Наследие из сейфа № 666 (СИ)
С дверями тоже хватало проблем — их было слишком много и не там, где надо… Запомнить расположение лестниц, дверей, классов, коридоров и этажей было очень сложно. Казалось, что в Хогвартсе все постоянно меняется и сегодня всё иначе, чем было вчера.
Изображенные на портретах господа и дамы ходили друг к другу в гости. Кроме того, Гарри видел, как шевелятся стоящие в коридорах рыцарские латы — меняют позу, перекладывают меч-алебарду-секиру из руки в руку или полируют бархатной тряпочкой наплечник или грудную пластину… А одни доспехи и вовсе эстетством занимались: идет такой полый рыцарь по коридору и забралом лютики нюхает. Сходил на луг за цветочками…
Из замковых достопримечательностей Гарри пока познакомился со старым завхозом Филчем и его кошкой. Почему-то дети боялись этого высокого патлатого старика… Почему, Гарри не успел спросить — случайно узнал сам. Шли они с Монтегю в библиотеку и почуяли вдруг удушливый запах протухшего навоза. Гарри закашлялся, глаза стало резать так, что они заслезились. Удивился он безмерно: кто в замке свиней держит, да ещё годами навоз не убирает, это ж надо, как его закомпостили, воняет — аж не дыши! Монтегю хмыкнул:
— Ну-ну, опять кто-то бомбы-вонючки взорвал? — и вздрогнул, услышав приближающиеся шаги. Шепнул: — Это Филч. Линяем!
Ну, слиняли дети, а Гарри остался, решив узнать, что за беспорядки тут происходят? Филч дошаркал до места ароматеракта, оглядел-оценил размеры катастрофы и разразился руганью. Ругался он долго, всласть и с такими смачными оборотами, что у Гарри уши покраснели и свернулись в трубочки. Но когда он увидел, как старик ушел и вернулся с ведром, шваброй и тряпками, заныла совесть. Вынул палочку и повел перед собой, выпуская Экскуро Максима — заклинание, которое он выучил ещё дома по учебнику. Грязи и вони как не бывало. Филч удивленно выпрямился и озадаченно оглянулся, увидел первокурсника с палочкой и робко кивнул, благодаря. Гарри пожал плечами, вышел из-за угла и подошел к завхозу.
— Здравствуйте, сэр. А что это такое воняло так неприятно?
— Неприятно? — хмыкнул старик. — Новичок? Не знаешь ещё местных забав бездельников? Ну-ну…
— Новичок, сэр, — согласился Гарри. — Третий день только и многого не знаю.
Вежливый и покладистый тон мальчика успокоил старика, и он расслабился, поняв, что при нем можно вести себя естественно и без угроз. А значит, можно и душу отвести…
— Да вот, делать им больше нечего, кроме как пакостить. Скучно им, особенно тем, кто не первый год учится. Привыкают они за годы-то… Приедается им всё, понимаешь? Заклинания выучены, задания выполнены, а до ночи ещё целый день, ну и до каникул в придачу целых полгода. Впору салом обрасти, вот и бесятся с жиру — идеи девать некуда, разве что в проказы влечь. Ты тут поосторожнее, малёк, сладостей у старших с Гриффиндора и Когтеврана не бери! А то съешь конфетку и привет! Перьями обрастешь, бородавками покроешься, чирьями и чесоткой обзаведешься… или что похуже словишь, например, кровь из носа пойдет так, что и не остановишь.
— А я будущий директор, наверное, не посмеют? — наивно предположил Гарри. Филч фыркнул.
— Да не, малец, некоторых дегенератов и действующий Папа Римский не остановит, и над ним подшутят за милую душу. Так что поосторожнее будь. Эльфы-то, вон, тоже не всегда на помощь могут прийти… Так-то они замок убирают, конечно, да только ночью, но ведь нельзя же коридор грязным до ночи оставлять? Вот мне и приходится корячиться… — старик потряс шваброй.
Гарри хмуро оглядел коридор, потом старика: сухого, жилистого, с морщинистым лицом и седыми патлами. И поставил в уме галочку — обсудить на школьном совете возникшие проблемы и, если получится, организовать дежурные бригады, которые будут следить за порядком. И не старосты это должны быть. Вон, Монтегю сам староста, а и то удрал, ничего не сделал, чтобы навести порядок. Кстати, помнится, навоз — настоящее лакомство для Синего Скарабея. Если выпустить небольшую колонию жуков-навозников, а к ним в помощь Тельцов Даррелла… хм.
В колени мальчика кто-то потыкался. Опустив голову, Гарри увидел крупную и очень пушистую кошку, серо-бурая полосатая киса сосредоточенно бодалась о его ноги, терлась щекой и всем боком, потом, выгнув спину, разворачивалась и снова — трр-р-ах головой в колени, щекой и телом вдоль ног едет… Гарри заулыбался.
— Привет, кошка! — глаза на Филча поднял. — Ваша, сэр?
— Моя, — тряхнул брылями старик. И развеселился вдруг, хохотнул: — Ты смотри-ка, метит тебя, как самого достойного. Добрый ты человек, малёк, вон кошка как тебя любит!
— Вы тоже добрый, — вежливо ответил Гарри. — Плохой человек кошек не держит.
Кошку Филча звали Миссис Норрис. И как позже узнал Гарри, сидя в каморке завхоза и слушая его истории, её никто не любил, как и Филча, многие мечтали пнуть её под зад, несколько раз Филч находил её с опаленными усами или с консервной банкой, привязанной к хвосту. Стало быть, некоторые осмеливались отловить кошку и помучить её. При этом известии на глаза Гарри навернулись злые слезы — вот же сволочи, нашли забаву: издеваться над старой беззащитной кошкой! Заобиделся Гарри, погладил кошкину худую спину и зло спросил её:
— А хочешь, я тебе подружку дам? Нундочку милую? Поживет с тобой годик… или все семь лет, а?
— Мур-мур-мур… — монотонно пела Миссис Норрис, лежа у Гарри на коленях передней частью — не умещалась она пока целиком на маленьких гарриных конечностях. Сидевший рядом на том же топчане Филч удивленно глянул на Гарри.
— Нундочку? — с опаской переспросил он. Гарри серьезно посмотрел на него.
— Да, сэр. У меня кое-что есть… — подумав, он решил довериться ещё одному взрослому человеку в своей жизни, потому что Филч заслуживал этого. — У меня есть артефакт, с помощью которого я могу призвать верных помощников. Хотите, я позову ручную нунду и попрошу её защищать Миссис Норрис?
— Ух ты… — восхитился Филч. — А она обидчиков… того… не скушает? Вишь ты, малёк, кошку-то она защитит, а от самой нунды кто защититься сможет?
— Я ей скажу, она неглупая, людей есть не будет, — заверил Гарри старого завхоза. — Я ещё навозников позову — пусть за чистотой следят, и улиток-сороедов выпущу, они пылью питаются. А ещё я хочу выпустить Слизневых Коров, а то я заметил, что на завтрак нам молока не дают, только сок.
— Ну так коров-то у нас и сроду не было, — со знанием дела покивал Филч. — Разве что в далеком прошлом, лет триста назад, при Хогвартсе неподалеку располагалась небольшая молочная ферма, вот тогда студентов снабжали молоком и творогом. От неё фундамент остался, и на её месте сейчас Визжащая хижина стоит, лет двадцать назад её там для чего-то построили.
Теперь покивал Гарри, тоже со знанием дела:
— Ну, Тельцам Даррелла хлев не нужен, им вполне подойдут луга вокруг Хогвартса, до зимы могут пастись, а на зиму их можно под крышу взять. Они мешать никому не будут.
— Потому что они меньше коров? — попробовал угадать Филч. Гарри засмеялся.
— Нет, сэр, ни за что не угадаете!
Договорившись с Филчем встретиться на выходные, Гарри покинул нового знакомого. Идя к себе в подземелья, он грустно думал о несправедливости: ведь если подумать, то ситуация в целом выглядела парадоксально. Студенты в большинстве своем вроде как должны любить животных, не зря же во всех исторических альманахах с колдуном упоминаются вороны, кошки, летучие мыши и жабы с лягушками. А на деле что? Обижают старую кошку злобного нелюдимого завхоза. Только потому, что он всех гонит шваброй и ругается, когда хулиганы сильно намусорят. Ну так и мусорных урн на каждом шагу не видно…
Погруженный в раздумья, Гарри не заметил, как ступил на банановую шкурку. Подошва правой ноги резко уехала вперед, левая подогнулась, не удержав равновесия. Гарри от неожиданности упал и больно расшиб колено. Охнув, он сел и схватился за ногу, поглаживая ушиб. Из глаз непроизвольно брызнули слезы — было чертовски больно: со всего маху впечататься коленной чашечкой в твердющий камень… Кто-то мерзко захихикал над головой.