Старое поместье Батлера (СИ)

– У тебя слишком живое воображение. Я всё слышала, и ты держалась весьма достойно! А твой финт, когда ты вдруг передумала, умничка!
– Но я и правда в один момент решила, что обойдусь и безо всякого мужа, – приоткрыв левый глаз, искренне воскликнула я.
– Ох, Грейси, – покачала головой мама, – нам вдвоём не справится с Джоном. Пока ты несовершеннолетняя, то полностью беззащитна перед отцом.
– Я всё это понимаю, – снова откинув голову на спинку софы, вздохнула я. – Как же я устала, кто бы знал.
– Немудрено! С момента нашего прибытия в Алон ты ни дня не сидела без дела. Иди, поспи, милая.
– Да, ты права. Глаза сами слипаются, – я посмотрела в распахнутое окно на бегущие по небу облака, время давно перевалило за полдень и мне бы съездить, проведать своих лошадей, но силы были на исходе, ещё этот разговор с Дином… Благо, он состоялся и вопрос был решён в мою пользу. Вот только все треволнения в итоге вылились вот в такое опустошение.
Дом понемногу преображался: он словно оживал после долгого сна. Слышался задорный смех Абигайл, ворчание Доры, тихие напевы матушки, когда она сидела за вышивкой, а двери были распахнуты. И даже дядюшка Пол взбодрился, будто сбросил лет пять. Всё суетился, что-то делал. Никогда не отказывал нам в сопровождении в Алон.
На следующий день ровно к обеду граф Харрисон прибыл для обсуждения условий брачного контракта.
– Предлагаю сначала обсудить дела, а потом отпраздновать за скромным обедом, – предложила я, едва сдерживая улыбку. Сегодня основные блюда приготовила Дора – овощное рагу с мясом, а вот на десерт подадим ажурные блинчики, к ним будут поданы разные начинки. Девочки были шокированы простотой рецепта и умаялись с чугунной сковородой, вертя её и так и сяк, чтобы тесто расплылось в идеальный круг.
– Эх, мисс Грейси, у вас так ловко получается! У меня так никогда не выйдет, – покачала головой Дора, заворожённо глядя, как я, уже приноровившись, пеку один блинчик за другим…
– Дело в практике, всему своё время, – пообещала ей я.
И вот гость на пороге, всё готово к его встрече.
Мы снова расположились в кабинете дедушки, в этот раз за столом. Я не стала садиться во главе, разместилась рядом с мужчиной, чем несказанно его удивила, и в его глазах добавилось уважения.
Своим поступком я хотела показать, что мы партнёры и Дин всё прекрасно понял.
– Итак, – деловито начала я, извлекая из кожаной папки исписанные листы пергамента.
– Вижу, вы подготовились, – усмехнулся Харрисон, принимая бумаги.
Мэделин сидела неподалёку и делала вид, что что-то вышивает, но я точно знала – мама очень внимательно слушает нашу с графом беседу, готовая в любой миг вмешаться, ежели что-то пойдёт не так.
– Я перечислила основные моменты, которые хотела бы видеть в контракте, – добавила, следя, как быстро пробегают глаза мужчины по написанным мной строчкам. В этот раз я не заморачивалась с пером, взяла тонкий уголёк и написала текст.
– Хорошо, – закончив чтение, кивнул великан. Всё же, какой он огромный мужчина! Метр девяносто точно есть, и широкоплечий, живот плоский ни намёка на пивное брюшко, сильные длинные ноги, узкие бёдра, мощный торс и широченные плечи. Привести бы в порядок его бороду, хотя бы подстричь, придать форму, и хоть сейчас в какой-нибудь блокбастер главным актёром. – Пройдёмся по каждому пункту?
– Я не против, – кивнула, готовая к обсуждению.
– Брачный договор сроком на четыре года, ровно до вашего совершеннолетия, – прочитал он. – Это даже звучит странно. И выглядит также. Нельзя так в лоб заявлять о подобном.
– Почему? – пожала плечами, – это соглашение касается только нас с вами, оно вообще может быть каким угодно закрученным.
Харрисон как-то странно на меня покосился, и в итоге молвил:
– А если и вы, и я передумаем?
– То есть, – сначала не въехала я, а потом дошло. Сердце глупое сделало предвкушающий кульбит, но я постаралась не показать вида, насколько его фраза меня взволновала, – вы хотите сказать, – поспешила озвучить мысль, – вдруг мы влюбимся друг в друга?
 
– Почему нет?
– Действительно, почему нет? – кивнула я.
– Тогда внесём правку: договор бессрочный, может быть расторгнуть по обоюдному согласию сторон.
– По желанию одной из сторон, – покачала головой, – вдруг я вас полюблю, а вы меня нет? И наоборот? Не нужно кого-то держать в плену неразделённых чувств.
– О как завернули, – уважительно кивнул мужчина, в серых глазах мелькнула улыбка. – Теперь вот это: две смежные комнаты для вас и для меня. Что это за условие вообще?
– Эм, – глубокомысленно выдала я.
– После развода никто не будет ждать от вас сохранённой невинности, – пожал плечами он.
– Для меня это важно.
– Кхм,кхм, – тихо прокашлялась мама.
– Простите, леди, но меня это не устраивает, – Дин встал, снял сюртук, закатал рукава светлой рубашки выше локтей и вернулся на место. Я, как зачарованная, смотрела на его загорелые, чего уж там, волосатые и очень мускулистые руки и вообще выпала из реальности.
– Мисс Грейс? – позвал он меня, я перевела взор на его шею и ниже: две верхние пуговицы были расстёгнуты, оголяя часть очень привлекательного торса.
– Да? – мне показалось, или у меня голос осип?
– Этот пункт немного перефразируем: по обоюдному согласию супружеское ложе на двоих.
Мама поперхнулась, а я очнулась, вот уж гормоны, как невовремя!
– Что?
А Дин смотрел на меня и широко белозубо улыбался. Как ему шло это беззаботное веселье! Лукавство коснулось и голубовато-стальных очей.
– Шучу, просто опустим этот пункт и оставим всё на волю случая?
– Так не пойдёт! – мама отложила шитьё в сторону, спина её была идеально прямой, взор синих глаз суров и холоден, – а если Грейс понесёт? Тогда развод будет вовсе невозможен!
– Верно мыслите, – скрестил руки на широкой груди Дин, – и мы снова возвращаемся к началу…
– Всё просто, – после минутного напряжённого молчания, заговорила я, – в случае возникновения между нами интимных отношений, вступает в силу дополнение к договору: и развод становится невозможен. Лорд Дин, вы не сможете со мной разойтись. Никогда.
На бородатом лице мелькнула довольная улыбка, но так быстро исчезла, что я подумала – показалось.
– По рукам, – кивнул он.
– Мои кони останутся только моими, вы не будете иметь права ими распоряжаться, как и землями вокруг.
– Согласен, – кивнул мужчина, ставя галочку рядом с условием.
– Жить под одной крышей будем по праздникам.
– Этот момент поясните более подробно.
– Я должна находиться на своей земле и продолжать вести многочисленные дела.
– Многочисленные? – граф скептически вскинув правую бровь, осмотрел полупустой кабинет.
– Да, у меня на старте есть несколько перспективных проектов, мне удобнее будет решать дела тут, в поместье Батлера.
– Что же, – медленно проговорил Дин, а мне было очень важно, чтобы он не ставил палки в колёса моим задумкам. – С условием, что я смогу принимать посильное участие в ваших проектах. С удовольствием помогу советом, или деньгами. И делом.
– Принимается, – облегчённо впервые за время беседы, улыбнулась я. – Так же и вы меня можете включать в свои проекты, если сочтёте это необходимым.
– Леди Мэделин, – вдруг обратился он к матушке, при этом не спуская с меня восхищённых глаз, – где, говорите, ваша дочь получила образование?
– На дому, – удивилась графиня вопросу.
– Мне иногда кажется, что в каком-то университете для наследников аристократических древних родов.
Мама гордо расправила плечи:
– Моя дочь не по годам умна, вы даже не представляете, какое она сокровище!
– Отчего же, – не согласился с ней Дин, – вполне отчётливо вижу.
Основные вопросы, такие как: интимная сторона супружеской жизни, ведение дел в поместьях, совместный досуг, финансирование супругом моих дел (на этом настоял сам Дин, а я добавила, что также могу выделить ему средства, если потребуется; жених был несказанно удивлён, он ведь видел, что дом пуст, и наша маленькая семья на грани бедности, но я рассчитывала очень скоро этот вопрос решить), имущественные права, и отдельно обозначили, когда развод по инициативе супруга невозможен – совместные дети.