Развод по-темному, или Попаданка познакомится с мужем (СИ)
– Зато чешетесь, – опасливо уточнила я.
– Это аллергия, а не серая лихорадка. Сумку подставьте. Ох… Аккуратнее же! Что вы так тыкаете, будто я вам лично гадостей наделал? Я вас даже не вижу толком.
Я вот его вообще не вижу, только карманы немного, откуда едва-едва светят сферы с закатом, а бесит. Чешется у него везде… Один такой уже и почесал, и потыкал, а бедняжка Эльзбет теперь без средств к существованию, крыши над головой и в сомнительном статусе. Вернее, я вместо нее. А так попала бы по всем канонам жанра сразу замуж, за Изверга. Жила бы с красавцем-магом в царских хоромах, занималась бы благотворительностями. Может и со свекровью договорилась бы. Она, конечно, тот еще тиранозавр, но что-то же ей интересно, кроме сына и его благополучия? Может, она голубей в парке кормит или ворон разводит. Оседлывает верную метлу, поднимается к верхушкам тополей на рассвете и вороньи пузики гладит, приговаривая…
– Мне, конечно, приятно, но о чем вы таком думаете, держа руку у меня в кармане? – со странной интонацией прогудел работодатель.
– Явно не о том, о чем вы, – оскорбилась я.
– О, не льстите себе. У вас не настолько изящный скелет и не настолько не пролезаемая грудь.
– Моя рука у вас в кармане. Я, знаете ли, чувствую...
– Это сферы заката.
– Да, действительно, сферы. И закат. Как печально.
– Вы хамите?
– Вы заметили?
Я вытащила последнюю сферу из правого кармана, пока больное начальство, шурша и почесываясь рукой, локтем и лопатками о стеллаж позади, очертания которого уже начинали проступать сквозь мрак, сложило розоватые шарики из левого кармана мне в изрядно потяжелевшую сумку. Мог бы и сам подержать, угнетатель. Еще жалования не огласил, а уже тиранит.
– И все-таки у вас удивительно знакомый голос, Лиза. И странное имя.
Очертания работодателя тоже проступали. Высокий, почти как стеллаж.
– Нет, эту оставьте.
Я пожала плечами и протянула тускло-малиновую в оранжевых разводах сферу обратно, стараясь не касаться руки, более плотной на фоне остальной темени. Мало ли где и что ею чесали.
– Что в этой сфере такого особенного?
– Это последний закат ноября над заливом Грейсальт. С него все началось, – неожиданно душевно прогудел сумрак, пряча шарик поглубже в карман.
В неизвестных глубинах души Эльзбет что-то дрогнуло, отзываясь, я собралась умилиться и тут этот ненормальный как рявкнет:
– Сумка!
Я рывком схлопнула раскрытое, щелкнули, смыкаясь шарики замка, морок собрался точками и схлынул на пол, я посмотрела в лицо обладателя бездонных карманов. Эти глаза напротив в обрамлении покрасневших век были синие. Те самые.
– Ты! – завопили мы одновременно.
“Бульдозер” отпустил нос, чихнул, полыхнуло, дунуло, и меня вместе с сумкой вынесло прочь со склада потоком горячего воздуха.
Глава 3
Лопатки встретились с фальшивой стенкой. Часть рамок с грамотками и регалиями, судя по звукам, осыпалась, а на меня в клубах осевшего на пол мерцающей черной пылью тьморока надвигалось красноглазое чудовище.
Ну нет, ни одна работа таких нервов не стоит. Но далеко я убежать не успела.
Да, я струсила! Он выше и у него глаза! Почему стол такой короткий даже в длину? Успела только стул ногой выдвинуть, перегородив пространство и окончательно загнав себя в ловушку. Моя сумка со всем немногочисленным, но дорогим моему сердцу, имуществом осталась на комоде в заложниках, полная шариков со сферами. Они, наверняка, дорогие и редкие, раз голубоглазый гад так переживал за их сохранность. И ведь даже не подбежать-схватить-убежать. Во-первых – мне из угла деваться некуда, во-вторых – Риз, в-третьих – тоже он.
Длиннорукий же магиус Хант и не думал сражаться с преградами – он просто оперся этими своими руками на стол, и мы оказались фактически лицом к лицу.
– Попалась, – довольно оскалился Риз. – Как ты там себя назвала? Лиза?
– Мы уже на “ты”? Где ваше воспитание? – Я попыталась собрать у себя на лице высокомерную мину, но то ли практики у меня было маловато, то ли противник слишком непрошибаем.
– После всего, что между нами было…
– Вы так ноете, будто я вам жениться обещала и наврала. Чего вы добиваетесь? Чтобы я вам снова… уступила?
– Из-за вашей уступчивости моя репутация теперь – пустой звук и даже в Эзахеле знают, почему и отчего Извер Даркести снова в списке самых желанных женихов семи королевств, крошка Бет – процедил он, а меня передернуло. Дело было не в интонации и даже не в намеках. Удивительным образом бесило то, как Риз сократил имя Эльзбет.
– Нечего было примерять свой ключик к чужим замочкам, магиус Хант, выпалила я и сама не заметила, как скопировала позу Риза, а когда заметила, было поздно. И вообще, котята тоже кусаются, когда на них бульдозером прут.
– И как это так вышло, – продолжила я, глядя прямо в его глаза и боясь моргнуть, будто очутилась в темноте, – что вы – белый и пушистый, а я одна кругом виновата, хотя для процесса нужны как минимум двое?
– Как минимум? Какая прелесть. Что же вы на суде так яростно не возражали, а только лили слезы водопадом, кивали и бормотали, что виноваты?
– Так… А… У нас и правда… было? – мигом остыла я, а еще сделалось волнительно, что лицо Риза так близко к моему, а наши упирающиеся в столешницу руки почти касаются кончиками пальцев.
– У нас было, – нагло заявил синеглазый гад и, похабно ухмыляясь, дернул бровью, будто курок спустил.
Мои локти позорно дрогнули. Я уперлась коленками в стол и сдала назад, подальше. Еще дальше… А лучше – совсем далеко. На другой берег моря или в упомянутый Ризом Эзахел. Хорошо, если он на другом берегу моря. Мне срочно нужна карта и учебник географии для младших классов, где много картинок и мало текста. Буду учить прописные истины и не думать о противном Ханте, с которым у меня-Эльзбет действительно было. Иначе отчего у меня-меня на него такая однозначная реакция: хочется сначала стукнуть, потом опрокинуть и… лишить остатков репутации? Пару раз. Чтоб даже звука не осталось. А он еще и смотрит так, словно прекрасно о моих чувствах осведомлен. Кажется спасти меня сейчас сможет только чудо.
Я вжалась в край витрины, изо всех сил желая оказаться в другом месте. А что? А вдруг?
– Магиус Хант? Это вы? – раздался низковатый рокочущий голос вместе со звоном колокольчика над входом, а в открывшуюся дверь ветром с улицы принесло желтый лист и ворона, брякнувшегося на стойку и распластавшего крылья во всю ширь.
– Магиус Хант это я, – попугаем повторил Риз с такой интонацией, будто сам в себе сомневался.
Вороньи лапы с растопыренными когтистыми пальцами дрыгнулись, крыло шевельнулось. Стенд с проспектами сковырнулся вниз, содержимое стаей пичуг вспорхнуло в воздух и…
Я ужом юркнула вдоль стенки к комоду, отчаянно скрипнуло под подошвами битое стекло, грохотнул зацепившийся за подол и опрокинувшийся стул, сумка как-то сама собой оказалась в руках, а ноги стремительно вынесли меня прочь.
…осыпалось цветным шелестящим дождем.
В себя я пришла почти у самой гостиницы, куда в панике добежала на инстинктах, как любое живое существо – в знакомое и безопасное место. Сердце билось в горле, горло драло от бега и холодного воздуха, в голове немножко звенело. Мое пальто осталось где-то в недрах склада – я сняла его в процессе сбора сфер заката. Но самое ужасное было то, что сами сферы так и лежали в сумке.
Полный финиш. Теперь я не только разведенная жена с перспективой на ночлег на улице без верхней одежды, так еще и воровка. Плюс ко всему, Эльзбет, кажется, действительно изменила мужу с его приятелем. Не будет же Риз так нагло и восхитительно врать, будучи неотразим даже с покрасневшими глазами и чуточку гнусавым голосом? Или будет?
Часть 4. Сложности перевода.
– Зачем тебе эта новая должность, Лизонька? Тебе не достаточно денег, которых я зарабатываю? Может, вместо того, чтобы делать карьеру, сделать перерыв, отдохнуть, сосредоточиться на муже…