Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)
— Теперь можно отпускать.
— Я не была уверена, — сказала она. — Это было самое странное переживание в моей жизни. Ощущение было такое, будто камень и сама земля текли вокруг нас, — с трепетом уставилась она на потолок. — Я не могу представить, каков, наверное, для тебя мир.
— Что ты имеешь ввиду?
— У тебя есть сила, способная менять мир вокруг тебя, по твоей прихоти. Если бы у меня была такая сила, то я не уверена, что использовала бы её мудро.
«Я в себе тоже не уверен», — подумал я про себя.
— У меня никогда не было выбора на этот счёт. Я просто стараюсь по возможности использовать её для всеобщего блага, — выдал я слишком самоуверенный ответ, но я не знал, как сказать это по-другому.
— У тебя получится, Мордэкай. Ты — хороший человек, — сказала она, похлопав меня по щеке.
— Не настолько хороший, насколько был Дориан, — сказал я, думая о своём потерянном друге.
— Верно, — согласилась она с ноткой грусти голосе. — Он был самым верным, самым честным и благородным человеком, какого я когда-либо знала. Не просто на словах и в делах, но до мозга костей. Ты не такой «хороший», каким был он.
Её объяснение было слегка чрезмерным, но точным до мелочей.
— Тем не менее, я считаю, что ты лучше всего подходишь, чтобы нести на себе груз этой силы, — добавила она. — Решения и ответственность, которые тебе навяжет твоя сила, погубили бы такого чистого человека, каким он был. Твоя сила и цели потребуют сострадания, гибкости, и хитрости.
Я вообще-то не хотел вступать в лишние философские споры, стоя в заплесневелой кладовой, хотя её слова затронули что-то в моей душе.
— Идём искать Марка, пока мы весь день не проболтали.
— А что, если нас увидят? Мы тут вообще-то выглядим не совсем к месту, — указала Роуз, обозначив жестом своё красное платье. Оно было практично скроено, но цвет и носившая его женщина привлекли бы внимание, где бы они ни были.
— В коридорах никого нет. Те, что ходят, делают это выше, над нами. Я думаю, что могу провести нас отсюда в его комнату, не встретив никого, — объяснил я. Было очень полезно иметь возможность осматривать расположение комнат издалека, и ещё полезнее — знать, где были все их обитатели.
Я открыл дверь, и вывел её в коридор. После короткого перехода и нескольких поворотов я привёл её в проход, в который выходили кельи, где в данный момент был «занят» Марк. Мы достигли его двери никем не увиденными. Звуки, приглушённо доносившиеся сквозь дверь, ясно дали понять, что мы нашли верную комнату.
— А теперь что? — сказала Роуз.
— Шибал, — строго сказал я в направлении двери. Звуки внутри изменились, когда один из партнёров внезапно перестал подавать голос. Марк, конечно, носил ожерелье, которое я ему дал. На двери не было замка, но она была заперта изнутри на засов — ещё одно сказанное мною слово его убрало. Мы с Роуз быстро шагнули внутрь, и закрыли дверь у себя за спиной.
— Сукин сын! — грубо воскликнул Марк. — Ублюдок, ты напугал меня до полусмерти.
— Я вижу, — самодовольно сказал я, бросив взгляд на женщину, потерявшую сознание рядом с ним.
— Мальчики… ведите себя хорошо, — напомнила нам Роуз. Она наклонилась, чтобы натянуть одеяло на обнажённое тело женщины. Я был странно разочарован этим, но никому другому об этом знать не следовало. Роуз посмотрела на Марка: — А ты… прикрой это штуку, никто не хочет её видеть.
Я показал ему язык, стоя за спиной у Роуз, а он ответил с оскорблённой гордостью:
— Чтобы ты знала, многие леди выражали весьма противоположное мнение, — сказал он, натягивая на себя другой край одеяла, чтобы прикрыться. — Полагаю, что у вас есть хорошая причина для того, чтобы врываться в комнату молодого священника, даже не постучавшись.
Как обычно, я улыбнулся в ответ на его реплику, пока не вспомнил новости, которые я должен был ему сообщить.
— Есть. Я не могу быть в городе слишком долго, и я не знал, сколько ещё пройдёт времени до твоего возвращения в дом.
— Значит, у тебя должны быть важные вести. Тут безопасно говорить? Как долго она будет спать? — спросил он, нежно похлопав лежавшую рядом женщину по заду.
— Ещё час или больше, но мои новости подождут. На их обсуждение уйдёт больше времени, — ответил я.
Марк быстро ответил:
— Если хочешь, я могу встретиться с тобой в доме, скажем, в полдень?
По моей лучшей прикидке, было уже за девять.
— Ты можешь уйти, не нарушив свою маскировку?
— Определённо — я всё время так делаю. Эта келья — лишь знак вежливости для приезжего брата, — сказал он, указав жестом на комнату, будто та была богатыми покоями.
— А почему именно тебе было нужно остановиться здесь? — с подозрением сказал я.
Он осклабился:
— Это помогает поддерживать маскировку. Я узнал бессчётное число вещей, разделяя трапезы и жильё с Железными Братьями.
— И?
Он ухмыльнулся:
— И твой дом весьма недружественно относится к незнакомцам, за которых ты не поручился лично, например — к вот этой милой Мари́ссе.
Роуз подала голос:
— А можно оставить болтовню на потом, джентльмены? — задала она вопрос. У меня сложилось впечатление, что ей было не по себе от обстановки.
— Значит, в полдень, — сказал я, глядя на Марка. Он согласно кивнул, и потянул Мариссу ближе к себе, будто чтобы прижаться к ней, когда мы направились к двери.
Роуз в шоке остановилась:
— Как тебе не стыдно? Девушка же всё ещё без сознания!
Марк не смутился:
— Это отвратительно. Тебе надо промыть голову за то, что в ней такие грязные мысли — я собирался сперва её разбудить, — выдал он, а затем склонил голову, будто думая: — Хотя в твоей идее что-то есть, какой бы извращённой она ни была.
Я вытащил Роуз за дверь, пока она его не убила, пытаясь при этом не смеяться.
— Он просто невероятен! — сказал она, пока мы быстро шли по коридору.
— Ш-ш-ш, — сказал я ей. — Давай подождём с разговорами, пока не придём куда-то ещё.
К её чести следует заметить, что она попридержала язык, пока мы не вернулись в старую кладовую.
— Твой друг — скот, — просто сказала она.
— Как ты недавно мне говорила, я и сам не совсем святой, — ответил я.
Она посмотрела на меня, взволнованно хмурясь:
— Ты думаешь, он правда её разбудил?
Это всё же заставило меня рассмеяться. «Она правда волнуется, что он может изнасиловать бедную девушку во сне», — подумал я про себя.
— Ты хочешь, чтобы я проверил? — ответил я. — Действительно? — поглядел я на неё с удивлением. До этого момента я намеренно не позволял своему разуму смотреть в комнату Марка.
Роуз разрывалась:
— Нет, — сказала она, затем немного пожевала свою губу, прежде чем снова заговорить. — Да, но без подглядывания.
— Ладно, дай мне сосредоточиться на минутку, — сказал я с большей драмой, чем было необходимо. Шагнув назад, я закрыл глаза, хотя на таком близком расстоянии в этом на самом деле не было необходимости. Несколько секунд спустя я создал у себя на лице заинтересованное выражение.
— О, а вот это оригинально, — сказал я вслух.
— Перестань смотреть! — упрекнула меня Роуз. — Он разбудил её или нет?
— Я не думаю, что она пока полностью проснулась, но она проснётся довольно скоро, в этом я уверен, — авторитетно сказал я. — А теперь пошли обратно…
Роуз с подозрением зыркнула на меня:
— Как он её будит?
Я посмотрел вверх, не желая встречаться с ней взглядом:
— Ну, он её целует… в каком-то смысле.
Роуз заалела, пока оттенок её кожи не стал соответствовать её имени:
— Хватит, идём.
Я смеялся так сильно, что прошло несколько минут, прежде чем я смог сосредоточиться. Где-то на полпути Роуз ко мне присоединилась.
Глава 32
Марк прибыл за полчаса до полудня, как раз перед тем, как мы закончили готовиться к полднику. По пути назад мы купили еды, и Роуз протестировала свои кулинарные навыки, разогревая её, пока мы ждали.