Наследие из сейфа № 666 (СИ)
— Ну, я понимаю, книга очень ценна, но лучше бы спросить мальчика, откуда она у него?
— Мистер Поттер, повторяю вопрос — откуда у вас эта книга? — злобно осведомилась Минерва.
— Я привез книгу из дома, — глядя в стену, выцедил Гарри.
— Не лгите нам! — взревела Минерва, грохоча по столу обеими ладонями. — Вы приехали из дома магглов, а я уверена, что у Дурслей отродясь не было таких ценных вещей! Или… вы её украли? — невесть с чего вдруг предположила она, удивляясь самой себе.
— Это моя книга, зачем мне её красть? — в голосе Гарри прозвенели слезы. Минерва поджала губы и, чтобы хоть чем-то занять руки, снова попыталась отстегнуть застежку. Джордж вздрогнул, следя за её манипуляциями. Едва слышно простонал:
— М-м-м… лучшенинада…
А Минерва начала беситься, не в силах совладать с упрямой застежкой — гневно забухтела:
— И цербера-то куда-то увел… небось, в лесу выпустил, и теперь он там бродит, дикий и голодный, ещё одна жуткая тварь темного леса!.. И жираф-то не пойми-откуда взялся… Трансфигурировался, что ли, из чего-то?
Гарри, закусив губу, напряженно следил за тем, как учительница сражается с упрямой защелкой, и мысленно хвалил Бестию: «молодец, девочка, не сдавайся! Не открывайся никому»…
Кингсли вызвался помочь, и следующие несколько минут Гарри умирал от ужаса, смотря, как стоически держится Бестия в лопатообразных ручищах чернокожего гиганта, как чуть не сгибаются под напором его стальных пальцев уголки и легкая застежка… мы же с вами помним, что золото — мягкий металл? Победа, к счастью, осталась за отважной Бестией — она не поддалась. Сдавшись, Кингсли осмотрел застежку на предмет замочной скважины, таковой не обнаружилось, и он задумчиво уставился на Поттера.
— Похоже, книга заперта магией…
Поняв, в чем тут фокус, следующие полчаса к книге применили множество отпирающих заклинаний, которые, однако, тоже не сработали. Верная Бестия продолжала преданно хранить секрет хозяина. Ничего не добившись от заклинаний, насели на мальчика.
— Мистер Поттер, откройте книгу!
Естественно, Гарри отказался. Наотрез. А уж как его пытались заставить! И кулаками грохали по столу, и орали, и баллы все с него поснимали, и взыскание с наказанием — прогулку в Запретный лес ночью — впаяли, ни в какую. На все уговоры-увещевания-угрозы Гарри монотонно бубнил:
— Не открою, ни за что, не могу, не буду, не стану…
Охрипнув и частично потеряв голос, от Поттера отстали, влепили ему ярлык «вор и хулиган» и прогнали вон. Книгу ему так и не отдали, конфисковав ценное имущество в целях безопасности. Гарри разозлился, зло брызнул слезами:
— Не имеете права! Отдайте! Она моя!..
В ответ ему пригрозили поркой и выставили за дверь «вконец распоясавшегося хулигана». Северусу велели увести негодяя в его комнату. Прежде чем покинуть кабинет, Гарри успел увидеть, как Молли цапнула за ухо Рона и грозно взвизгнула:
— И чтоб ты не смел якшаться с этим бандитом!
В коридоре Северус коснулся рукой худенького плеча Гарри.
— Всё в порядке, мистер Поттер? Мне жаль, что с вами так обошлись…
Гарри не ответил, горестно повесив голову, он понуро волокся рядом со своим деканом, переживая несправедливые обвинения, ворохом обрушившиеся ему на голову. И только перед дверью в кабинет профессора Снейпа его прорвало:
— Я не бандит! И не хулиган! С чего они взяли?! Ну да, я люблю подраться, ну и что?.. Это что, преступление? Почему они на меня так смотрели? Как будто я зэк какой-то?..
— Возможно, дело в вашем пристрастии давать всем клички? — как можно мягче предположил Северус. — Насколько я слышал, вы называете мистера Малфоя Брыской, мистера Долгопупса — Нивой, и Каштанкой — мисс Грейнджер.
— Ох… сэр, да это же просто я привык! — воскликнул Гарри. — Ну поймите, Книга у меня с пяти лет, и в ней очень много животных, и каждому Зверю надо обязательно дать имя, иначе он выйдет из книги диким, как та Химера, которая… ну вы помните, сэр?
— Вот как? И много у вас там неназванных зверей? — напрягся Северус.
— Достаточно, — вынужденно признался Гарри. — Я же не всех Зверей призывал.
Где-то вдали донесся приглушенный расстоянием крик. Северус и Гарри, переглянувшись, не сговариваясь, кинулись бежать по коридору. Вскоре им навстречу со стороны Большого зала показались первые бегущие люди, перепуганные и… раненые. Располосованные когтями больших кошек. Похолодев, Гарри ускорился. Северус — за ним…
Влетев в зал, они потрясенно замерли на пороге — их глазам предстало ужасное зрелище: столы и лавки были перевернуты, на профессорском столе стояла нунда и остервенело грызла Квирелла. Из-за ближайших перевернутых лавок медленно поднялся совершенно одичавший вандар, цепко, не мигая гладя им в глаза, он начал подкрадываться к Гарри и Северусу.
— Баюн? Робин? — испуганно позвал Гарри. Кошки замерли: нунда бросила жевать руку Квиррелла, подняла голову и пристально уставилась в лицо мальчика. А потом, как и вандар, начала дико красться к нему с весьма очевидной целью. Сбоку, пробираясь сквозь завал столов и лавок, к Северусу с Гарри пробрался Вижн, левая его окровавленная рука висела плетью. Голос Вижна заметно дрожал:
— Северус, Гарри, что происходит? Кошки вдруг одичали, напрочь забыли, что они ручные. Ни с того ни с сего вдруг начали на всех бросаться!
Позади Северуса потрясенно ахнула прибежавшая Минерва. Не оборачиваясь и скосив рот в её сторону, Северус едва слышно прошипел:
— Немедленно верните книгу владельцу…
Гарри обернулся и вопросительно взглянул на неё. Минерва, сложив два и два и получив очевидный ответ, слабо кивнула.
— Да-да… Сейчас принесу…
— Я могу её забрать? — прозвенел голос Гарри. Дождавшись утвердительного кивка, облегченно крикнул: — Ко мне, Звериная Книга! — и добавил мысленно: «Ко мне, Бестия, ко мне, моя хорошая».
Увидев Книгу в руках законного хозяина, Нунда и Вандар заморгали, удивленно оглянулись, обозревая учиненный ими беспорядок, после чего резко встряхнулись, возвращаясь из дикого небытия, снова становясь ручными и добрыми Робином и Баюном. Погибших, к счастью, не оказалось, люди были лишь немного помяты, покусаны и поцарапаны. Мадам Помфри моментально залечила раны и переломы…
Перемирие
Мадам Помфри, конечно, всех подлатала, привела в порядок, причем так, что и следов не осталось, но Гарри был напуган. Перед его глазами всё ещё стоял Вижн, разодранный и окровавленный, с рукой, висящей безжизненной плетью…
И Звериная Книга теперь представала перед ним совсем в другом свете. Гарри чувствовал себя преданным, оплеванным и оболганным, было дикое ощущение, словно после просмотра кинофильма «Куджо». Ведь нет страшнее зрелища, более чудовищного предательства, чем добродушный безобидный увалень-сенбернар, который вдруг превратился в кровожадного монстра и стал всех убивать… Раненый Вижн ярче яркого объяснил мальчику, что Книга опасна. А осознав эту опасность, Гарри принял нелегкое решение — загнал в Книгу всех Зверей, закрыл её и спрятал в сундук, решив больше не открывать жуткий артефакт, до Рождества осталось совсем немного, надо будет отвезти Книгу домой и положить в сейф. Навсегда.
Перестал сопровождать Северуса по ночам лев Баюн, осиротела Миссис Норрис, рядом с ней больше не шагала серая зеленоглазая Робин, стихло стрекотание Плио-Зари…
И на завтраке теперь снова не было молока. Недоуменно смотрели на потолок дети, ища чудесных Тельцов, но потолки были пусты — не слышалось больше их мычание. Виноватые и вопрошающие взгляды устремились на Поттера, понуро сидящего на краю слизеринского стола: ему было явно плохо, потому что он самодистанцировался и сел на отшибе ото всех. И нетронутой стояла еда перед ним. Преподаватели, в свою очередь, сверлили-прожигали взглядами Минерву, сидя по обе стороны от неё. Она смущалась и давилась омлетом. А когда молчание стало слишком тягостным, начались дискуссии.
— И с чего она взяла, что артефакт темный? — досадливо запищал малютка Флитвик. — У неё есть необходимые знания, чтобы это утверждать? Она имеет научную степень в Темных искусствах? Она проводила какие-то научные изыскания? Сотрудничала с Отделом Тайн? Нет, она всего лишь профессор Трансфигурации, даже не Защиты от Темных искусств, так что идите, Минерва, и учите Темные искусства подробнее, а когда выучите, то милости просим на экзамен в Совет Попечителей, будем проверять квалификацию, достойны ли вы продолжать работать в сфере образования, ибо ваша безграмотность потрясает! Ну подумать только, счесть темномагическим абсолютно безобидный предмет!