Возврату не подлежит, или Дракон для попаданки (СИ)

Сейчас существовала лишь она. Моя Станислава, что забыв про робость жадно скользила ладошками по моим плечам. Подставляла для поцелуя шею, выгибаясь и полностью мне доверяя.
Каждый ее тихий вздох и стон были для меня лучшей музыкой.
Музыкой, в которую вторгся ужасный, немелодичный и совершенно неуместный цокот копыт. За ним стук в дверь и чавкающий очередным пирожным вопрос:
— Моя имбирная печенька с шоколадной крошкой, здесь закрыто! Почему ты закрылась? Стася! Стася!
— На нашей свадьбе на горячее подадут рагу из гувернёра с овощами, — рыкнул я, с трудом отпуская Станиславу из своих рук.
— Гувернёра? Хорошо, — ничего не понимая отозвалась моя истинная, растерянно смотря на меня. — Что ты сказал?
— Стася! Стася! — продолжила стучать Анфиса и, судя по странным звукам, уронила что-то на пол. — О, нет! Нет, нет, нет! Только не эклеры! Стася! На помощь!
— Я в душе! — выкрикнула ей она, испуганно зашептав мне: — Что будем делать?
— Для начала я начну за тобой ухаживать, — прошептал я в ответ, улыбаясь. — Кажется, ты хотела решительных действий и ухаживаний? — припомнил я её разговор с Аскольдом. Ту часть, что услышал. И, судя по мгновенно порозовевшим щекам Станиславы, услышал я всё верно. — Они будут. Всё будет, я обещаю. Только потерпи немного… нам нельзя спешить.
Сам не ожидал, что последние слова дадутся мне так нелегко.
— Да помню я про год траура! — закатила глаза Станислава, указывая рукой на дверь. — Я про Анфису! Ей же нельзя тебя здесь видеть! Никто не должен знать…
— Год я ждать не собираюсь! — искренне ужаснулся я полушёпотом. Хорошо, что гувернер так сильно барабанил в дверь, что можно было не переживать за возможность быть услышанным. — Максимум месяц. Затем… впрочем, увидишь.
— Будешь ухаживать? — игриво уточнила Станислава и сама засмущалась собственной попытки заигрывать со мной.
— И не только, — серьёзно ответил я, подходя к окну и открывая ставни. — Не возражаешь, если я уйду так? — уточнил, по-мальчишечьи подмигивая.
— Высоко же! — испуганно пискнула она, подбежав ко мне и пытаясь помочь. Хотя больше это было похоже на попытку вытолкать меня.
— Все будет хорошо, — поцеловав её на прощенье, я запрыгнул на подоконник и прошептал: — Через несколько дней я вызову тебя в архив.
— Зачем?
— По официальной версии для подписания документов, — пожал я плечами. — По неофициальной – приглашаю на свидание свою возлюбленную.
Не давая Станиславе ответить, я легко спрыгнул вниз.
 Глава 38. Вы бюрократ, лорд Решительный 
— Куда это ты так спешишь, моя сахарная паутинка? — уточнила Анфиса, приоткрыв сонные глазки и наблюдая за мной из постели.
— В архив, — ответила я максимально недовольно. — Лорд Решительный забыл о какой-то подписи на документах и теперь мне придется идти, — вздохнула я наигранно тяжело.
— Ну раз это его ошибка, пусть придет сам, — предложила зверушка, широко зевая и причмокивая мохнатыми губками.
— Нет уж. Я сама схожу. Лорд Решительный имеет привычку приходить в самый неподходящий момент, — фыркнула я, приступив к выбору шляпки. Выбор был не так велик. Все же траур устанавливал рамки.
— Да, моя слоечка с вишневым конфитюром, я тоже отметила эту отрицательную черту. А в остальном очень приятный молодой лорд. Странно, что он еще не женат, — Анфиса легла на спину и раскинула лапки в стороны, постанывая от удовольствия. — В нем определенно кроется какой-то изъян, — сделала она вывод, спрыгивая с кровати и семеня к ванной комнате на непослушных ногах. — Я буду готова через две минутки.
— Можешь не торопиться. Я подожду внизу, — пропела я лаковым голосом, страстно желая придушить Анфису. Я же была как мы-ы-ышка. Ходила на пальчиках, придержала створку шкафа, чтобы та не скрипела, но зверушка все равно проснулась. А был ведь шанс выйти из дома одной. Да я почти вдова, черт побери, мне можно!
На первом этаже творился хаос. Как и всегда, к слову. Бабуля всегда была женщиной деятельной, но в новом мире ее просто распирало от идей, как помочь всем-всем.
 
— Вы не правы, господин Мимус, никто в здравом уме не посадит баклажаны под открытым солнцем. Они непременно вам отомстят смертью. К сожалению, собственной.
— Леди Макаровна, — наш новый садовник оказался мужчиной не менее упрямым и целеустремленным и отстаивал свое мнение с особым рвением, — вы заблуждаетесь. Если наладить постоянный полив, а вот тут натянуть небольшой шатер… — и это все доносилось со стороны сада.
— Вы изобретаете велосипед, господин Мимус! — воскликнула ба. — Очередная трата времени.
— Я не знаю, что такое велосипед, но прекрасно осведомлен о садоводстве. Я эльф!
— А я всю жизнь выросла на земле. Да моя мать в колхозе агрономом работала. Заслуженным, между прочим. А ваш пращур работал в колхозе? — бабуля определенно зашла с козырей. Она всегда столько вкладывала в слово “колхоз”, что в стенах нашего дома это не известное местному населению явление внушало страх не хуже тайной канцелярии.
— Вы прекрасно знаете, что нет, леди Макаровна.
Ну вот опять, эльф пошел на попятную.
— Тогда и разговаривать не о чем. Баклажаны будут расти тут!
Я все это слушала торопливо прожевывая мягкую булочку, намазанную маслом, и запивая чаем.
— Вы бы присели, леди, — посоветовала горничная.
— Очень спешу, — ответила я, делая еще один глоток. — Важная встреча. Передайте леди Макаровне, что я ушла по семейным делам и вернусь к обеду.
— Конечно-конечно, — горничная покосилась на распахнутые в сад двери.
— Я ушла, — сказала я, вытирая пальчики о салфетку. — Анфиса, за мной, — скомандовала только-только услышав топот копытц по ступеням.
— Но!.. Да я же… Моя карамелька, хочет заморить меня голодом? — поинтересовалась она обиженно, семеня рядом.
— Ни в коем случае. Между прочим, я спасла нас от встречи с ба. Она сегодня на коне.
— В ее-то возрасте? — ахнула зверушка. — Кто вообще ей позволил конные прогулки?!
— Это образное выражение, — рассмеялась я, только улыбка быстро погасла. — Проследи, чтобы никто не вздумал ее учить верховой езде. Мобильность бабушки расширит ее возможности, а значит и прибавит проблем.
— Будет сделано, моя лимонная желейка!
Меня аж передернуло от перспективы искать бабулю по самым глухим уголкам королевства, куда она захочет донести светоч прогресса. Но я забыла о своих страхах, когда перед глазами возникло здание Королевского архива. Осталось дело за малым, найти занятие для Анфисы и провести с Айзеком хоть пять минуточек наедине.
— Знаешь, — сказала я остановившись перед ступенями здания, — ты как-то странно выглядишь сегодня.
— Да? — изумилась зверушка по очереди подняв передние лапки и осмотрев их.
— Да. Я заметила еще дома, но не хотела говорить. Думала от утреннего воздуха твой цвет лица посвежеет.
Цвет лица… цвет лица… Стася, ну что ты такое несешь, она же сплошь покрыта шерстью.
— О, боги! — выдохнула Анфиса, плюхаясь на объемную попу. — А я ведь и чувствую себя неважно.
— О, боги! — повторила я за ней. — Что же делать? Вот если бы ты могла отдохнуть к примеру… выпить лимонада, съесть ягод со взбитыми сливками.
Ну же… ну-у-у!
— Так за твоей спиной ресторация! — она радостно воскликнула.
— Правда? — изумилась я. — Как вовремя. Идем я провожу тебя и попрошу столик с диванчиком, чтобы ты могла набраться сил. А я пока решу вопросы с подписью.
— Но!.. — зверушка попыталась возмутиться.
— И не настаивай. Я схожу сама. Не нужно тебе дышать бумажной пылью и чернилами. И поверь, моя благодетель не будет опорочена. Кто захочет связываться с истинной главы тайной канцелярии. Хоть и погибшего. Посмотри, меня обходят стороной.
Зря я тратила красноречие, Анфиса уже шла на запах утренней выпечки и, кажется, готова была оставить меня где угодно, лишь бы ей не мешали обмакнуть свежую булочку в сливки и запить какао.