Удовольствие гарантировано (ЛП)

Администратор показывает нам кабинку в дальнем конце зала, говорит Дугу, что переведет счет, и вручает нам карту вин.
Пока просматриваем меню, Дуг прочищает горло.
— Как обстоят дела с клиникой? Все ли шло хорошо, пока я был на конференции на этой неделе?
— Все замечательно. Мы работаем на самом высоком уровне эффективности в обслуживании клиентов, — говорю я.
Поскольку это была одной из моих задач, когда Дуг сделал меня младшим партнером — уделить нашим пациентам время, которого они заслуживают, но не позволять дожидаться следующего приема слишком долго.
— Персонал отличный. Джонатан и Сэм превосходно справляются с дневными обязанностями.
Может ли этот разговор течь еще лучше? Это явно начало следующей главы в нашей клинике.
— Не могу не согласиться. И за семь лет ты проделал потрясающую работу.
Упоминание временных рамок является резким напоминанием о том, что началось и закончилось семь лет назад, когда я заметил фотографию Слоун на его столе во время моего собеседования. Когда прозвучало: «даже не думай».
Тогда я выбросил все мысли из головы.
Мимо проходит официант и спрашивает, не хотим ли мы чего-нибудь выпить.
— Бутылку вашего лучшего Каберне Совиньон, — говорит Дуг с той властностью, на которую способны седые мужчины.
Мысленно я сжимаю кулак. Дуг любит красный цвет, а это его любимый праздничный напиток. Он всегда выбирает самый яркий красный цвет, чтобы сообщить самые лучшие новости.
Официант говорит, что сейчас вернется, и Дуг плавно возвращается к разговору.
— Как я уже говорил, ты проделал чертовски огромную работу. Твой отец гордился бы тобой, ты ведь это знаешь, правда?
— Знаю.
— И я хочу, чтобы у тебя было все, к чему ты стремился.
Проклятье, я не смогу сдержать волнение, если все так и будет продолжаться.
Официант приносит вино и откупоривает бутылку. Наливает немного в бокал. Дуг берет его, пробует на вкус и признает фантастическим. Официант наливает мне, кладет меню и уходит.
Дуг поднимает бокал.
— Давай выпьем.
Да, черт возьми.
Я поднимаю свой, ожидая следующий шаг.
Дуг поднимает бокал повыше, и мы чокаемся.
— За еще один год совместной работы.
Весь воздух выходит из меня.
— Прошу прощения?
Я заикаюсь на своих словах.
— Давай выпьем еще за один год.
— О… Ну… Я думал, ты уходишь на пенсию. Ты значительно сократил свой рабочий график. Ты же говорил об отставке.
Все это чертово время.
— Тебе не терпится увидеть, как я ухожу? — Он выгибает одну бровь.
Я быстро качаю головой, пытаясь скрыть свой энтузиазм.
— Нет, я просто подумал… Раз уж ты там не так часто бываешь и больше играешь в гольф…
— В этом старом псе полно жизни, мотор очень сильный.
Он постукивает себя по груди.
— Кролик энерджайзер и все такое. Должно быть, это вся горизонтальная деятельность, в которой я участвую. Это хорошая кардио-тренировка, знаешь ли, поддерживает мужчину молодым и подтянутым.
Я стону внутри.
— Уверен, — говорю я, изо всех сил стараясь выглядеть бодро.
— В любом случае, нам предстоит провести вместе еще один год, и я уверен, что этот год будет самым лучшим.
— Это еще почему?
Я задыхаюсь от собственного гребаного шока. Сегодня все должно было пройти совсем не так.
— Потому что моя дочь Слоун будет работать с нами.
  
ГЛАВА 7
 
Голосовая записка Слоун Элизабет
«ТЫ ШУТИШЬ?»
Расслабься.
Спокойней.
Этот человек помогает самым удивительным образом.
Видит бог, тебе это сейчас нужно. Это нужно тебе для кошек, собак и твоих собственных чертовых снов. Он делает их такими реальными.
Просто иди на ужин, как сильная, умная, крутая женщина, которой ты и являешься. Будь благодарна, скромна и не говори папе, что хочешь трахнуть его делового партнера.
Папочка не хотел бы этого для своей милой невинной дочери.
Вздох. Вот как папы видят своих маленьких девочек.
Ты совсем не невинна.
Только не с теми мыслями, что бродят у тебя в голове.
 
  
ГЛАВА 8
 
Может, я тупица.
Может, я ничего не понимаю.
Конечно, моя бывшая подружка Люси пыталась повесить мне на шею дурацкую золотую цепочку. Она потащила меня в хозяйственный магазин, чтобы купить полотенца, а потом спросила, какие мне нравятся для нашей квартиры.
Я вздрогнул.
— В нашей квартире? Но мы не живем вместе.
Она закатила глаза и сверкнула понимающей улыбкой.
— А как ты думаешь, почему я захотела взять тебя с собой за покупками полотенец? Ты так восхитительно невежественн.
В этот момент я точно и ясно уловил ее намеки, а потом все испортил, до того как она сделала копию моего ключа и переехала ко мне поздно ночью, пока я спал.
Но это немного отличается от бесцеремонного комментария Люси. Оглядываясь назад, я понимаю, что, может быть, я поторопился.
Тем не менее, все признаки указывали на то, что Дуг предложит мне взять руководство клиники на себя, а не то, что его великолепная, умная, сексуальная дочь, собирается вести бизнес с нами.
Поговорим о кнуте.
— Я думаю, вы встречались раз или два, я пригласил Слоун присоединиться к нам сегодня вечером, — говорит он, указывая на дверь.
Я оборачиваюсь, мое сердце сжимается от бесчисленных эмоций. Какого черта я здесь делаю, когда Слоун идет к нашему столу, словно по сигналу, выглядя такой же очаровательной, красивой, соблазнительной, как и в тот вечер, когда я встретил ее семь лет назад. Я пел в караоке на благотворительном вечере и чуть не остановился на середине и не спрыгнул со сцены, чтобы убедиться, что она не ушла. Разве это не романтично? Но она осталась, ее красота не требовала моего внимания, хотя я, конечно, заметил ее лицо. Что-то такое было в ее глазах, искорка, блеск. Что-то интригующее говорило о том, что внутри было гораздо больше, чем на поверхности, и я должен был знать, что оказалось скрыто.
С тех пор каждый раз, когда я ее вижу, происходит одно и то же. Свет падает на нее, только на нее.
Как в ту ночь на улице, когда она меня поцеловала.
Мой член шевелится при этом воспоминании. Ну, члены любят поцелуи, все виды поцелуев.
Это действительно чертовски неудобно, ведь мне нужно встать, поздороваться и сделать вид, что я не хочу причинить ей вред.
Но не так неудобно, как когда из-под меня выдергивают ковер.
— Рад снова видеть тебя, Слоун, — говорю я, делая голос монотонным, протягивая руку.
Она дрожит.
— Я тоже рада тебя видеть, Малоун.
Мы такие деловые люди. Я с нетерпением жду свой Оскар.
— Ваши имена рифмуются, — замечает Дуг. — Это забавно.
— Да, конечно, — говорю я, и, честно говоря, разве рифмованные имена не являются достаточным доказательством того, что с нами никогда ничего не должно случиться? Слоун и Малоун — звучит дико.
Дуг потирает руки.
— Давайте о делах, а потом сделаем заказ. Слоун, почему бы тебе не начать с того, что мы обсуждали сегодня утром?
Она расправляет плечи.
— Я всегда мечтала спасти всех животных, поэтому и открыла приют. Все шло хорошо, — Она стучит по столу. — Но ты же знаешь, как трудно оставаться на плаву в этом бизнесе. Ну, я полагаю, что так оно и есть.
— Я понял, это трудно, — говорю я, потому что это нелегкая область, но жизненно важная.
Дуг обнимает дочь за плечи, и я слегка вздрагиваю, вспоминая, кто она для него. Просто, знаете ли, его ребенок.
— Она вела его из маленького магазинчика в Бруклине, и арендная плата растет, а хозяин ужасный. Я подумал, что мы могли бы принять приют в штат, мы справимся со всеми стерилизациями и кастрациями. Я вложусь, — говорит он.
И совершенно очевидно, что это все, о чем думал Дуг за ужином. Не про мои будущие надежды и мечты.