Колючка для высшего эльфа или сиротка в академии (СИ)
Найтвейн сжал мою руку и дернул обратно на себя.
— Рассказывай.
Мы остановились едва ли не в эпицентре движения и прокрутив головой, наблюдая за проходящими мимо адептами, поджала губы.
Высокородный шумно выдохнул. Обвив мою талию на глазах у всех, поволок к первой попавшейся аудитории. Заглянул за дверь. Недовольно ее захлопнул. Открыл следующую.
В эту аудиторию мы и вошли.
Опустив полог беззвучности, Кириэль повернулся ко мне, приподняв бровь.
— Я думаю, что профессор Фридрих Райм и есть тот, кто устроил беспорядок в лабиринте, призвал фантом и возможно, перерыл мою комнату, — на выдохе отчиталась я.
Аж на душе полегчало.
Бровь Кириэля поднялась выше.
— Откуда такие предположения? — сухо спросил он.
— Интуиция, — уверенно заявила ему в лицо, — смотри, Райм интересуется аномалиями в моем мире. Я видела, как он брал в библиотеке книгу «Иномирные аномалии. Места с сильной стихийной энергетикой». Профессор с самого начала был крайне вежливым со мной…
— Ты серьезно? — усмехнулся высокородный, — вежливость и чтение книги?
— В смысле? — хлопнув ресницами, я не сразу уловила сарказм. Он мне не поверил, а я продолжила настаивать на своем, — Кириэль, ты вообще слушаешь меня? Я же не с потолка это выдумала. Говорю же…Райм едва ли не единственный, кто заинтересовался моей личностью. Остальные избегали или смотрели как на врага народа. Чем не попытка завоевать доверие? Он появился в академии с момента, когда здесь появилась я. И та книга…зачем ему ее читать?
— А зачем вообще тогда библиотеки существуют? Давай честно, твои аргументы выглядят именно как взятые с потолка.
И меня это убило.
— Почему ты мне не веришь? — в моем голосе проскочила обида.
Высокородный приблизился и я отшатнулась, уперевшись бедром в стол.
Ничего не говоря, он сжав ладонями мою талию, подсадил меня на стол.
— Прекрати себя вести так, — зло выпалила я.
— Как? — он облокотился на столешницу, расставив руки по обе стороны от меня. Наклонился ближе, к моим губам, — как именно?
Чувствуя колкую обиду и непонимание с его стороны, отвернулась.
— Ты не слушаешь меня! Называешь мою версию взятой с потолка. А что если я права? Такой вариант ты не рассматриваешь?
Губы Найтвейна мазнули по моей щеке и зашептали на ухо:
— Даже если ты права, то нужны более веские доказательства. Все перечисленное тобой больше похоже на совпадения.
— Ах так? — отклонилась и повернулась лицом к Кириэлю, — пусть это всего лишь доводы, но я озвучу их Эштеру. Вдруг он примет их во внимание.
— Может не стоит торопиться?
— Неужели? Тебе может и все равно, но мне нет.
На лицо Кириэля упала тень. Черты лица заострились. Ладонью он сжал мой подбородок, вынудив приподнять голову и заглянуть ему в глаза. В них бушевала стихия.
С чего он так разозлился?
— Послушай, — с металлом в голосе заговорил высокородный, — мне не все равно и никогда больше не делай таких выводов. Я действительно не считаю твои доводы объективными, но я их услышал. Дай мне самому в них разобраться.
— Ты против того, что бы я пообщалась с Эштером? Мы же все в одной лодке, или я что -то путаю? — я рывком скинула его руку с моего подбородка.
Кириэль почему-то молчал. Мрачно изучал мои черты.
Я совершенно не понимала, о чем он думает. Его словно терзало что-то, но что именно — непонятно.
Тридцать третья глава
Между мной и высокородным атмосфера помрачнела и накалилась. К Эштеру в итоге я все-таки решила пойти. Правда перед этим выцепила Харта.
— Что думаешь? — спросила его, заметив, что сам мне что-то хочет сообщить.
— Сложно сказать, но Райм какой-то странный.
Знаешь, я проследил за ним и ты не поверишь.
— Ну? — я нетерпеливо сжала кулаки.
— Райм непонятно зачем след в след прогуливался по пятам Лиары. Она идет в сторону полигона, он туда же. Учитывая, что у Ли в последнее время с головой не впорядке, то подозрительная взаимосвязь вырисовывается. Она на лекцию, почему-то одна без подруг — он за ней. Он реально ведет себя, если приглядеться, не адекватно. И еще, у него к тебе нездоровый интерес. Ты ушла, а он меня вопросами завалил.
От таких заявлений у меня мурашки по коже разбежались.
— Всё. Я иду к Эштеру. Ты со мной?
Харт замялся, но кивнул.
В кабинете ректора не оказалось, пришлось побегать по этажам в его поисках. В конечном счете, запыхавшись, мы с темным нашли Эштера в бальной зале, где он контролировал подготовку к «Сияющей ночи».
Протерев очки краями мантии, ректор окинул нас скептичным взглядом и пригласил к себе.
Первой начала я, Харт временно остался в стороне, пока не потребовались его дополнения.
Когда мы замолчали, Эштер, выдержав паузу, выразил свои сомнения:
— Понимаете, Оксана, у профессора Райма не было доступа в лабиринт.
— Ну и что? Он мог найти способ заранее все подготовить, разве это невозможно?
— Всё не так просто, как можно показаться, — выдохнул ректор. Нахмурился, — должен признать, ваша версия очень интересна.
— Правда? — неповерила я и переглянулась с Хартом.
Эштер кивнул.
— Знаете, Оксана, я давно и хорошо знаю Фридриха и он всегда воспринимался мной как человек науки и замечательный собеседник, но его интерес к стихийной магии и к истории, связанной с потерянными способностями, которыми впервые за долгое время обзавелись вы — меня всегда немного смущал. Кажется, это хобби граничило у Фридриха с одержимостью.
— Одержимость, по-моему, самый подходящий термин, — закатил глаза темный.
Я собравшись с мыслями, уточнила у ректора:
— Вы планируете проверить мою теорию?
— Разумеется. Как я уже сказал, она не выглядит бессмысленной. Есть спорные моменты и отсутствует доказательная база, но считаю — стоит провести негласное расследование.
Неужели победа?
Я даже почувствовала привкус радости.
Зла Райму не желала ни в коем случае, но если он тот самый негодяй, пытавшийся меня убить и отнять магию, или возможный последователь Корнелиуса Торна — то лучше если его обезоружат, пока плохих дел не наворотил.
— Вы хотите что-то дополнить? — Эштер скрестил пальцы на столе, посмотрев на нас с темным поверх дужек очков.
Мы с Хартом развели руками.
— Тогда еще раз поподробнее расскажите про случай в библиотеке. Каждая мелочь важна.
А здесь возникли сложности. Мне совсем не хотелось рассказывать о том, как Райм увидел мою метку. Вообще про метку предпочла бы молчать как партизан, но решила, что Эштер если не знает, то догадывается и вплела эту часть в историю.
Брови ректора удивленно поднялись. Кашлянул, вернул серьезную беспристрастность и попросил взглянуть.
— Да, действительно — метка. Это объясняет интерес к вам высокородного Найтвейна, — механическим голосом произнёс ректор.
Почему-то от его слов ощутила горьковатый осадочек. Ну да, Кириэль врят ли заинтересовался бы мной, если бы нас судьба не связала, но признавать это не хотела. Предпочитала запихнуть эту мысль куда-то на дно своего сознания.
Спасибо, товарищ ректор, за напоминание.
— Оксана, попрошу вас пока не разглашать любую информацию о сегодняшнем разговоре со мной и повременить с оглашением своих догадок. Это может помешать расследованию. Вас, Харт, это тоже касается.
— Конечно, — в один голос отозвались мы с темным.
— Я свяжусь с вами позже. Будет необходимость сообщить дополнительные данные — прошу. Заходите.
Ректор сухо попрощался с нами и мы покинули кабинет.
— Ты что такая кислая, Ксю? — темный толкнул меня локтем в плечо, — тебя выслушали. Эштер вроде поверил, расследование проведет и в Голденхоле возможно наступит мир и порядок.
— Звучит обнадеживающе, — без радости и настроения ответила ему.