Ключи от Хаоса (СИ)

— Знаешь, это тот самый момент, когда хочется девицу убить и съесть!
Секунд десять Бражник разглядывал мои запястья округлившимися глазами. А потом — я мог бы предугадать! — загоготал так, что чуть не рухнул под стол да вместе со стулом.
— Не смешно, — цежу сквозь зубы. Бражник честно попытался сделать вид, что да, совсем не смешно. Не то чтобы он в этом сильно преуспел.
— Клянусь Тьмой, — выдохнул он, утирая глаза, — моя сладенькая в своем репертуаре!
— Твоя сладенькая нуждается в хорошей трепке, и она ее получит! — не дожидаясь приглашения, пинком разворачиваю стул и сажусь.
— Об заклад бьешься?
— Торжественно клянусь, молот Тора мне в задницу! А теперь скажи на милость, ты снять эту дрянь в состоянии?!
— Ну, довольно-таки забавляет глядеть на то, как ты помираешь от бессильной злобы, — с сомнением протянул Бражник. — Увы, у меня просто нет выбора. Не так ли?
Так. Ему и его сладенькой будет не с руки, если пойду к Аникаму и похвастаюсь новыми побрякушками. А придется это сделать, если Бражник не поможет.
— Ты о-фи-ген-но прав, Майрид! — согласился я, не разжимая зубов. — Сними с меня это, пока я не свихнулся! Отвратительное, знаешь ли, ощущение…
С театральным вздохом Бражник встал, протянул руки и, к моему облегчению, браслеты змейками скользнули в его раскрытые ладони. Вернувшаяся сила захлестнула неожиданно мощным потоком. Бражник же, небрежно оглядев обе цепочки, покачал головой.
— Радуйся, что нужное звено плетения нетронуто. Ну, Рес, такой артефакт испоганила, — вздохнул он, усаживаясь прямо на стол. — И починить же не попросишь, ведь тогда могут обраслетить меня! У химер туго с чувством юмора, когда дело доходит до… Кстати, а как они вообще попались ей на глаза?
Я вкратце поведал историю Поллукса, опустив некоторые сомнительные подробности. Бражник кивнул с непривычным задумчивым выражением лица.
— Ну, тут это пришлось кстати, если хочешь знать мое мнение… — оборвавшись на полуслове, он пристально вгляделся то ли в меня, то ли сквозь меня. — Дорвался до ее крови! — проговорил то ли ревниво, то ли завистливо. — Ох и везучий же подонок!
— Что, так заметно?
— Я же архивампир приграничья! Вижу прекрасно, что у тебя силы попёрли вверх. Да и запах остался…
Я с сомнением пожал плечами. Сильнее себя чувствую, но это и неудивительно — после полного-то бессилия.
— Ты — то, что ты ешь, — заявил самопровозглашенный архивампир приграничья. — Это как раз про нашу расу. Многие посчитали бы мои слова крамолой, но… мы ведь паразиты. Опасные хищники, но притом жалкие паразиты — какова насмешка Тьмы! Наша природа такова, что мы не можем без чужой силы. Как наши предки — суккубы — мы неравнодушны к источникам чужой силы: она выплескивается с кровью и с эмоциями. Ты очень уж заинтересовался девчонкой, Лекс. — Он неодобрительно покачал головой. — Рес тебе не ровня. Затащить ее в постель — дело хорошее и крайне выгодное, но это игра с огнем. Стоит только увлечься…
— И что? — Я на этот счет настроен скептически.
— Попадешь по-крупному. Ты знаешь, что химер назвали в честь мифического чудовища? О, эта прелестная химера — настоящее чудище, когда дело доходит до чувств, — с серьезным видом заверил Бражник. — Она растопчет твое сердце, твою гордость, тебя — и сама этого даже не заметит. Или заметит, но не поймет.
Чудище? О да. Зеленоглазое.
— Что-что растопчет? — недоверчиво фыркаю. — Я прям себя нежной столичной школьницей ощутил. Май, ну какие, в Бездну, чувства? Мы что, в любовном романе?
— В любовном романе существует приятная вещь под названием «предсказуемость», отсюда мы имеем не менее приятное следствие, именуемое «счастливый конец». В реальной жизни конец, как ты сам знаешь, преимущественно грустный. — Он развел руками. — Ладно, думаю, пора прощаться. Не будешь ты рад встрече с моими гостями.
Я послушно встал, на ходу активируя все вырубившиеся из-за гаденького артефакта щиты. Надо бы попросить Дару, чтобы накрутила самое необходимое на побрякушку с подпиткой из внешних потоков.
 
— И всё же, эта твоя Рес — кто такая? И что за игру ведет?
В самом деле, имею я право знать, во что влипаю? Притом на не вполне добровольных началах. Бражник одарил меня испытующим взглядом.
— Тебе следует спросить, что она такое. И тогда ты многое поймешь. Или не поймешь, ты же… ну, ты. Рад был повидаться.
Это меня в какой по счету раз обозвали кретином? Отлично. Вернув ему взгляд с изрядной долей раздражения, ухожу. В какие бы игры они ни играли, я уже вляпался во всё это, вляпался на правах бестолковой пешки. Стоит говорить, что такая роль мне не по вкусу?
К Бражнику таки пожаловали гости. Навстречу по коридору шла Мелис, а следом за ней — парочка вампиров. Мужчина и девушка. Оба темноволосые и черноглазые, со смуглой кожей, и лицами похожи. Точеные лица, нервные, широкоскулые. Я на секунду обомлел и чертыхнулся про себя.
Значит, не буду рад встрече? Скорее они расстроятся.
У меня хватило наглости усмехнуться и отвесить почтительный на грани издевки кивок. Парочка замешкалась; лицо мужика осталось надменно-безразличным, а вот длиннокосая красавица уставилась на меня во все глаза. Небось лет немного, еще не умеет делать морду табуреткой…
Жутко довольный собой и своей неразумной выходкой, я схватился за витую ручку сквозного портала. Интересно, стоит ли ждать в гости пару-тройку радушных родственников, приветливо размахивающих клинками? Давно не развлекался убийствами вне рабочего, так сказать, времени.
====== Глава 22 ======
Уже уплетая завтрак, подозрительно напоминающий плотный обед, я всё же спросила:
— А где Рес? Я думала, вы поодиночке и не ходите.
Рик улыбнулся.
— У нас с сестрицей немного отличий, но вот одно из них — меня гораздо легче сдернуть с постели. У Рес мечта всей жизни, чтобы в сутках было часов этак пятьдесят: двадцать из них дрыхнуть, а за оставшиеся тридцать переделать целую кучу дел и слопать целую кучу яблок.
Я оторопело уставилась на него, не донеся вилку до рта. Мы говорим о Рес? О строгой и прямой Рес, похожей на туго натянутую струну?
— Честное слово, тебе ее просто не удавалось поймать на горяченьком! Рес у нас только с виду суровая госпожа.
Вздохнув, Рик принялся увлеченно жаловаться на любимую сестру:
— Что хуже, она совершенно не приспособлена к быту. Ей проще убить кого-нибудь, чем позаботиться о себе! Я всё боюсь вернуться и обнаружить, что сестрица сторговала душу джинну за пару суток сна и большое вкусное яблочко…
— М-да. Кого-то мне это напоминает.
Напоминает это Александра, незабвенного и в быту абсолютно бесполезного. Не пора ли натравить на него близнецов? Впрочем, идея не самая удачная. Помимо предубежденности к моим загадочным спасителям, Лекс больше всего на свете ненавидит, когда у его друзей появляются новые друзья. Вампирюка ревнивая! Его собственнические замашки порой доходят до абсурда! Но, боюсь, придется ему примириться с жестокой реальностью. Нельзя же вечно прятать Рика и Рес! Или можно?..
— Ба, кого я вижу! Ника! Живая! — от мыслей о Лексе оторвал звонкий возглас… его матушки. А, ну да, мы же в городе ведьмаков. Неудивительно встретить ее в «Самшите» — таверне и алхимической лавке в одном лице. Насколько знаю, лет десять назад тут была просто лавка, но потом мастер Ванланди передал дела своему младшему сыну Агни — крайне предприимчивому молодому человеку. Под руководством мастера Агни «Самшит» обзавелся новыми помещениями, и теперь с лавкой соседствуют и таверна, и новая лаборатория, в которой работает супруга Агни — госпожа Сольвейг — и ее помощники. «Еще б купальни воткнул, ну и бордель до кучи», — фыркают ведьмаки, но охотно посещают «Самшит» без купален и ш… хм, продажных женщин.
— Привет, Амарис, — кротко промолвила я. — Какой мне еще быть-то в ближайшее время?
Упс. Плохая оговорка. Рик напрягся, да и я тоже. Как-то за последние недели почти не задумывалась о своих незавидных планах на будущее.