Каттер (ЛП)

Он больше не твой, Мейси. Иисус, если бы кто-нибудь знал, какие эмоции я сейчас испытывала. Я ощущала себя человеком с расстройством личности. Ни чего из этого не имело для меня смысла. Я не должна была хотеть его. Я позволила ему уйти той ночью. Он говорил, что любит меня, а я не остановила его, когда он молча выходил через дверь домика у бассейна его родителей. И все же, я сидела здесь и не хотела, чтобы кто-то другой им обладал. Особенно Дана «пустое место».
Тяжело вздохнув, я смирилась с тем фактом, что мой план поговорить с Доджером вылетел в трубу. Я была готова рассказать ему все, независимо от последствий, но я даже и близко не была готова иметь дело с Даной в довершение ко всему. Даже если бы она не сказала мне и слова, одного её грёбаного присутствия было бы достаточно, чтобы заставить меня в одно мгновение потерять самообладание. Мои плечи поникли. Этот разговор вообще когда-нибудь произойдёт? Я не могла утверждать с уверенностью, что снова найду в себе силы решиться все рассказать.
— Пора домой, — проворчала я себе под нос.
Помедлив ещё пару секунд, в последний раз взглянула в окно, и отвернувшись, нажала на педаль газа. Ну, и замечательно, это решение будет моим и только моим.
***
Пришло время решиться на любой из вариантов. Я больше не могла откладывать. Каждую минуту своего бодрствования, я обдумывала свой следующий шаг и потихоньку сходила с ума. Я чувствовала всю тяжесть мира на своих плечах. Ангел и демон, кричащие о том, чтобы я сделала выбор в пользу одного из них.
Вся ситуация начала меня раздражать, и я понимала, что сама поставила себя в такое затруднительное положение. Да, я была в курсе, что нужны двое, чтобы танцевать танго. Но все же, я сама была виновата в том, что наплевала на свои же правила, решив именно тогда жить моментом. Мне необходимо было повзрослеть и определиться с тем, какой жизнью я хотела жить. Мне потребовались пара дней, несколько пинт мороженого, три сезона «Анатомии Страсти», и я, наконец-то, приняла решение.
Я решила оставить ребенка. Дело свелось к одному: внутри меня росло живое существо, у которого было сердцебиение и маленькие пальчики на руках и ногах. Эта крошечная жизнь была моей частью, и, в любом случае, хотела я признавать это или нет, она была и частью Доджера тоже. И вот так, незаметно для себя, я полюбила её. Этот ребенок собирался перевернуть мою жизнь вверх тормашками, и я абсолютно не была к этому готова. Но деваться было некуда. Поэтому, материнство — жди меня. Я была уверенна, что совершу кучу ошибок, но мне было плевать. Я должна была сделать это.
В тот момент, когда я приняла окончательное решение, я поняла, что должна поделиться с кем-то своим секретом. Сохранять беременность в тайне оказалось тяжело. Не говорить ни одной живой душе, я больше не могла. Самый понимающий человек на свете, которого я знала, — была моя лучшая подруга, и я была уверена, что она будет счастлива все узнать. Она встанет на мою сторону и не осудит меня. Поэтому я решила отправить ей смс.
Я: Привет, занята сегодня вечером?
Киг: Собираюсь в магазин. Что-то случилось?
Я: Сможешь потом заехать ко мне? Нужно кое-что, тебе рассказать.
Киг: Все в порядке?
Я: Да. Объясню, при встрече.
Киг: Хорошо.
Я положила телефон на кровать рядом с собой и выдохнула. Хорошо, дело было сделано. Отступать было некуда. Тогда я испугалась и не стала все рассказывать Доджеру. Сегодня вечером я не собиралась совершать ту же ошибку. Я знала, что почувствую себя в тысячу раз лучше, если доверюсь кому-нибудь, поэтому должна была сделать это.
Я стояла на кухне своих родителей и в течение следующего часа обдумывала то, что скажу Киган. За это время мне удалось съесть несколько кусочков ананаса, чей запах по непонятным причинам не могла выносить всю прошлую неделю.
Смотреть телевизор я была не в настроении, мне захотелось немного вздремнуть, и это было не из-за ребёнка. Я всегда любила поспать. Направившись в гостиную, я прилегла на гигантский диван, который, могу поклясться, был лучшим диваном для дремоты на свете, и сон сморил меня.
Я проснулась в полнейшем замешательстве, от звонка дверь. Где я, чёрт возьми? Ох, дерьмо, это должно быть Киган. Потирая свои уставшие глаза, я опустила ноги на пол и встала. Направляясь к двери, пыталась прийти в себя и подготовиться к предстоящей беседе. Пожалуйста, Боже, пусть все пройдёт хорошо.
Когда я открыла дверь, то меня встретили яркие глаза, улыбающейся Киган, которая держала в руках два стаканчика кофе из Старбакса. Она выглядела идеально, в то время как мои волосы были в диком беспорядке, на мне не было макияжа, и я была уверена, что под моими глазами залегли тёмные круги.
— Эй, привет, солнышко. Ты что, только что проснулась?
Я фыркнула и забрала стакан из её руки. Поднеся его к своим губам, позволила горячему напитку опалить мой язык, и теплота окутала моё пересохшее горло.
— Как же хорошо.
Киган вошла в дом, и наклонившись, подцепила пальцами локон моих тёмно-каштановых волос. На ее лице отразилась смесь замешательства и отвращения.
— Дорогая, когда ты в последний раз принимала душ?
— Утром, — я замолчала, задумавшись. Нет, сегодня утром я не принимала душ, я делала это вчера, прежде чем поехать на работу. Хотя, подождите. Это было позавчера, поскольку я просила маму, принести мне полотенце, которое забыла в шкафу. Я нахмурилась, глядя в стакан. — Два дня назад.
Она засмеялась.
— Я это вижу. И с каких пор ты стала такой безразличной? Сколько лет тебя знаю, не припомню, чтобы ты ставила гигиену на последнее место.
Она была права. Моя внешность была для меня всем, но в последнее время я очень сильно уставала. Единственное, что я мола выдержать — была моя работа. Я ездила в больницу, возвращалась домой и отрубалась, просыпаясь лишь для того, чтобы пройти через все снова. Если у меня выпадал выходной, то проводила его в постели, только это предотвращало мою утреннюю тошноту.
Нуждаясь в смене темы, я развернулась и направилась в гостиную, ожидая, что Киган последует за мной.
— Ой, заткнись. Припоминаю, что несколько недель у тебя у самой был тот еще видок.
— Это было лишь потому, что я пыталась вылечить свои волосы, используя сухой шампунь, вместо каждодневного мытья головы. А у тебя чёрные круги под глазами и гнездо в волосах, — она плюхнулась на диван, обеспокоенно оглядывая меня. — Что-то происходит, давай рассказывай!
— Почему ты решила, что что-то происходит?
— Мейси, я знаю тебя, как свои пять пальцев. Мы дружим уже много лет, ты не должна сомневаться во мне или хранить от меня секреты.
Она была права. Я даже не понимала, почему начала пререкаться с ней, когда сама попросила ее приехать. Мне хотелось, чтобы она все узнала. Сделав глубокий вдох, я произнесла:
— Окей, хорошо, что ты сидишь.
Я последовала её примеру и села рядом.
Она скрестила ноги и наклонилась немного вперёд.
— То, что я сейчас расскажу, очень грандиозно, и я не хочу, чтобы ты начала беспокоиться за меня и сходить с ума, — пробормотала я, затаив дыхание. — Я уже и так достаточно сделала, чтобы самой беспокоится всю оставшуюся жизнь.
— Мейс, что бы ни случилось, я рядом.
Искренность в её голосе пробудила во мне желание просто извергнуть это. Выпустить на свет слова как рвоту, пока каждая последняя грязная деталь не оставит моё тело. Я не могла больше этого выносить. Сделав глубокий вдох, поставила стакан на кофейный столик, посмотрела Киган в глаза и сделала это.
— Я беременна, — в этом предложении, как оказалось, было не так много слов.
Так, я сказала это. Эти два слова, как предполагалось должны были прорвать плотину эмоций. Но у меня не было ни одной. Я в полной мере предполагала, что волна умиротворения прокатиться по мне из-за того, что я, наконец, рассказала кому-то о своей беременности, но ощущалось все так, словно комната превратилась в вакуум. Я нахмурила брови и наблюдала за лучшей подругой, в то время как она позволяла извергнутым мною словам впитаться. Она явно прокручивала их в своей голове, пытаясь сопоставить две не сопоставляемые вещи: Мейси и беременность. Пока она не произнесла ни звука.