать.
— Он прав, — вклинилась Нара. — Она...
— Заткнись! — Медик остановился и посмотрел на меня прищуренным глазами. — Ой, простите. Я хотела сказать: не торопитесь с выводами. — Это было совершенно неубедительно. — Она должна поговорить с дочерью, пока... эм, ей не стало хуже. Или они обе об этом пожалеют.
Я прожгла взглядом Нару. Та ухмыльнулась.
— С чего бы им жалеть об этом?
Я проигнорировала её, сосредоточив внимание на миссис Джепсон.
— Это одна из твоих подопечных? — не унималась Нара. — Я не знала, что ты ещё и смертным помогаешь.