Э(п)рон-2 (СИ)
— … три… две… активировать шлюзование?
— Валяй.
— Процесс успешно завершен, капитан Заварзин.
— Выведи гостей на схему, и их лоханку тоже не забудь. Можешь уже к компу подключиться?
— Ответ положительный, капитан Заварзин.
— Только не синхронизируйся, пусть и дальше у нас преимущество будет.
— Есть, сэр. Вам удобнее схему, или видео с камер?
— Давай комбинированную картинку.
— Процесс активирован. Процесс завершен.
В виртуальности по воле мини-гекса сформировалась трехмерная модель «Набата» без заливки цветом, но с россыпью разноцветных точек по разным уровням: зеленая в ходовой рубке, желтая на борту «гостя» и еще шесть красных в стыковочном отсеке, а конкретнее, в шлюзе — Кумо как раз запустил процедуру дезинфекции, и столпившиеся в небольшой клетушке дойчи вынужденно терпели экзекуцию. По полной программе, между прочим — с жестким излучением, кислотой и перегретым паром. Камера в шлюзе имелась, но ввиду очевидных причин картинку давала очень невнятную, поэтому пришлось ждать завершения обработки, чтобы рассмотреть гостей во всех подробностях.
Последние не замедлили появиться, стоило лишь абордажной группе вывалиться из шлюза и рассредоточиться по короткому коридору, ведшему к развилке с развязкой по уровням. Собственно, я этот шлюз выбрал, чтобы не заставлять гостей шататься по лишенному после пуска понтонов атмосферы ангару, да и тупо удобней — из него можно было без особого напряга и блужданий добраться и до ходовой рубки, и до жилого сектора. К вотчине энергетика же доступ был предельно затруднен, ибо нефиг. Надо сказать, пришельцы сориентировались довольно быстро, и покуда разделяться не стали — перли стандартной «звездой»: двое впереди, один сзади, а в середине — главный с парой телохранов по бокам. Н-да, целая делегация! И если пятерых я без труда идентифицировал — судя по одинаковой броне и типовому вооружению, легкая штурмовая пехота Протектората Дойч (очень мало, кстати, изменившаяся за сорок лет, если глазам верить), то главный заставил задуматься. Броня… да какая, на фиг, броня! Обычный флотский скафандр повышенной защиты с соответствующим ресурсом систем жизнеобеспечения, из оружия — плазмер в кобуре, причем даже на вид игрушечный. Не в смысле имитация, а слишком уж маленький и несолидный. Оружие высших чинов, больше статусное, чем практичное. Это кого же ко мне принесло? Знаков различия не видно, забрала поляризованы… но точно дойчи, инфа сто процентов.
— Кумо, можешь перехватить их канал?
— Не получается, сэр. Нестандартная кодировка, расшифровке не поддается. На выходе только помехи и бессмысленные наборы звуков. Необходима синхронизация с их сетью, капитан Заварзин.
— Ладно, обойдемся, — с сожалением буркнул я. — Не вздумай синхронизироваться без приказа. Это сейчас самое главное.
— Принял, капитан Заварзин. Может, показать им дорогу?
— Думаешь, сами не найдут?
— Сэкономим время.
— Да я никуда и не тороплюсь… верно, кэп?
— Ага. Пусть сами ищут. Если даже этого не смогут, то смысл с ними вообще разговаривать, э?
— Согласен.
— Алекс, а ты не слишком ли беспечен?
— Нормально. Не переживай, кэп, у меня есть, чем их встретить.
Снова пошарив по боковине кресла, я извлек на свет божий… банальнейший пакет из супермаркета, из которого, чуть повозившись, достал довольно большой пищевой контейнер. Знаете, такой пластиковый, с крышечкой… и пристроил за неимением полочки на собственных коленках. Потом снял крышку и удовлетворенно полюбовался десятком плотно уложенных «биллиардных» шаров, отличавшихся от оригиналов отсутствием номеров и материалом, в котором с первого взгляда угадывался гексаподский хитин. Да-да, вы не ошиблись — те самые фальшивые «голопроекторы», какими я уже очень давно (кажется, в прошлой жизни) пудрил мозг Айвену. Оказывается, их и «Спрут» умел синтезировать, нужно было лишь соответствующий запрос Рин-тян дать. Классная вещь, очень хорошо себя зарекомендовала в разборке с Готти. И, самое главное, относительно безопасная для использования в корабельных отсеках.
— Ха, никак добрались!
— Ты слишком к ним придираешься, кэп, — ухмыльнулся я, не сводя глаз с кучки красных точек, столпившихся у люка ходовой рубки. Естественно, с внешней стороны. — Довольно вежливые господа, двери пока что не взрывают… пытаются вскрыть программно. Ведь пытаются, Кумо?
— Так точно. Уже двадцать секунд. И я с трудом сдерживаю атаку, сэр. Они используют что-то специализированное и очень мощное для таких размеров.
— Ну да, военный «ломщик», — подтвердил я, покосившись на картинку с камеры.
Как раз в этот момент подразделение слаженно решало задачу по проникновению в заблокированное помещение: двое контролировали тыл, вторая пара — фланги, а пятый штурмовик, рядом с которым торчал главный во флотском скафандре, склонился над небольшим, но довольно массивным приборчиком, явно снабженном виртуальным интерфейсом.
— Это серьезно, симатта! Могут и замок коротнуть.
— А вот это ни к чему… — Я крутнулся в кресле, чтобы оказаться лицом к двери, выудил из контейнера один шар и приказал: — Кумо, открой.
— Процесс активирован, капитан Заварзин.
Надо сказать, сюрприз удался. Я это прочитал по лицу флотского, умудрившегося усилием воли остановить руку на полпути к кобуре, благо тот уже отключил поляризацию забрала. Штурмовик-взломщик тоже, а вот остальные так и красовались матовой чернотой вместо физиономий. А еще стволами серьезных плазмеров — тоже штурмовых, не чета моим пукалкам. И направленных, что характерно, прямо на меня. Жерла, блин! Огромные и глубокие, аж до испарительных камер видно.
Впрочем, после стемсилоида меня уже ничто не могло не то что напугать, а, скажем так, даже удивить. И хоть сердце бешено застучало, а по мозгам ударил адреналиновый выброс, я постарался сохранить приветливость в голосе. Ну и еще самую располагающую улыбку на роже изобразил. И все это, небрежно поигрывая «биллиардным» шаром. Ну а потом, вдоволь полюбовавшись открывшейся скульптурной группой «Изумление», обратился к гостям на дойче:
— Приветствую вас на борту «Набата», господа. Я смотрю, у вас накопилось множество вопросов?..
-//-
Надо сказать, флотский сумел взять себя в руки довольно быстро, хоть с первого же момента и прикипел взглядом к моей цацке… а, ну да — и еще к целому десятку таких же в пластиковом контейнере. А вот в лице он почти не изменился — моргнул, дернул уголком губ, и натянул маску невозмутимости. Я бы даже сказал, этакой лощеной небрежности, как и подобало офицеру флота его величества кайзера. Да и тон выбрал соответствующий — холодно-уверенный, с толикой любопытства. А вот первая его фраза меня порядочно удивила, и вовсе не потому, что я не очень доверял своему знанию немецкого:
— А вы уверены, что с этой… штукой стоит так небрежно обращаться, герр?..
— Алекс Заварзин. Капитан Алекс Заварзин, — отозвался я, проигнорировав первую часть вопроса.
Признаться, я растерялся, хоть вида и постарался не подать. Это что же получается, этому флотскому хлыщу прекрасно известно, что на самом деле представляют собой невинные «биллиардные» шары? Откуда, интересно?..
— Симатта! А он явно много знает! — подлил масла в огонь кэп. — Слишком много.
Гость его, естественно, не слышал — Кумо автоматом отсекал канал от внешних динамиков шлема. Впрочем, мне отвечать чревато — забрало прозрачно, не дай бог, дойч по губам читать умеет. Так что придется мимику задействовать. Да что там, уже задействовал — дернул щекой, мол, отцепись, кэп, и без тебя тошно. Получилось вроде бы удачно — и Рин перестал нудеть, и посетитель на свой счет не принял.
— Стесняюсь спросить, — намекнул я после небольшой паузы, вздернув бровь. И подкинув «шарик» выше, чем обычно. Правда, поймать не забыл.
— Собственно, что же это я! — делано засуетился флотский. — Разрешите представиться: корветтен-капитан Ульрих Ценкер, третий помощник на крейсере «Эмден». И прошу вас, герр Заварзин, не нужно шуточек насчет моей фамилии и названия корабля.