Хроники Тинакриуса Сатуара

Гордые и независимые, эльфы не терпят обязательств, тем более перед другими расами. Они скорее умрут, чем станут чьими-то марионетками, должниками, рабами. Каббала – это не про них. Но есть одно “но”: спасти жизнь эльфу, означает завладеть этой жизнью полностью – незыблемое правило, и в то же время приговор, которого боится каждый представитель её народа. И демон это знал. Пока долг не будет уплачен, эльф будет “пленником” так называемого спасителя. Шин-гари – долг жизни, который берет свое начало от момента зарождения расы и самого Источника, поэтому неоспорим в исполнении. Шин-дарго – держатель долга.
– Или ты будешь отрицать? – настаивал темный принц. – Я жду!
Его магия легонько касалась её ауры. Мужчина давил своей силой и превосходством. «Должно быть демон в нем ликует!» – промелькнуло в голове Алисэи.
Эта извечная война и ненависть между адирийской расой и эльфийской. Они никогда не могли сосуществовать вместе. Многие народы Ассаира ведут политические и экономические переговоры с Адири в моменты перемирий, но эльфы – никогда. Причина этому не только гордость, а физическая непереносимость. Если демоны и способны вынести светлую энергию, то вот эльфы гибнут. И во времена Темной Войны, адирийцы сполна насладились этим своим преимуществом. Именно из-за них раса раскололась, и появились темные эльфы…
– Нет! Не буду! – обреченно ответила Сэя.
Он победно фыркнул:
– Так и думал. А теперь запоминай: будешь молчать о нашем сегодняшнем разговоре и никому не скажешь, поняла? – она утвердительно кивнула. – И чтобы даже вида не подавала, что чувствуешь во мне адирийца. Ошибешься, жестоко заплатишь!
Алисэя ошарашено моргнула, глядя в лицо демона. Магистром его даже внутренний голос называть отказывался. Кайденор резко оттолкнулся от дерева и отошел назад, продолжая смотреть. Девушка хотела исчезнуть, испариться с этого проклятого места. Ей не терпелось поскорее оказаться как можно дальше от тёмного. Но самое важное, ради чего она решилась прийти, осталось еще не озвученным. Немного помявшись, она осмелилась спросить:
– Вы вернете локон? Пожалуйста! Это слишком унизительно…
– Нет! Даже не мечтай. Это плата за причиненные мне неудобства, – он слегка усмехнулся и наклонив голову набок, перекинул длинную косу через плечо, тем самым демонстрируя свое украшение.
Замысловато сплетенные черные волосы были зафиксированы кожаным шнурком, концы которого украшали серебристые хомутки с маленькими белыми кисточками из её волос! В груди эльфийки заныло: «Да, за что! Мало мне было постоянных издевательств из-за моего происхождения, так теперь ещё и демон? – они оба знали, что означают подобные вещи. – Это уже слишком! Те времена, когда адирийцы носили подобные украшения давно в прошлом! Зачем он так!»
– Какие неудобства? А если кто-нибудь увидит и догадается? – не унималась Сэя, продолжая смотреть на шнурок.
– А ты веди себя так, чтобы не догадались.
Алисэя прерывисто вздохнула, сдерживая рвущиеся на свободу слезы. Руки дрожали, она их спрятала за спиной: «Не хватало еще, расплакаться при демоне! Гордые эльфы не показывают эмоций! Я тоже должна себя сдерживать!» – повторяла она про себя. В таких ситуациях как эта, когда не было сил терпеть и хотелось сдаться, отпустить чувства на свободу – Сэя твердила эти самые слова как заклинание. Для нее, проявление эмоций являлось очередным подтверждением, что она полукровка – потому, что чистокровные эльфы не плачут и не боятся!
Они двое продолжили молча стоять друг напротив друга в темном лесу и смотреть. Алисэя потеряла счёт времени. Каждая секунда наедине с ним казалась вечностью. Сколько прошло, минута или час, она не знала. Девушка боялась сказать слова, чтобы не разгневать демона. Поэтому ждала, когда он сам позволит уйти.
Наконец мужчина пошевелился. Он отбросил косу назад, и посмотрев вниз, усмехнулся:
– Я не преподаю на твоем курсе. Но ты целитель, а я Магистр боевой магии. Нам придется работать вместе, и очень тесно, – прозвучало двусмысленно, он снова поднял на неё глаза. – Со мной веди себя также, как и со всеми магистрами Академии. И только попробуй не подчиниться, – взгляд исподлобья. Зловещее выражение на его лице казалось ещё более устрашающим с такого ракурса. Сэя крепко сжала кулаки. – Моя маленькая Шин-гари…
 
Последняя фраза прозвучала более низким голосом, похожим на рычание затаившегося хищника. От того, с какой интонацией Кайденор произнес то проклятое слово, Алисэю всю передернуло.
– Ну что ж, теперь можешь идти.
Как только он это сказал, Сэя тут же сорвалась с места и рванула в сторону Академии. Где-то за спиной послышался смех. Проклятые обстоятельства сделали её “игрушкой” в руках демона, он ликовал, заполучив такого “должника”. Она неслась сквозь полумрак по узенькой тропинке, затем свернула на широкую аллею, которая привела её к Южному входу. Так хоть и дальше, зато вероятность столкнуться с кем-то была минимальной. Её ноги дрожали, перед глазами все плыло, демон сжег слишком много жизненных сил, она еще не успела полностью восстановиться после вчерашних событий.
Сэя, как ветер, влетела в их общую с Анной гостиную, и быстро осмотревшись, поняла, подруга ещё не возвращалась. Вздохнула с облегчением. Зашла в свою комнату и заперла дверь, на всякий случай. Будто это защитит.
«Что же делать, что теперь будет? – Сэя металась по комнате. Мысли кипели в её голове, как зелье в котле мамэн. Вопросы, которые теперь не дадут ей покоя, мелькали один за другим, оставаясь без ответа. Она эльф! А для эльфа есть только три самые важные вещи – собственная жизнь, кровный род и эльфийская раса. Именно в этой последовательности и никак иначе. Демон завладел самым важным – долгом жизни, и теперь, пути назад не существует. – Что ему понадобилось в Академии? Связано ли это с Анной, или он преследует собственную цель? Может быть это всё совпадение, но тогда почему адириец оказался наследным принцем Аэндорна? Это был секрет, который открылся во время магического слияния? Почему он не убил меня на месте… И самое главное, как с этим всем связан Адамас Де-Фонрин, он знает об адирийце?! Они заодно?»
– А-а-а, я с ума сойду!
Простонала Сэя и рухнула на кровать. Теперь у неё руки связаны долгом, и она не может рассказать никому. Неужели ей придется стать виновником или соучастником гибели друзей, или ещё хуже, заговора в самой Академии?!
– О, Источник, этот демон даже локон срезал! – прошипела она со злостью, ударяя кулаком по подушке.
В памяти тут же пронеслась вся та информация, из летописей, о Темной Войне: “После трёх битв и неудачного закрытия разломов, в мирах Тинакриуса творился хаос. Что-то пошло не так, разлом на Ассаире остался приоткрытым. Два принца Адири пошли войной на эльфов. Это была пятисотлетняя бойня против её расы, развязанная именно адирийцами. Война и Голод – прозвища повелителей тёмного мира, отправляли полчища демонов на земли эльфов. Лорды Тьмы похищали представителей её расы и делали их своими рабами. Для этого они изготавливали специальные ошейники, которые надевали на пленников. Ошейники-артефакты позволяли удерживать эльфа на Адири и не умереть тому от темной энергии мира, служа своему Лорду. Помимо этого, адирийцы делали из волос рабов украшения и с гордостью носили их перед своими собратьями. И это лишь малость, от того перечня, что сделали демоны с её расой…
Алисэю передернуло, как только она вспомнила тот кожаный ремешок в волосах Кайденора: «Он что, считает меня своей рабыней? Но это же другое… Я Шин-гари, не пленница! – злость кипела внутри хрупкого тела. – В каком времени он живет? Как посмел адириец возомнить, что вправе распоряжаться моей жизнью?!!»
Она сжимала свои кулачки с такой силой, что побелели костяшки на пальцах. От гнева, она потеряла контроль над своей магией. Воздух вокруг искрился, напоминая маленькие разряды молний во время грозы, заставляя всё вибрировать от всплесков энергии.
– Проклятье!
Сэя ещё никогда в жизни так не теряла самообладания. Она села. Медленно вдохнула и выдохнула. Нельзя, чтобы кто-нибудь заметил, иначе придется объясняться. А врать она не умела. Магические всплески в стенах Академии отслеживаются, и обычно тут же появляется Сприт, чтобы выяснить, в чем дело. Раз последнего еще нет, значит, не все так плохо, и у нее есть время обуздать свою магию. Искры потихоньку угасали, тело расслабилось, а разум успокаивался…