Развод по-темному, или Попаданка познакомится с мужем (СИ)

– Мне следовало сразу начать с этого, а не тащить вас к алтарю, да еще и снова притворившись Ризером. Но я боялся, что вы снова откажете. Погубите этим себя и… и меня тоже.
– Из…
– Помолчите. Я не каждый день делаю предложение собственной жене. Это, знаете ли, очень волнительно.
– Но я и так ваша жена.
– У нас с вами все вышло до нелепого неправильно. Я пытаюсь исправить то, что еще можно исправить. Лиза… Я осознал, что вы мне дороги, что я люблю вас и… Вот.
Извер сунул руку в карман, протянул характерного вида коробочку, повернул ко мне и открыл.
– Это что?
– Я предлагаю вам стать моей женой. Настоящей. Что здесь непонятного?
– В Остерне вот так делают предложение? – опешила я, глядя то на содержимое футляра, то на нервного Даркести. – То есть когда Кор пуговицы носил, это он мне предложение делал?
– Что? При чем здесь Кор и пу… Кор,аппиэ, – сузив глаза приказал Извер.
Мигнул согревающий полог и на перилах материализовался ворон с кольцом в клюве. Птица кокетливо склонила голову, спорхнула мне на колени и уронила кольцо в подставленную ладонь.
– Я… Я согласна, – максимально торжественно, насколько позволяли разъезжающиеся в улыбке губы проговорила я. – Я принимаю ваше предложение. Оба ваших предложения. Для полного комплекта только Ризера с чем-нибудь не хватает.
– Здесь и Кор лишний, – проворчал Извер, не слишком деликатно стащил с моей руки перчатку и надел кольцо в добавление к уже имеющемуся. Смотрелось хорошо: первое с мелкими камешками и второе более массивное с камнем покрупнее.
– А теперь, дорогая жена, – жарко прошептал Из, аккуратно взяв меня за подбородок и прожигая меня взглядом, – как насчет супружеского долга?
– Здесь? – грохоча сердцем так же шепотом спросила я у него.
– Здесь только супружеский поцелуй, все остальное там, где самые горячие ночи.
Стоило ли удивляться, что у этого пройдохи все было подготовлено заранее? После нескольких поцелуев, меня нетерпеливо подхватили на руки и, сорвав аплодисменты случайных свидетелей, потащили к ожидающему рядом с парком экипажу. Там тоже случились супружеские поцелуи. Много. А супружеский долг – в Даркести-холле.
Что может быть абсурднее, чем оказаться разведенной, не имея ни малейшего понятия, как выглядит супруг? Познакомиться с ним заново, влюбиться до умопомрачения и снова выйти за него. Дважды. И я ни разу об этом не пожалела.
  
Вместо эпилога
 
Эльзбет
Был такой сон и было холодно. Я точно помнила, что выпила воды из графина у постели и довольно быстро уснула, а теперь никак не могла вынырнуть. И пошевелиться не могла. Кое-как открыла глаза, но моргать получалось с трудом. Филисет что-то подмешала мне в воду? Вот сейчас, я точно осознавала, что глаза были открыты, я чувствовала из открытыми, но ничего не видела. Был странный ни на что не похожий запах, резкий, холодный и неприятный. Голоса, словно рой гудящих ос, и неприятное металлическое позвякивание. Затем кто-то наклонился надо мной, я моргнула, различив светлое пятно, которое оказалось человеческим лицом. С глазами. Яркими синими глазами поверх куска ткани, закрывающей рот и нос. Нелепого покроя шапочка, плотно обтягивающая голову, была надета низко, почти до бровей Ткань, там где рот, шевельнулась, будто человек что-то сказал, и снова стало темно.
Затем шум. Гулкое эхо. Меня везли на какой-то высокой длинной тележке и ее колесики чуть щелкали, когда наезжали на препятствие на полу. Свет от странной формы светильников на потолке растягивался, как растаявшая на солнце мягкая карамель. Я все еще не могла шевельнуться.
Опять темно.
Комната. Большая и опять пахнет не понятно чем. Неприятно. Гадко. Я чувствовала, что лежу на постели. Голая? Нет что-то есть. Короткая рубашка из грубоватой ткани. Само тело было тяжелым, будто налилось водой. Будто я вся из воды. Этакий пузырь. Кажется – шевельнусь и схлыну, растекусь по полу.
– Лиза, вы меня слышите?
Снова шапочка, другая, темнее, снова кусок ткани поперек лица, а глаза те же. В них провалиться – как нечего делать, такие синие. Такие же как у Иза. Почти. Это не Из. Голос не тот, но приятный. Теперь слышу.
 
Я попыталась говорить, спросить где я и что это за странное место, но мне что-то мешало. Трубка?
– Моргните, если слышите.
Я моргнула. Это было тяжело. Тяжело моргать, когда у тебя веки из воды.
– Храбрая девочка, вы молодец. У нас все получилось. Теперь не смейте меня подводить, поняли? Держитесь дальше. Сейчас можно поспать. Спите, Лиза.
Лиза? Я Эльзбет. Эльзбет Фламм-Даркести. Впрочем, уже нет. Утешало одно, я все-таки успела спрятать браслет и пауку Аскаэлю придется здорово побегать, чтобы его найти. Не найдет. Я спрячусь, исчезну куда-нибудь. В Эзахел, например. Там меня даже Кор не найдет, наверное. Но даже если и найдет, без прямого приказа или просьбы от меня он браслет не покажет. Главное, чтобы Лоссэ не нашел. Гад. Он схитрил, когда говорил Изу, что меня не касался мужчина. Там – нет, но его гадкие ручонки побывали почти везде. Ненавижу.
А эта рука, что касается сейчас моих пальцев совсем другая. Теплая. В сон клонит от тепла. Он сказал, что можно поспать? Хорошо, я посплю.
Несколько месяцев спустя. Городской парк.
Мне довольно быстро удалось прийти в себя. Сложнее было привыкать к новому миру. Чуждому и удивительно похожему. Я привыкла к своему имени, научилась многому, многое узнала и осознала. Здесь у меня было то, чего не было дома – свобода быть той, кем захочу. Удивительно, но предыдущая хозяйка тела тоже была в разводе. Здесь с этим куда проще. Никто не станет тыкать пальцем и отказывать от дома. Здесь вообще много самостоятельных женщин и мне это невероятно по душе.
Все решили, что я потеряла память. Это было удобно. Не приходилось хитрить, если я чего-то не знала или не понимала, или не узнавала. Мужчина с молодой женщиной, которая плакала оба раза, когда они приходили меня навестить мне не понравились. Позже мне сказали, что это был мой бывший муж и его новая жена, которая называла себя моей подругой. Не знаю, возможно, другая Лиза была слишком наивна, лично я ни за что не стала бы доверять подобной особе. Она напомнила мне Филисет своими повадками. Двуличная, мастерица изображать жертву. Раз уж я в новом мире, и у меня новая жизнь – все, что меня окружает, тоже должно быть новое. Так я решила.
А Лоссэ пусть локти грызет. Никто и никогда не ставил ему подножки подобной той, что вышла у меня. Теперь ему уж точно не найти браслета. Разве что другая Лиза не погибла, а оказалась в моем теле в Амарезе, как я оказалась на Земле. Встрять между леди Даркести и Аскаэлем – врагу не пожелаешь. Только Иза было жаль. Он стал мне дорог, я даже думала, что люблю. Может и любила. Но если бы я изначально могла выбирать между ним и Ризером, не уверена, что выбрала бы Извера. Надеюсь, Из не будет страдать слишком тяжело, он-то действительно меня любил.
Однажды ночью у меня был сон-видение. Мне приснилось, что я снова была в Остерне, бежала стремглав прочь из дома, где снимал квартиру Риз Хант и попала под экипаж. И точно так же, как склонялся надо мной хирург, а после сидел у постели, сидел у постели Из, держал меня за руку и просил прощения за недоверие, поспешные выводы, позорный развод и не менее позорный обман.
Отчего я вспомнила об этом сейчас? Понятия не имею. Я гуляла. Присела на скамейку, стряхнув снег и положив поверх чуть облупившихся досок нашедшийся в сумочке пакет. Стаканчик кофе приятно грел руки, по пруду, в центре, где не было льда, медленно скользили утки. Кто-то шел позади поперек газона, игнорируя дорожки и хрупая снегом, мне было не любопытно, да и оборачиваться лень – слишком удобно устроилась.
– Лиза?
Теперь я обернулась. На меня смотрели яркие синие глаза, которые я больше привыкла видеть поверх медицинской маски.
– Лиза, помните меня? – спросил мужчина и улыбнулся.