Возвращение колдуна (СИ)

Миклос зашипел от боли, попытался оттолкнуть меня, в этот же момент в комнату ввалились ещё пятеро охранников, тут же угодив прямиком в трясину.
— Это колдун! — с ужасом выдохнул один из них, руками пытаясь вытянуть завязшие ноги.
Да неужели. А вы долго соображаете, ребятки.
Запахло жареным мясом, холёные руки Миклоса начали краснеть и покрываться ожогами там, где я их держал, сам бандит завыл от боли, падая на колени.
— Отпусти-и-и! — взвыл он.
Я дождался того момента, когда его запястья начнут чернеть, и выполнил просьбу. В таком состоянии опасности он не представлял, и я глядел на него, всемогущего хозяина линдерских трущоб, стоящего на коленях и дрожащего от боли, которая могла свести с ума даже такого борова, как он.
Не обращая никакого внимания на их расспросы, возгласы и мольбы, я принялся шарить по ящикам стола в поисках наличности. У господина Миклоса наверняка имелся запас на всякий случай, который как раз настал.
— Т-ты кто такой… — прохрипел Миклос, тряся обожжёнными руками перед собой.
Будто бы это хоть как-то могло остудить их и унять боль.
Я молча продолжал копаться в ящиках, пока не нашёл несколько тяжёлых мешочков, и не вытащил их на стол. Монеты. Серебро. Деньги. Которые мне очень сильно пригодятся в ближайшем будущем.
— Твои парни верно заметили, я — колдун, — беззаботно ответил я. — А это, — я тряхнул мешочком с монетами, — Моя компенсация за неудобства.
— Я-я… Прошу прощения… Господин маг… — он забормотал извинения, будто это могло меня разжалобить.
Охранники молча стояли, по колено вросшие в пол. Они прекрасно понимали, что тягаться с магом им не по зубам. Хотя я предполагал, что у Миклоса должен быть собственный маг, хотя бы Адепт или Неофит, для подобных ситуаций.
— Я оставлю тебе жизнь, Миклос, — произнёс я. — Цени это.
Да, он затаит обиду и наверняка попытается отомстить, но передел власти на улицах в мои планы не входил.
— Да, господин маг, спасибо, господин маг, — зачастил Миклос.
Я собрал все деньги, что нашёл в кабинете, подкинул на руке. Если это талеры, то тут наберётся что-то около пяти тысяч. А из карманов я выгреб всё то, что выиграл здесь, и бросил на стол.
— Как и договаривались, возвращаю свой выигрыш, — сказал я. — Прощайте, господин Миклос.
  
Глава 18
 
Из трущоб я выбирался как можно скорее, петляя по дворам и постоянно дёргая Джага, который летал над крышами и следил за тем, чтобы меня никто не преследовал. Мой путь пролегал к заброшенному дому, который я временно сделал своим убежищем, а уже оттуда я отправлюсь за покупками. В конце концов, мне не помешает более удобная и представительная одежда, нежели эти лохмотья.
Ну и, само собой, ингредиенты для зелий и эликсиров. Теперь можно будет беспрепятственно заняться собственным развитием. Да, я уже мог творить по несколько заклинаний подряд, но этого было недостаточно. Всегда нужно больше энергии. Больше силы. Никогда не знаешь, когда она понадобится и в каких объёмах.
Дома я дождался утра, сгрузил часть денег под охрану Кассия и отправился за покупками. Я даже успел забыть, как это делается, последние несколько десятилетий предпочитая создавать всё необходимое с помощью магии или посылая слуг за покупками, а не торгуясь до хрипоты с портными и сапожниками. Но по итогам я стал беднее на несколько сотен талеров, а для того, чтобы увезти покупки в дом, пришлось нанимать извозчика.
Извозчик, конечно, сильно удивился, когда я назвал адрес, но спорить не стал, понимая, кто ему платит.
— Я-то думал, заброшен тот дом давно, — заговорил он, когда я забрался на сиденье и объяснил ему, куда ехать.
— Теперь нет, — ответил я.
— Там и наследников-то не было, — покосился он. — Плохое место, злое.
— А что там случилось вообще? — спросил я.
Обещание, данное Кассию, я помнил. Хотя и не спешил выполнять.
— Так… Слухи бродили, давняя история, значит… — не зная, с чего начать, сказал извозчик.
— Сильно давняя? — спросил я.
— Так, лет шестьдесят уж минуло, — пожал плечами он.
 
Это объясняло, почему в доме всё так обветшало. Хотя странно, что за такой долгий срок здание не снесли, раз уж на него не нашлось хозяев.
— Баба там мужика своего убила, так вот болтали, — поведал извозчик. — В подвале голодом заморила.
— Жуть, — хмыкнул я равнодушным тоном. — И что эта баба потом? Повесили хоть?
— Вот это не знаю, вроде как с любовником сбежала, — сказал он.
— Из города что ли? — уточнил я.
— Не, просто сбежала, от мужа, — пояснил извозчик. — Давно это было. Померла уж, наверное, от старости. Это мне батя рассказывал.
— Понятно, — буркнул я.
Значит, надо проверить местное кладбище.
Мы приехали к дому, который выглядел всё таким же заброшенным, и повозка остановилась у самого крыльца. Извозчик настороженно косился на меня и на дом, пока я таскал вещи внутрь. Я видел его страх, который он старался не показывать. Я заплатил ему даже больше, чем он потребовал в начале поездки. Надеюсь, этого хватит, чтобы он не болтал попусту.
— Джаг, где тут кладбище? —спросил я, когда снова остался один.
Я, конечно, чувствовал энергию смерти, исходящую от местного погоста, и мог идти по её следу, как ищейка по запаху, но перекрёстная проверка всегда надёжнее.
— Ты и впрямь колдун и чернокнижник, — буркнул Джаг, но просьбу выполнил, взлетая над крышами.
Манипуляции с энергиями смерти были мне знакомы, хоть и несколько поверхностно. Некромантов в империи не любили. Никто не любит, когда кто-то нарушает покой мертвецов, особенно, твоих ушедших родных и близких, но всегда находились желающие освоить запретные ритуалы, надеясь таким образом продлить себе жизнь или обрести силу. Наивные.
Энергия смерти не может ничего дать живым. И для того, чтобы обрести силу с её помощью, придётся стать живым мертвецом, личом, обезумевшим от ярости и злобы немёртвым магом, уже не имеющим ничего общего с тем человеком, чьё тело он занимал прежде.
Тем не менее, я уверенно шёл к местному кладбищу, которое находилось в черте города, чтобы попробовать отыскать хоть какую-нибудь зацепку. Пришлось миновать несколько кварталов, прежде, чем вступить в мрачную тень тёмных кладбищенских аллей.
Энергия, чуть сладковатая, напоминающая запах разложения и тлена, ощущалась повсюду, чем-то напоминая мне энергию из разрывов пространства. Такая же чуждая всему живому. Даже враждебная.
В тени деревьев нестройными рядами виднелись могильные камни, изредка сменяясь мраморными скульптурами и украшенными склепами, умиротворённая тишина погоста навевала тоскливые мысли. Я немного прошёлся по тропинкам и аллеям, читая надписи на камнях.
Здесь, как и на любом другом старом кладбище, имелась целая прорва неупокоенных духов, голодных до живой энергии, но сейчас, при свете дня, они не рисковали выходить наружу. Иногда я замечал других посетителей, которые ухаживали за какой-нибудь могилкой или просто гуляли в тени, как и я.
Не знаю, что я планировал здесь отыскать и каким образом, я просто бродил между могилок. Обращаться к некромантии и выискивать здесь жену Кассия (которая, теоретически, может быть ещё жива) на глазах у случайных свидетелей было бы второй самой большой глупостью, которую бы я совершил. Первой самой большой глупостью оставалось то, что я поверил своему ученику.
Пожалуй, сюда лучше вернуться после наступления темноты. Днём кладбище теряет большую часть своей энергии, и лишь при свете луны начинает действовать в полную силу.
Рядом с кладбищем, как обычно, располагался храм, и я решил заглянуть в него. В конце концов, новости из столицы распространялись быстрее всего именно через них.
Я зашёл как раз вовремя. Тощий высокий церковник читал проповедь перед своей паствой, и я застал большую её часть.
— Враг не дремлет! День за днём открываются новые логова! Засуха губит посевы! Язвы и нарывы губят наш скот! — громогласно вещал церковник. — Конец близится для всех нас, и только те, кто верит в Господа нашего и Святую Церковь его, будут спасены!