Жена для императора (СИ)

— Хватит, Роард. Ты уже проиграл. Признай это, наконец! Один против троих? У тебя не осталось ни единого шанса.
И все же я на какое-то время ощутила легкое волнение от того момента, когда освобожденный Дагнар поднял с земли валявшийся неподалеку меч и сделал несколько "крадущихся" шагов в нашу сторону.
— Ты плохо знаешь Дагнара, самозванка. С его непомерными амбициями и страстью управлять всеми и вся. Он никогда тебя не выберет. — казалось, Роард и сам не верил в то, во что говорил, глядя на меня не совсем здоровым взглядом, пока по его потемневшему лицу сбегали ручейки едкого пота.
Удручающее зрелище.
 — Нет, брат… Это ты меня совершенно не знаешь и никогда, судя по всему, не знал. Остановись, пока не поздно и закрой эти треклятые врата!
Я чуть было не выдохнула с показательным облегчением, когда Дагнар зашел со спины Роарда и приставил тому к шее свой остро заточенный меч. И только тогда его двойник был вынужден признать свое поражение, резко прервав поток своей магии и приподняв ладони сдающимся жестом. А потом и вовсе едва не подпрыгнул на месте, когда рядом нарисовался Круш и тихо зарычал, приближая к колдуну не по доброму сощуренную морду.
— Все! Я сдаюсь! Вы победили! Пожалуйста! Обещаю… я ничего и никому больше не сделаю!
— Конечно, не сделаешь. Поскольку весь остаток своей жизни проведешь с Воротом Ведьмы на своей тощей шее. Хотя надежней было бы натянуть на ней эшафотную петлю. — зачитал свой неоспоримый приговор Дагнар и… четко выверенным ударом долбанул "брата" по затылку тяжелой рукоятью меча.
Роард тут же закатил глаза и рухнул на землю, как мешок картошки.
— Я могла это сделать и сама! С помощью магии! Вот зачем ты все испортил? — моему возмущению не было предела.
На что Дагнар лишь пожал плечами, с полной невозмутимостью переступая через тело своего двойника и приближаясь ко мне с видом горе-победителя, который даже не успел насладиться чувством всеобщего триумфа из-за своего недавнего унизительного положения.
— Поверь, так куда надежнее. По крайней мере, он еще нескоро в себя придет.
Рядом раздался недовольный рокот Круша, а потом презрительное фырканье, когда зверь решил обнюхать валявшегося на земле Роарда.
— Не нужно, Круш. Боюсь, он несъедобный, и ты, скорее, получишь от него несварение всех своих желудков.
— Если Круш унесет его, как ты сказала, в какой-нибудь северный океан или… лишит особо ценной части тела, я определенно буду не против. Хотя, с океаном, наверное, лучше не рисковать.
Дагнар остановился прямо передо мной, тем самым полностью перетягивая все мое внимание на себя и заставляя (почему-то) нешуточно занервничать. Как-никак, но меча из руки он не выпустил и после произошедшего здесь маленького Армагеддона выглядел не самым наилучшим образом.
— И вообще, все это как-то неправильно. Обычно, прекрасных дев от мерзких злодеев и драконов спасают рыцари, а не наоборот. Мое чувство собственного достоинства пережило за сегодняшнюю ночь немало унизительных ударов. Даже не представляю, чем его теперь вообще возможно привести в прежнее состояние.
— А я не совсем понимаю твоего… поведения. — это было очень странным, но чем дальше я всматривалась в лицо своего хмурого и знатно помятого мужа, тем сильнее волновалась и даже боялась произнести вслух мучавшие меня сейчас вопросы. — Ведь Роард доказал тебе, что я не Иллария. Почему ты не захотел ее вернуть в ваш мир?
 — Потому что у меня уже есть законная жена и менять ее на самозваную… не в моих императорских принципах. И, если верить всему тому бреду, что мне пришлось услышать здесь от Роарда… — Дагнар склонил немного голову на бок, продолжая крайне пристально сверлить мое раскрасневшееся лицо весьма дотошным взором. После чего сократил между нами последний полушаг и совсем уж неожиданно обхватил меня за талию свободной рукой, чтобы довольно-таки крепко прижать к себе. Куда крепче, чем это могли сделать недавние заклятия его "братца" двойника. — To под твоим сердцем уже должна была зародиться новая жизнь. А истинные императоры Теоросские никогда не отрекаются от своих законных избранниц и будущих наследников.
 
— Но… Роард сказал, что это девочка.
— Но, он так же сказал, что ты не Иллария. — впервые его красивые лепные губы дрогнули в ироничной усмешке, а его взгляд прошелся по моему лицу захватывающим дух маршрутом. — Значит… У нас есть все шансы получить совершенно обратный результат. Даже если и не с первого раза…
— Не с первого раза? О чем это ты?
— 0 том, что у нас впереди еще целая жизнь для того, чтобы проверить на деле слова Роарда. А лично мне — многое узнать, как о тебе, так и о той магии, какой ты успела меня приворожить к себе за эти дни. Уж прости, но я не привык размениваться собственными женами, сколько бы их ни было в других мирах. Я знаю только одну, и ни на какую другую, даже самую лучшую я ее не променяю.
И в этот раз он поцеловал меня первым! Жадно, пылко со всей присущей ему страстью, от которой безумно кружится голова, а взбесившиеся в животе бабочки взрываются под кожей бурным фейерверком неописуемых ощущений.
И все это при единственном свидетеле — притихшем и с напряженным недоверием наблюдающим за нами Крушем.
Ну и ладно! Пусть и не совсем классика жанра, зато ни чета всем тем глянцевым картинкам любовных романчиков с фальшивыми моделями, изображающими фальшивую страсть и фальшивую любовь. По крайней мере, мой Император самый, что ни на есть, настоящий, а я… Его настоящая жена!
Так! Стоп! А что он там говорил про обратный результат и даже если у нас не получится с первого раза?..
  
Эпилог
 
Кажется, столица Ардора не смыкала глаз со вчерашнего вечера, когда из императорского дворца потянулись во все важные районы града взволнованные глашатаи, объявляя крикливыми голосами о начавшихся у ее императорского величества родовых схватках. Хотя, для данной новости с лихвой могло хватить и парочки вестников, поскольку она разлетелась по всем не маленьким кварталам столичного полиса со скоростью пушечного ядра, достигшего за считанные сиги не только границ города, но и его самых дальних окраин.
А при первых проблесках наступающего утра и грядущих зарниц не спали, наверное, даже собаки с кошками. Что уже говорить про всех, кто в это время находился во дворце и стоял там едва не буквально на ушах. Особенно под жалкое скуление запертого в отдельной комнате Круша, подхватывающего своим жалобным воем не менее громкие крики, раздающиеся время от времени из опочивальни великой императрицы.
— О-о, мамочки-и! Ну чего же так долго и больно-о!.. Неужели не существует никакого заклятия, чтобы хоть как-то ускорить этот процесс и сделать его минимально болезненным?..
— Не хочу вас огорчать, Ваше Светлейшество, но природа защищает свои границы от вмешательства любой магии, если дело касается деторождения и зачатия. Иначе бы… страшно представить, что было бы иначе.
Тарла, как всегда, вместо облегчающей моральной поддержки прочла очередную лекцию о законах местной природы и магических возможностей могущественных ведьм, которые, к слову, оказались совершенно бесполезными, как только у меня начались первые схватки.
— Но это же… все неправильно-о! Так же и свихнуться можно! Это ты во всем виноват! Не умеешь предохраняться, не берись! — я ткнула указательным пальцем в лицо Дагнара, стоявшего совершенно беспомощного перед моим родильным пуфиком, но ударить его магическим зарядом так и не смогла. Во время родовых схваток, как оказалось, сосредоточиться на магических потоках было просто нереально. Так что приходилось лишь гулять по комнате вразвалочку, хвататься во время приступов за все, что попадалось по пути и давать себя проверять стоявшему наготове лекарю с более продвинутой знахаркой-акушеркой, которую привели сюда по настоянию Тарлы.
 
Почти что целое шоу для особо приглашенной публики. Представителей священной коалиции Теоросса я оставила за дверьми опочивальни, пригрозив всем этим папским недоумкам, что поджарю каждого из них во время родов, если они вздумают наблюдать за рождением ребенка, как намеревались когда-то наблюдать за нашей с Дагнаром первой брачной ночью. Нескольких служанок, выполнявших поручения лекаря, акушерки и Тарлы, я в счет не брала, хотя временами и казалось, что в комнате слишком уж много лишних людей. Правда, я о них о всех моментально забывала, как только у меня начинались очередные схватки, причем каждый раз они становились все чаще и болезненней, а ребенок при этом никак не желал выходить!