Кодекс Охотника. Книга ХХ (СИ)

Пошёл проведать двух освобождённых.
Всегда знал, что два воина найдут общий язык. Вокруг лежала куча разбросанных упаковок сухпая. Учёный интеллигентно жевал, аккуратно отпивая горячий сладкий кофе из кружки. А вот воин, разрывая зубами очередную упаковку, с интересом следил за Волком, который прямо тут разобрал винтовку, показывая её устройство.
Насколько я понял, уровень технологий в том мире исключал такой современный огнестрел. Может там мушкеты были, но это не точно. Но воин всегда остаётся воином. И видимо ему стало интересно.
Убедившись, что они доели, я устроил короткий допрос. Первое, что меня интересовало — это метка Неназываемого, и как, собственно, они очутились в ковчеге.
Оказалось всё просто. В их мир пришла Скверна. Весь их мир почти был уничтожен. Благодаря Ордену Пространства они договорились об эвакуации в другой мир. Вот только в тот момент, когда всё оставшееся население собралось в одном месте, ожидая открытия портала, в мир пришёл сам Неназываемый, и началась бойня. А Пространственники то ли не смогли, то ли не захотели выполнять свое обещание.
Ну, а потом случилось странное. Их правители просто надёргали выбранное количество избранных людей со своих королевств и приставили их к одному странному мужчине, которому заплатили, дабы хоть кто-то из цивилизации их мира выжил.
Ни Ронан, ни Мазель — так звали учёного, — не знали, что это за человек. Они были одни из первых, кого погрузили в кристалл Архитекторов. Собственно, сказать они ничего не могли. Последнее, что они поняли, это крики и вопли умирающих вокруг людей, которые погибали ради того, чтобы дать шанс наследию того Мира уцелеть.
Так или иначе, но они достигли своей цели — люди выжили. А что с ними делать… Ну, это предстоит решить лично мне. По крайней мере, идея выбросить их в какой-то другой мир уже не казалась мне хорошей. Люди достаточно настрадались. А что такое тридцать пять тысяч для баронства Галактионова? Это внушительное число. А что такое тридцать пять тысяч для будущего королевства Галактионова? Это может быть неплохим первым шагом.
В общем, я сказал Волку доставить спасённых к ним в казарму и присматривать, пока я не решу, что делать дальше. Собственно, с самой тюрьмой тоже нужно определиться — если я приму решение о разморозке, то надо дать распоряжение Духу. Затем нужно подумать, что делать с Отстойником. Да и простых заключённых перекличку нужно провести, и понять, кто там скрывается ниже девятого этажа.
Дела, дела, одни дела…
В последнее время я уже опасно близок к той ужасной границе между нагибанием и превозмоганием, и очень мне не хочется её переступать. Поэтому, когда я завалился домой, то громко хлопнул ладоши.
— Ну что, блохастая, пойдём погуляем!
— Сам дурак! — раздался у меня в голове голос Карамельки. Не любила она, когда я так её называю, но при всём при этом в ее ментальном голосе была определённая радость.
— Иди сюда, я тебя поцелую! — кивнул я своей пантере, и та благосклонно подошла ко мне, подставив макушку.
— А меня? — ревниво раздался голос Анны.
— Иди целуй жену, чего замер? — раздался насмешливый голос мудрой пантеры.
Я рассмеялся и также обнял супругу.
— Собираешься куда-то? — невинно поинтересовалась Аня.
— Да так, Карамельку выгуляю.
— Кто кого выгуляет… — раздалось в голове, что заставило меня ещё раз улыбнуться.
Но я всё-таки поправился.
— Прогуляемся, обещал. Но к ужину буду. Как у нас дела?
— Всё по плану. Катя с разломщиками в Разломе.
— С деньгами у нас, наконец-то, всё в порядке? — широко улыбнулся супруге.
Я увидел мучительную работу мысли на лице моей супруги. Происхождение не давало ей ни единого шанса расслабиться, кивнуть головой и подтвердить моё предположение. Она всего лишь улыбнулась и сказала.
— Денег никогда не бывает достаточно.
— Вот как? — улыбнулся я. — Хорошо. А насколько от этого недостижимого уровня «достаточно» и уровня «полный банкрот» находится благосостояние нашего Рода?
Аня секунду задумалась.
— Примерно посередине, — увидев мой скептический взгляд и широкую улыбку, она всё-таки позволила себе слегка улыбнуться. — Ну, возможно чуть выше.
 
— Моя ж ты… рачительная жена, — чмокнул я её в щёку.
— Звучит, как оскорбление! — нахмурилась девушка.
— Даже не думал тебя обидеть! — замахал руками я, и быстрым шагом вышел из дома, свистнув, призывая Карамельку.
Я снова был опасно близок от финансового диспута с моей супругой, в результате которого выяснилось бы, что я полный нищеброд, и денег катастрофически не хватает. Аня такая… В финансовых вопросах она шутить не любит.
— Кого с собой возьмём? — деловито поинтересовалась Карамелька.
— Никого, вообще, никого.
Я покосился в сторону Затупка, который лежал на пороге с яблоком, заинтересованно прислушиваясь к нашему мысленному разговору. Да, да, мне казалось, что он и мысли читает. Увидев, что я смотрю, он по привычке отвёл взгляд.
— Я же обещал — только ты и я, как в старые времена. Я тебе скажу больше, — улыбнулся я, — сегодня мы пойдём в Муравейник.
Сказано — сделано. Наше нынешнее посещение очень сильно отличалось от моего первого визита сюда, когда я был молодым курсантом-истребителем с белым кольцом. Сейчас Абсолюта Галактионова знал любой Истребитель Империи. А мой «Буревестник» с мордой медоеда знали и простые люди, как минимум, в Иркутской области. А в связи с моей демонстрацией в Императорском дворце, думаю, что и вся Империя тоже.
Здесь тоже всё поменялось. Не было восторженных толп юных Истребителей-вчерашних курсантов, которые оттачивали навыки. Фактически, народу стало в разы меньше. И это понятно — Арктика и войны отвлекали внимание Истребителей.
Мимо деловито прошла дежурная группа, поприветствовав меня. Из того, что я знал, ходили сюда за определёнными ингредиентами — из одного вида муравьёв, точнее, из их яиц готовилось регенерирующее зелье, которое в условиях войны было на вес золота. Вот, собственно, за ним и ходили. Находились они неглубоко — собирались с белых муравьёв, и на нижние уровни давно никто не захаживал. Уровень угрозы прорыва достигал уже 9 единиц из 10 возможных. И Архип очень беспокоился по этому поводу.
Поэтому я решил убить двух зайцев. Хотя, о чём я? Трёх зайцев — выгулять Карамельку, помочь старому другу, а ещё выполнить заказ Красивой. В принципе, при желании, я думаю, что мог бы закрыть муравейник полностью. Да, это было бы долго, но это возможно. Но как раз против этого Архип был категорически против — уж слишком ценные у муравьёв были ингредиенты. Поэтому мне всего-навсего нужно было уменьшить популяцию и выполнить просьбу Красивой.
Когда маленький муравей странного цвета хаки сел к нам в «Буревестник» около Горы, куда мы заскочили, Карамелька неодобрительно посмотрела на меня.
— Ты же сказал, что мы идём одни?
— А я имел ввиду из разумных. Это ищейка, мозгов у него нет, но зато он приведёт туда, куда нам надо.
Это действительно было так. Поставив муравьишку на землю, тот живо рванул вперёд, фактически подпрыгнув, когда поводок натянулся и дёрнул его назад. Да, да, я надел на него обычный ошейник и поводок, потому что бежать он будет в нужном направлении до посинения, а учитывая его размер, ничего не мешает ему скользнуть в какую-то щель, оставив меня с носом.
— Милый пёсик, — прокомментировала Карамелька. — И как ты собираешься сражаться, и одновременно удерживать эту «собачку»?
— У меня есть поводырь, — улыбнулся я, и из тени тут же вывалился Шнырька. Я ему передал рулетку. — Крепко держи и не отпускай!
— Ш-ш-шука — ш-ш-шобака… — буркнул мелкий. — Морош-ш-енку н-н-нада!
— Будет тебе мороженка, мелкий вымогатель. Давай, пошли!
Муравей рванул вперёд, несмотря на то, что он реально был размером с небольшую собачонку. Весил он, примерно, как Шнырька.
— Ш-ш-шука, ш-ш-штой! — заорал мелкий, когда его дёрнуло вперёд, и он неожиданно впечатался в стену.