Огненный поцелуй для Снежинки. Академия Семи стихий (СИ)

Клейн улыбнулся краешком рта, словно услышал что-то наивное.
— Конечно, нет. Иначе бы этого не делали.
Почему-то его объяснение меня не успокоило.
— Хорошо, — продолжал профессор. — А кроме храма, где еще можно добыть матирию?
— У духов стихий, — ответила Бетси. — Например тех, кто водится в Ледяных горах, — и бросила на нас с Лекси уничижительный взгляд. Мол, вам-то не светит.
— Все верно. Но охота на духов — дело опасное. Им занимаются только опытные и сильные маги. И боюсь, что даже к выпуску не все из вас будут готовы.
— А мой отец говорил мне, — выступил другой мой одногруппник, — что магию можно усилить не только матирией, но и получив благословение богов.
— Да, — профессор кивнул. — Такие случаи известны. Но о том, как работает божественное благословение, мы знаем еще меньше, чем о матирии. Тут вам надо не в академию, молодой человек, а к жрецам.
Кто-то на задних рядах хихикнул, но Клейн уже продолжал:
— Итак, сегодня мы будем пробовать поглощать матирию. Выстраивайтесь в очередь и не волнуйтесь, шарики очень маленькие. Много силы вы не получите, но узнаете, что это за ощущение.
Студенты заволновались, принялись переговариваться и толкаться. И было отчего. Даже маленький толчок должен увеличить магию. Может, я наконец-то научусь что-то делать со своим снегом?
— Одри, это так здорово, — прошептала Лекси, сжимая мою руку. — Хоть одна прекрасная новость за сегодня!
Да, хороших новостей нам не хватало. Может, став сильнее, я смогу убедить ректора дать мне шанс? Покажу, что не совсем безнадежна и попрошу устроить меня на работу в академию? Хоть полы мыть.
— Может, после этого ящик нас примет? — прошептала мне на ухо Лекси. — Если он и правда смотрит на уровень дара.
Да, это было бы здорово!
Один за другим студенты подходили к профессору Клейну. Они называли свою стихию, он открывал нужную баночку и деревянным пинцетом извлекал светящийся шарик. После чего клал его студенту в раскрытые ладони. Матирия вспыхивала и исчезала.
Я пропустила Лекси вперед. Она получила синий шарик и, когда тот вспыхнул, громко ахнула. Вышло немного неприлично, и все загоготали.
Подруга покраснела и прошептала:
— Это божественное удовольствие.
Аж захотелось самой его испытать.
— Я тоже вода, — сообщила я, останавливаясь перед профессором. Клейн помялся и сказал, избегая смотреть на меня:
— Простите, мисс Лайн, но вам матирия не положена.
  
Глава 3.2
 
— Почему? — не поняла я.
— Вас скоро отчислят, — понизив голос, проговорил профессор. — У меня приказ от ректора не расходовать на вас дорогие материалы.
На мгновение в аудитории стало так тихо, что я слышала стук собственного сердца. И потому смешок Бетси прозвучал особенно громко.
— Это не повод для шуток! — гавкнул на нее профессор. — Мисс де Аурунг,  пожалуйста, вернитесь на место, — и повернувшись ко мне, добавил: — Мне очень жаль, мисс Лайн.
Всё. Всё пропало. Ректор не оставлял мне шансов. И на практику я тоже не попаду. Я поняла это еще сегодня днем, казалось бы смирилась, но теперь эта внезапная надежда словно резанула по открытой ране. Лучше бы я не приходила на пару, а собирала вещи.
К горлу подкатил ком. Я с трудом сдерживала слезы, а потому лишь пробормотала «Извините» и выскочила из аудитории.
Понимая, что терять больше нечего, я побежала вниз на первый этаж к комнате связи. Вручила дежурной целых семь талонов, которые накопила за семестр, и попросила вызвать маму.
У нас в деревне был дом, где стояло одно для всех зеркало связи. За него отвечала бабка Тильза. Она принимала вызовы, а потом посылала одного из своих внуков за нужным человеком. Но ведь его еще надо было найти. Я так и представила, как мама возилась в огороде, а ее отвлекали.
— Сейчас, придет она, — успокаивала меня Тильза. — Я ее утром видела. А ты как, Одри? Как твоя учебная жизнь?
— Да все потихоньку, — уклончиво отвечала я. Признаться, что меня скоро отчислят, было стыдно. Хотя вряд ли это надолго останется тайной.
 
— О, вот и она, — лицо бабки исчезло, и вместо нее в зеркале появилась мама.
— Что-то случилось? — начала она сразу.
— Привет, мам, — я глубоко вдохнула и замерла, не зная как начать.
— У тебя все в порядке? Ты не заболела?
— Нет, все хорошо, но я…
Между нами повисла пауза, и мама недовольно сдвинула брови.
— Одри, мне нужно идти. У тебя что-то срочное? Если нет, то давай поговорим на выходных.
Эх, была не была.
— Мам, мне нужны деньги, — выпалила я. — На обучение.
— Одри…
— Я все верну, клянусь. Буду по ночам работать. В две смены, если надо. Академия закрывает мою программу, но я должна доучиться.
Мама покачала головой.
— И как ты себе это представляешь? Кто согласится дать нам такие деньги? Речь ведь не про один семестр, я правильно понимаю? Тебе еще сколько учиться? Три года? Четыре?
— Но я все верну.
— Одри, это невозможно, — резко оборвала меня мама. — Ты с самого начала знала, на что шла. И я тебя предупреждала…
— А если попросить мистера Берга? — это был старейшина нашей деревни.
Мама вздохнула.
— Он потребует гарантий. Ты готова выйти замуж за Гарольда? При условии, конечно, что он все еще этого хочет…
С сыном мистера Берга у нас были сложные отношения. До моего поступления в академию он вроде как за мной ухаживал. Я думала, уеду учиться, и не придется с ним связываться. Гарольд был маленького роста с круглым носом и бегающими глазами. Пахло от него чем-то кислым, и даже рядом стоять было неприятно. Если я соглашусь на брак, это будет не лучше предложения мистера Коллинза. Хотя нет, отношения с проректором, по крайней мере, не на всю жизнь…
— Молчишь? — мама качнула головой. — Ну вот и подумай. Других вариантов у меня для тебя нет.
  
Глава 3.3
 
Аризель, повелитель демонов 
Повелитель демонов спал под толщей льда уже не первую сотню лет. Иногда он видел сны — бледное подобие его прежней жизни. В них не было ничего яркого и живого, лишь серые силуэты и далекие, полу забытые голоса.
Временами Аризель слышал своих демонов, взывавших к нему в молитве. Они приносили ему души живых существ. Чаще животных, коих в горах водилось не так уж много, и еще реже — человеческие. Удивительный деликатес, наполнявший Аризеля крупицами магии и позволявший хоть на мгновение осознать себя. Осознать где он, вспомнить, что с ним сделали, и подумать о мести.
Придет день, может не в ближайшую сотню лет, но придет, когда Аризель сбросит ледяные оковы. Он пробудится и вернется в мир людей. Отомстит заточившим его магам, а уже потом доберется и до богов. Обязательно доберется.
Мысли о неизбежности мести баюкали Аризеля, и он снова засыпал. И последний его сон длился уже больше года. Демоны собирали для повелителя души, но ничто не пробуждало его. И потому особенно удивились, когда ледяная глыба, в которой был заточен Аризель, вдруг пошла трещинами.
— Повелитель, — рогатый демон упал на колени перед ледяным саркофагом.
— Чизмаил, — услышал он в голове суровый голос Аризеля.
— Повелитель, вы пробудились? — на его возглас сбежались другие демоны.
— Я… чувствую, — повелитель говорил медленно, но его слуги внимали каждому слову. — Она… Она где-то рядом. Ключ к моему спасению. 
Одри 
Вечером я все же начала паковать вещи. Сложила несколько платьев в чемодан. Но чувствовала себя такой разбитой, что не нашла сил закончить. Приняла душ и завалилась спать.
Мне снились утопавшие в снегу горы. Величественные, подпиравшие небосвод. Я стояла, задрав голову вверх, и думала, какая я маленькая и слабая. Словно камешек у подножья.
Сбоку подул ветер, я поежилась, осознав, что стою в одной пижаме. Надо возвращаться в академию. Хотя нет, в академии меня теперь тоже не ждали.