Хроники Тинакриуса Сатуара
Сея нахмурилась, осмотрела Анну с головы до ног и уверенно заявила:
– С тобой все в порядке, отклонений не вижу, ты абсолютно здорова…
– Но это не правильно! – возмутилась она, перебив эльфийку.
– Такое бывает Анна, успокойся. Это хоть и редкость, но не смертельно. Некоторые артефакты могут так делать, я читала. Наверное он очень необычный, потому что простой кусок металла, с заклинаниями стабилизации и прочим, так не может.
– Наверное, Магистр сказал, что оно принадлежало его маме, и было полностью безжизненным после её смерти. А тут вдруг решило проснуться!
– Родовой артефакт выбрал тебя? Интересно… – Анна закивала в ответ. – Но в любом случае, я думаю, это не плохо. Кольцо точно особенное, раз его носила женщина рода Де-Фонрин. Не беспокойся, следи за изменениями и сразу говори Ректору. Он разберется.
– Он так и сказал, – подтвердила Анна.
– Вот видишь. Все будет хорошо.
– Да, наверное…. Я себя накрутила, – согласилась Анна и немного расслабилась. «Сэя права, раз оно принадлежало семье Магистра. Просто… Все так неожиданно произошло. Этот мир, с его законами, магия, кольцо, – Анна чувствовала себя несмышленым ребенком, потерявшимся на улице. Она вздохнула и снова уставилась на эльфийку. Та по-прежнему была сама не своя. – Наверное переживает из-за блондинки? – решила она. – Но почему не рассказала Магистру?»
– Что это было Сэя? – Анна решила спросить прямо, ей хотелось понять причину. – Почему ты не рассказала правду Ректору?
– Я не могу.
– Ибира тебе что, угрожает?!
– Тебе будет сложно понять Ани, а мне, стыдно говорить об этом, – Сэя вздохнула. – Все так непросто…
– Я постараюсь понять, расскажи мне, – попросила Анна.
Эльфийка подобрала под себя ноги и сев поудобнее, начала:
– До Эурлана, я никогда не встречала представителей моей расы. И только в Академии узнала, что в Империи их нет. Эльфы замкнутые, живут обособленно, и почти все ассаирцы недолюбливают их. Считают слишком высокомерными, – запнулась она. – Эльфийское общество тоже не терпит чужаков. А полукровок презирает ещё больше.
– Почему недолюбливают?
– Говорят, мы бесчувственные, расчетливые и не способны любить. Будто лишенные души, – Сэя опустила голову и печально усмехнулась.
– Кто говорит?
– Все, – ответила Сэя. – Вот посуди сама: эльфы заключают брачные союзы только с представителями своей расы, соответствующего статуса и только на взаимовыгодных условиях. Выражать эмоции, считается позором. Испытывать чувства к кому-то, считается низостью, присущее только низшим существам.
– Это ещё ни о чем не говорит, может просто нравы такие!
– Нет, – Алисэя покачала головой. – И наверное ассаирцы правы… Даже в учебниках, эльфов так характеризуют. Здесь на Ассаире, вряд ли найдутся расы, которые находятся с Эрифихоном в хороших отношениях, это столица эльфийского государства, – уточнила она. – Все исторические летописи пестрят конфликтами с ними.
– Подожди, получается ты единственная эльфийка в Эурлане?
– Угу, – подтвердила она.
– Но как ты оказалась здесь?
Алисэя не спешила с ответом. Она сидела в кресле и смотрела вдаль, сквозь окно. Видно было, что для нее эта тема очень болезненная. Она шумно выдохнула, видимо решившись, тихо заговорила:
– Восемнадцать лет назад, деревенская травница, нашла на совсем крыльце корзину с эльфийским младенцем – это была я, – лицо Сэи смягчилось. – Она вырастила меня как свою дочь. В деревне ее уважают и боятся, поэтому меня никто не обижал, хотя все сторонились. Большую часть жизни я провела в лесу, занимаясь сбором трав. Но чуть более года назад, произошло странное событие – все звери северного леса, будто сошли с ума, в один день. Ужасная трагедия, которая потрясла Империю Аэндорн. Они атаковали каждое поселение нашего округа, пока не добрались до главного города Менгал. К этому времени уже вызвали помощь из Эуралана, ведь маги Империи не справлялись. Когда боевые отряды прибыли, вместе с членами Совета и остановили полчища обезумевших животных, погибло уже много людей. Уцелела лишь наша деревня. Каким-то образом я удерживала периметр вокруг и звери, обходили его стороной, – она вздохнула, на мгновение задумавшись.
– Это потом уже, я узнала, что так проявляется магия эльфов, – продолжала Сэя. – Способность взаимодействовать с флорой и фауной. Магист Де-Фонрин забрал меня в Эурлан. Он сообщил в Эрифихон. Представители прибыли, провели расследование и как выяснилось, я не принадлежу ни к одному из живущих ныне родов, – она запнулась, глаза ее заблестели от сдерживаемых слез. – Манмэн меня хоть и любила, и хорошо обращалась, но все равно, среди людей я была чужой. Я всегда тайно надеялась, что однажды за мной придут и заберут домой. Но оказывается, у меня нет никого…
Анна смотрела на подругу и ее сердце разрывалось от боли. В глазах эльфийки была такая сильная тоска. Хотелось как-то утешить подругу, но девушка не знала как:
– А почему ты не можешь вернуться к эльфам? – спросила она, пытаясь понять, что не так.
– Магистр Де-Фонрин обратился с этим прошением к королю Эрифихона, но тот не ответил. Мое эльфийское происхождение невозможно подтвердить, потому что моего рода не существует. Я будто появилась сама по себе. Наверное это их и смущает… – Сэя закусила нижнюю губу, нервно перебирая складки своего платья. – Так я и осталась в академии, до выяснения обстоятельств. Ректор взял надо мной опеку, по двенадцатому закону Ассаира и Эрды, как и в твоём случае Ани…
– Подожди, я не понимаю. Как эльфы узнали, что у тебя нет родственников? Может тебя похитили или ты внебрачная дочь? – перебила Анна.
– У нашего народа есть “Книга Предков”, страницы которой сделаны из священного Мирового Древа. Капля крови и появляется вся родословная, с именами до самого основания рода, даже если полукровка. А после моей крови, страницы остались пусты, – Сэя смотрела так, будто впервые могла рассказать кому-то о своих чувствах. – Такого не было со времен Темной Войны, чтобы погибал полностью весь род, до последнего представителя. Но даже тогда, их имена навечно остаются на страницах.
– Ого… – поразилась Анна. «Прямо тест ДНК… Что за волшебство такое?» – А Ибира тут причем?
– С Ибирой, я встретилась в Эурлане, и сразу столкнулась с ее неприкрытой ненавистью. Даже не знаю, за что она так со мной, но приходится терпеть все ее выходки, – эльфийка сжала губы в тонкую линию, будто сдерживала эмоции. – Ибира родом из Менгала, знает где и с кем я жила. Семья Кенай главенствует в городе – их называют Аги, что значит почтительный род. Они управляют всем, и имеют безграничную власть. Ибира постоянно напоминает, что если я хоть слово кому-нибудь скажу, её родственники превратят жизнь единственного дорогого мне человека в кошмар. А я не могу так рисковать Ани! – у Сэи между бровей пролегла складка, и она всхлипнула. – Эта женщина вырастила меня. Она моя семья. Не знаю зачем это Ибире, но я не намерена рисковать.
– Алисэя, – Анна подошла и обняла ее, – ты больше не одна. Теперь я здесь, – она поглаживала эльфийку по спине, желая также уметь успокаивать, как это делает Сэя, но она не могла. – Может не зря нас свели обстоятельства и наши судьбы так похожи… Я буду рядом и вместе, мы что-нибудь придумаем.
– Спасибо Ани, – тепло улыбнулась Сэя, поднимая голову. Голубые глаза блестели, а на лице отражалась благодарность.
Девушки еще долго сидели и разговаривали о мире, так Анна узнала, что Сэя светлый эльф. Но на Асааире и тёмные есть. Некогда сильная и великая раса, во время Тёмной Войны, около семи тысяч лет назад, разделилась на два враждующих между собой народа, по вине Адирийцев – это запутанная история, которую Сэя пока опустила, рассказав лишь в общих чертах. Светлые живут на втором, самом крупном материке Асааира, на юг через океан, по соседству с драконами.
А самый большой материк, делят между собой вампиры, темные эльфы, и раса со змеиными чертами кайи. Но большую его часть занимают две враждующие Империи – Аэндорн и Даскарот, население которых состоит из магов, ведьм и людей, не владеющих магией. Как оказалось, обычные люди здесь живут повсюду, и их довольно много. Выходцы с Эрды остались на Асааире после Темной войны и расселись по всем континентам этого мира.