Огненный поцелуй для Снежинки. Академия Семи стихий (СИ)

— Победила команда синих, — объявил Ардэльф.
Зрители разразились аплодисментами. Ко мне кинулся Дин, обнимая за плечи.
— Я знал, что твоя красная голова не только, чтобы в нее есть. Стратег, Марко, молодец!
И мне бы порадоваться вместе с приятелем, да только дурное предчувствие не хотело отпускать.
  
Глава 7.2
 
Одри 
В кабинете ректора не оказалось. На его месте сидел Коллинз с кривой ухмылкой. А в креслах напротив двое незнакомцев. Один одет в полицейскую форму, а другой в золотую рясу жрецов.
— Мисс Лайн, — начал Коллинз, разве что руки не потирая от злорадства. — Позвольте представить вам сержанта Симмонса.
Мужчина был средних лет, с крепкой фигурой и коротким ежиком темных волос. На меня он посмотрел с таким презрением, словно я заведомо была в чем-то виновата.
— И Его Святейшество жреца Орлиона, — продолжал проректор.
Жрец был уже в годах, с окладистой бородкой и густыми бровями. Он смотрел по-отечески ласково и мягко. Даже удивительно, как он попал в такую компанию.
Я почувствовала, как охранник подтолкнул меня в спину. В кабинет пришлось-таки войти.
— Здравствуйте, — с трудом выговорила я пересохшими губами.
— Не бойся, дитя, — тихо проговорил жрец и указал на свободный стул. — Присаживайся.
— Господа знают, что вы скоро будете отчислены, — пояснил Коллинз, хотя я в его подсказках не нуждалась. И так все поняла.
Повинуясь жрецу, я присела на краешек стула и сложила руки на колени.
— Видите ли… — начала я.
— Мисс Лайн, — перебил меня Коллинз.
— Нет-нет, — жестом успокоил его жрец. — Что ты хочешь нам сказать?
— Я прохожу отбор на практику в Ледяные горы. Ректор де Шарль сказал, что если меня примут, я официально останусь в академии.
Орлион мягко улыбнулся, словно услышал нечто наивное.
— Она не пройдет, — категорично заявил Коллинз. — Магия мисс Лайн слишком слабая.
— Этот правда? — поинтересовался жрец, изучая меня своими серыми глазами.
Я вздохнула.
— Это не значит, что у меня нет шанса.
Орлион снова улыбнулся.
— Как тебя зовут?
— Одри.
— Одри, мы здесь для того, чтобы все подготовить на случай, если боги рассудят иначе. Твой дар, каким бы он ни был, — это подарок богов. К нему нельзя относиться с беспечностью. Мы должны ценить и приумножать каждую частицу божественного.
Я заметила, что на этих словах полицейский скривил губы, но ничего не сказал. Он лишь продолжал сверлить меня взглядом.
— Поэтому я и хочу продолжить учебу, — упрямо ответила я.
Жрец кивнул.
— И твое желание более чем похвально. Но мы в курсе твоих денежных затруднений… Понимаешь, Одри, иногда в жизни все идет не так, как нам хочется. Но мы должны не упрямиться, а смотреть на вещи с открытыми глазами. Если боги рассудили, что тебе не суждено закончить академию, это не значит, что ты не добьешься в жизни других высот. Ты ведь веришь в богов, Одри?
На мгновение его ласковый взгляд обрел цепкость, не уступающую взгляду полицейского.
— Конечно, верю, — торопливо ответила я. И не то чтобы соврала. Хотя мне всегда казалось, что богам нет дела до простых людей.
— В таком случае, ты должна верить, что все происходит к лучшему, — заключил Орлион. — Итак, Одри, сначала нам нужно посмотреть, какая у тебя магия. Подойди.
Я поднялась со стула. Ноги были ватные и плохо слушались. С трудом сделав несколько шагов, я остановилась рядом с креслом жреца.
— Продемонстрируй нам что-нибудь, — попросил он.
Я огляделась. Чтобы показать им снег, мне нужна была вода.
— Мисс Лайн, — в голос Коллинза закрались угрожающие нотки.
Я наконец заметила возле шторы кувшин для поливки цветов. Подошла к нему и, взяв, плеснула воды себе на ладонь. Через мгновение та преобразилась в горстку белого рассыпчатого снега. Ее я и поднесла жрецу.
Мужчина коснулся моего снега пальцами и растер между подушечками, наблюдая, как тот тает. После чего поднял на меня вопросительный взгляд.
— Это все, — ответила я на немой вопрос.
— Я же говорил, ее магия слабая, — язвительно заметил Коллинз.
 
На лице жреца мелькнуло сожаление. Конечно, я понимала, что жалел он не меня, а упущенную выгоду. Много матирии с меня не соберешь, уже понятно.
— Дай руку, дитя, — попросил Орлион.
Я отряхнула ладони от остатков снега и вытянула руку. Манжет задрался, и из-под него выглянул край моей новой татуировки.
  
Глава 7.3
 
Почему-то я надеялась, что жрец что-то о ней скажет. Орлион задержал на метке взгляд лишь на мгновение, но потом никак не отреагировал. Просто взял мою ладонь в свои и закрыл глаза.
Его прикосновение было прохладным. Не сказать, чтобы неприятным, но руку хотелось убрать. Словно что-то невидимое проникало в меня, и хотелось инстинктивно закрыться.
— Да… — Орлион разжал ладони и вздохнул. — Твой дар действительно незначителен. Тем легче, полагаю, будет с ним расстаться.
Коллинз закивал. А я бы поспорила.
— У меня все еще есть шанс на практику, — упрямо проговорила я.
Хотя кто знает, может, наша команда уже проиграла?
— И мы обязаны его тебе дать, — согласился Орлион и обратился к Коллинзу: — Когда закончится отбор?
— Полагаю, осталось всего несколько дней, — ответил проректор. — Но уверен, что мисс Лайн вылетит если не сегодня, то завтра. Как только ее поставят против кого-то сильнее…
Против кого-то сильнее… Что это значит? Я буду с кем-то сражаться?
В пятках закололо от страха, и я сглотнула. Нет, Коллинз это говорил просто чтобы напугать.
— И тем не менее, — жрец повернулся ко мне. — Одри, ради твоей безопасности мы вынуждены надеть на тебя поисковый маячок.
Я вскинула брови.
— Простите, что надеть?
Сержант Симмонс поднялся на ноги и двинулся на меня. Испугавшись, я попятилась, но уперлась спиной в охранника. Оказывается, тот все это время дежурил в дверях.
— Не надо бояться, — ласково говорил Орлион, словно доктор, уговаривающий ребенка принять горькую микстуру. — Это не больно.
Полицейский грубо схватил меня за руку и дернул на себя. Его взгляд скользнул по моей татуировке, и он процедил сквозь зубы:
— Только гулящие девки себя клеймят.
— Эй, — я попыталась выдернуть руку обратно.
— Мисс Лайн, ведите себя подобающе, — не упустил случая гавкнуть на меня Коллинз.
Кажется, я уже ненавидела этого человека.
Симмонс стиснул пальцы, и я охнула от боли. Через мгновение на моем запястье застегнулся металлический браслет. Из толстого металла и грубой обработки. По такому сразу видно, что это не украшение.
— Территорию академии покидать нельзя, — отчеканил полицейский. — Иначе поступит сигнал к нам в отделение, и вас арестуют.
Его строгий голос вгонял меня в такой ужас, словно я и впрямь какая-то преступница.
— П-поняла, — выговорила я.
— Это для твоей же безопасности, дитя, — мягко добавил Орлион.
Так и подмывало спросить: безопасности от чего?
— Не волнуйтесь, мисс Лайн, — вставил и свои пять монет Коллинз. — Долго вам его носить не придется.
С трудом удержавшись, чтобы не показать проректору неприличный жест, я обратилась к жрецу:
— Ваше Святейшество, это все? Я могу идти?
— Да, дитя, на сегодня это все. Полагаю, мы снова увидимся через несколько дней. Но даже до этого срока, знай, что двери храма для тебя всегда открыты. Пути богов неисповедимы.
Я уважительно склонила голову и, развернувшись, вышла.
Меня трясло одновременно от злости и от отчаяниями. Хотелось то что-нибудь разбить, то забиться в темный угол и разреветься.
Всё, всё пропало. Я слишком увлеклась идеей практики, что упустила момент, когда еще можно было незаметно покинуть академию. Теперь же…
Я дернула дурацкий браслет, и он больно впился в кожу.
Теперь же я обязана идти до конца.
— Одри, вот ты где.