Возвращение колдуна (СИ)

Неприятно. Я ждал, что Августус поведёт нас через тайные ходы, пронизывающие дворец сверху донизу, но он, видимо, посчитал, что по коридорам будет быстрее.
— Разве императорские покои не наверху? — спросил я.
— Так будет ближе, — проворчал он.
— Так нас заметит охрана, — возразил я.
— Ты и впрямь думаешь, что они посмеют обнажить клинки против своего императора? — фыркнул Августус.
Разубеждать его я не стал, прекрасно понимая и его чувства, и то, что большая часть охраны предпочтёт сначала схватить нас, а уже потом разбираться. Императоры тоже могут быть поддельными, и обычному вояке проще будет поверить, что это самозванец проник во дворец, нежели бросать оружие и славить Августуса Сильного. В конце концов, все считают его погибшим.
Я попытался вспомнить, как проходили «похороны» императора. Да, странностей там хватало. Раз уж его объявили погибшим от жутко заразной болезни, то и церемония проходила сумбурно и быстро. Лежащим в гробу Августуса никто так и не видел. Только наглухо закрытый гроб, который внесли в склеп. Ставлю талер, что там либо пусто, либо лежит тело какого-нибудь бродяги.
Зато коронация Домициана состоялась со всей пышностью, будто никакой эпидемии и не было. А кто за всем этим стоял? Кардинал Алонсо и мой ученик Сол. Именно они всюду сопровождали новоиспечённого императора и входили в его малый совет.
В коридоре вдруг послышалось тяжёлое буханье подкованных сапог, и я невольно скривился. Началось.
— Тревога!
— Заключённые сбежали!
— Ищите, они могут быть где угодно!
Похоже, пора нам убираться из людных мест.
— Ваше Величество! Здесь рядом есть тайные ходы? — спросил я.
— Они нам не понадобятся! Моего слова будет достаточно! — ответил Августус, напоминая мне в этот момент старого льва. Всё ещё храброго, но столь же глупого.
Ладно. Уж он-то должен был знать, что местные стражники сперва бьют, а потом думают, но, находясь по другую сторону, он об этом, видимо, никогда не думал. Придётся снова действовать самому.
Я рывком распахнул ближайшую дверь. Библиотека. Отлично.
— Идём! — прошипел я, хватая императора за рукав.
— Ты забываешься, маг! — произнёс он.
Нет, жалкий смертный, это ты возомнил о себе больше, чем должен бы. Забыл, что я пережил уже семерых императоров, если считать и тебя тоже. Хотя мой нынешний вид не располагал к тому, чтобы мне беспрекословно подчиняться.
— Колдун! — в голове вдруг прозвучал голос мальчишки. — Тут какой-то переполох!
— Да, Джаг, это мы, — ответил я.
— Ты там уже не один? — спросил Джаг.
— Встретил… Старого знакомого, — пояснил я. — Держи в курсе происходящего, я попытаюсь добраться до императора.
Августуса всё-таки удалось затащить в библиотеку, покинутое и всеми позабытое место. Тут наверняка должен быть тайный ход, или я не архимаг Максиан.
— Где. Проход, — потребовал я.
— Что ты себе позволяешь, щенок⁈ — прорычал Августус, и я расхохотался.
— Вот уж не думал, что мальчишка, которого я качал на руках, будет так со мной разговаривать, — процедил я. — Ты забыл, с кем разговариваешь, император. Я пережил несколько поколений твоих предков. Говори, где открывается тайный ход, не заставляй меня спрашивать дважды.
Старик прищурился, поиграл желваками. Он явно затаил обиду, но мне на его обиды всегда было плевать, я выше этого. Моё подчинение императорам всегда было лишь формальностью, я в любой момент мог взять власть в собственные руки или посадить на трон свою марионетку, но власть меня не прельщала. Слишком много хлопот и неприятных обязанностей, а вся сила, которую даёт официальная власть, не стоит ничего, если ты не можешь обеспечить её собственной силой.
— Здесь, в дальнем углу, — покорился Августус, видя, что я не собираюсь уступать.
Шаги в коридоре звучали всё громче и громче.
— Потяни за Марцелла, третий том, — сказал он.
Я быстро нашёл третий том сочинений древнего прозаика и осторожно потянул на себя. Можно было догадаться. На нём на единственном не оказалось слоя пыли.
Книжный шкаф отъехал в сторону вместе со всем содержимым, приоткрывая достаточно тесную щель, в которую, впрочем, легко удалось протиснуться и мне, и Августусу, после чего император сам закрыл проход, потянув за какой-то рычаг. Ей богу, магия гораздо удобнее. Лично я использовал бы схему с порталами.
 
— Нет, здесь их нет!
— В библиотеке пусто!
— Ищите дальше, они не могли далеко уйти!
Я мысленно вознёс хвалу Богу-Создателю, что мы ворвались в библиотеку, а не в какую-нибудь казарму. Вот получилась бы хохма. Правда, смеялись бы уже не мы.
— Они не посмели бы поднять оружие на своего императора! — прошипел Августус.
— Ты слишком веришь в людей, государь, — сказал я, вновь зажигая тусклый магический огонёк. — Веди меня к покоям Домициана.
Он нахмурил седые брови, покрутил головой, вспоминая путь.
— Туда, — приказал он.
Этот ход несколько отличался от того, по которому пришёл я. Он изобиловал отверстиями, через которые можно было подглядывать за всем, что творится в замке, практически в каждой комнате так или иначе можно было выйти через дверь за портретом, фальшстену, платяной шкаф или такую же книжную полку. Дворец был стар, и многие из императоров охотно пользовались этими ходами.
Тут имелись даже лесенки, маленькие, неудобные и узкие, но позволяющие перемещаться между этажей, и мы поднялись выше.
Я попросил императора рассказать, где конкретно находятся покои Домициана, и тот объяснил, насколько сумел, а я передал эти сведения Джагу, чтобы тот заглянул в окно. Через какое-то время Джаг отправил мне картинку. Подлец находился у себя, под охраной четверых гвардейцев, которые неотрывно следили за всем происходящим. Двое у окон, двое у дверей, Домициан на кровати, болтает ногами, словно девчонка.
— Молодец, Джаг, — похвалил я и рассказал об увиденном Августусу. — Государь, мы сможем туда незаметно пройти?
Старик немедленно покачал головой.
— Нет, в императорские покои можно попасть только через дверь и только по приглашению, — процедил он.
— Может быть, где-то рядом есть выход? — спросил я.
— Да, разумеется, — сказал он.
Оказалось даже немного забавно наблюдать за тем, как переполошённые стражники носятся по коридорам и кабинетам в поисках сбежавших узников, даже не подозревая, что они совсем рядом. Если бы не тайные ходы, пришлось бы пробиваться наверх, к императорским покоям, с боем, а убивать гвардейцев только за то, что они выполняют свой долг, мне не хотелось. Нет, я бы без всякого зазрения совести убил каждого, кто встал бы на моём пути, но если можно обойтись без кровопролития, то лучше обойтись без него.
К императорским покоям примыкала комнатка его личного камердинера, и мы вышли из шкафа именно в ней. Самого слуги на месте не оказалось, и мы вышли в коридор. Августус — с обнажённым мечом, а я — с подготовленным заклинанием молнии, которое грозно поблескивало на пальцах синими искрами.
Этот эффект, на самом деле, никак не влиял на мощь заклинания, даже наоборот, заставлял тратить на него силы, но враг должен видеть, что я вышел на него не с пустыми руками. Иногда этого оказывается достаточно, чтобы победить.
В коридоре дежурили ещё два гвардейца, и, завидев нас, они тут же схватились за мечи.
— Стоять! Кто такие?
— Держи их!
— ИМЕНЕМ ЗАКОННОГО ИМПЕРАТОРА АВГУСТУСА СИЛЬНОГО! Я ПРИКАЗЫВАЮ ВАМ СЛОЖИТЬ ОРУЖИЕ! — громогласно пророкотал старик, поднимая меч над головой.
Но его никто не послушал. Домициан всё же не был дураком. В личную охрану он набрал воинов, лояльных лично ему и никому другому, и которые не служили в личной охране его дяди.
Гвардейцы бросились в атаку, и императору пришлось даже отступать назад, принимая их удары на клинок и рискуя остаться без оружия. Дрянное железо могло сломаться в любой момент.
Зазвенел металл, клинки вышибли друг из друга сноп искр. Августус ловко фехтовал, словно бы стал моложе лет на сорок, и бесстрашно сам кидался в атаку, наседая на стражников с необычайной храбростью. Я же держался позади, опасаясь задеть неловко брошенным заклинанием в самого императора, который, похоже, решил погибнуть в бою, а не сгнить в темнице, ничем иным столь безумные пируэты и манёвры я объяснить не мог.