Наследие из сейфа № 666 (СИ)

К Гарри подошел Рон и отдал ему Мышку. Забрав Дейзи и выпустив её в Книгу, Гарри поинтересовался:
— Значит, ты любое животное возьмешь?
Рон быстро закивал, думая, что ему предложат купить Зверя из Книги, но у Гарри на этот счет были другие планы.
— Хорошо, Рон, после Рождества привезу тебе зверька, договорились?
— А… разве… — Рон бросил взгляд на Книгу на пюпитре.
— Нет, — покачал головой Гарри. — Зверей из Книги раздавать нельзя, они из другого мира, в безопасности они чувствуют себя только рядом с хозяином, и то не с каждым, а с хорошим. Да ты сам слышал, Гамаюн рассказывала, как некоторые «хозяева» посылали их на темные, противоестественные дела. Заставляли делать то, что им противно по самой их природе.
— Я понял, — кивнул Рон. — Только, знаешь… ты мне не очень дорогого привези, ладно? У меня есть два галлеона и…
— Погоди, — замахал на него руками Гарри. — Какие галлеоны? Многие люди зверушек бесплатно отдают. Печатают в газете объявления: «отдам в добрые руки кошку, собаку, хомячка, канарейку»… У вас, у волшебников, это что, не практикуется?
— Неа… — Рон завороженно помотал головой, во все глаза глазея на Гарри, так, словно у того вдруг вторая голова выросла.
— Чего? — насторожился тот.
— Н-ничего, — обалдело продолжал таращиться на Гарри Рон. — Просто не знал, что так можно! У нас такое не практикуется, ну, чтобы зверей бесплатно раздавать… У нас их только покупают в зоомагазине или у совятника… в смысле, сову. А ещё можно кого-то нелегальным путем достать, например, паука… но я пауков не люблю! — торопливо вставил рыжик. Гарри на это лишь пожал плечами.
В середине декабря Гарри ждал сюрприз. Придя на завтрак, он вдруг увидел необычно бледное небо, не синее, не голубое, даже не серое, а именно белесое, безоблачное, с каким-то холодным оттенком. Ничего не поняв, он подошел к окну и с трепетом уставился на снежно-белые поля окрест замка. Доселе Гарри видел снег только в швейцарских высокогорьях, куда он ездил с тётей, дядей и кузеном, поэтому и предположить не мог, что увидит снег прямо здесь, в горной Шотландии. Его охватил восторг — а всё-таки в островной Британии бывают снежные районы! Сколько он себя помнил, у него всегда вызывали недоумение диснеевские мультики «Леди и Бродяга» и «Сто один долмацкий дог», где на Лондон к Рождеству всегда выпадал снег, когда на деле зимы в окрестностях Лондона были обычно бесснежными, не считать же снегом дюймовый осадок, который держится от силы пять дней за всю зиму, и то выпадает он редко-редко и в марте… Однажды он спросил дядю Вернона, почему создатели мультфильмов так безбожно врут, на что дядя предположил: «А пёс их знает, Гарри, может, не знают там, что в Англии никогда не выпадает снег. Американцы, чего с них взять?»
Дело в том, что снег в Британии — это все-таки, скорее, исключение, а не норма. В холодное время на юге страны можно увидеть снегопад всего пару раз в году. Можно и ни разу не увидеть. Снег может выпасть и тут же растаять. И, кстати, чаще всего, именно так и бывает. Если же что-то в погодном механизме заклинивает, и он не просто падает, но и на земле задерживается, вот тогда и возникают проблемы.
Сами подумайте, насколько целесообразно содержать большой штат снегоуборочных машин, если они могут понадобиться один раз за несколько лет? Их же придётся обслуживать, смазывать, как-то поддерживать в рабочем состоянии, чтобы не ржавели и были на ходу. Ну сколько денег тогда вылетит? Народ травмируется тоже не потому, что такой неуклюжий, а от отсутствия навыков. В странах, где снег может лежать более полугода, у всех местных жителей вырабатывается особая технология ходьбы по скользкой поверхности. Этот навык жизненно необходим, но полностью утрачивается после нескольких лет жизни в бесснежных странах. А если у вас этого навыка вообще никогда не было? Тогда что? Да ничего, собственно говоря, пересидеть снегопад дома, да и всё, чего паниковать-то? Его же много не бывает и тает почти сразу…
Ну хоть и не было у ребят должного навыка правильной ходьбы по снегу, а посему и немало шишек насажав себе на лбы от частых падений, никто даже не подумал жаловаться. Напротив, сморгнув слезы и сцепив покрепче зубы, Гарри упрямо поднимался и, схватив ком снега, с радостным воплем кидался в атаку на снежную крепость. Две союзные команды и один общий противник — студенты третьего курса. У тех был уже двухлетний опыт по зимним сражениям, и новым противникам они были только рады. Сказывался спрос: чем больше армия — тем лучше битва. Крепость наращивалась и укреплялась, защитники, поднаторевшие в прошлых сражениях, теперь с гордостью передавали свои знания зеленым новобранцам — младшим школьникам.
 
Падал с неба снег, пушистый, легкий… Падал на поле, на снежные башенки, сглаживая углы, и словно выступал в роли поставщика новых снарядов, потому что его запасов быстро становилось недостаточно, так что он был кстати. Зачерпывая его, свежевыпавший, мягкий, и такой лепкий, что прямо сердце екало от счастья: лепишь круглый шарик, чтобы тут же запульнуть его в чью-либо смеющуюся рожу и ликовать, если снаряд достигал цели!!! Наспех слепленный снежок, как правило, никого серьезно не калечил, лишь вызывал досаду и восторг от меткости оппонента-союзника.
Рождество Гарри провел дома, на Тисовой. Две недели зимних каникул… это было просто охренеть какое счастье! Дадли, тётя Туни, дядя Вернон, поездка в Коукворт на рождественского гуся, запеченного в яблоках, родная бабушка Роза, такой же родной дедушка Гарри, в котором внук увидел всё большее сходство с собой. У деда тоже зеленые глаза, хоть и не такие яркие, как у младшего Гарри, но черты лица точно те же… На колени к деду Гарри теперь не решается сесть, поэтому садится рядом на скамеечку для ног, заглядывая в родное лицо снизу вверх, Гарри рассказывает дедушке про фестралов.
— В первый раз мы в Хогвартс прибываем на лодках, а на каникулах нас от школы увозили в школьных каретах, представляешь, дедушка? Но не это странно, а лошади… Они тощие-тощие, как скелетики, каждый позвонок виден — от атланта до крупа, там такие маклоки, торчат, как штыри. На спине у них крылья, кожистые, как у дракона… Знаешь что, дедушка? — понизил голос Гарри.
— Что? — склонился к внуку Гарри Эванс. Гарри Поттер зашептал в ухо:
— Мне кажется, они — не лошади. Хоть и написано в учебнике, что это фестрические кони, но на самом деле это не так… Они едят мясо, видны только тем, кто видел смерть, имеют чувство направления, всегда знают, где кто находится…
— Кошмары, — с лету определил дедушка. — Весьма интересные личности. Упоминаются во многих мифах. В германском мифологическом ареале Кошмары представлялись злобными духами в виде призрачной лошади. Часто — охваченной пламенем. Именно на Кошмаре ездил Оле Лукойе, навевая страх в сны непослушным детям — кошмары.‌‌‌‌‌ ‌‌Другой англосаксонский миф — название. Слово «фестрал» своим корнем имеет «thester», что переводится как «темнота, темнеть, темный», происходит от англо-саксонского «þeostru» (темный, неясный). ‌‌‌‌А так, в задачу фестрала входят проводы умершего за Грань, сиды и сильфы так и говорили: «уйти по фестральей тропе», «отправиться по пути фестрала на лунную дорожку».
— Деда-а-а… а как же их заставили служить, кареты школьные возить? — вытянулся личиком Гарри.
— Приручили их, видимо, — лукаво улыбнулся дедушка. — Ты ж вон, мантикору вытаскиваешь на прогулку, что ж ты думаешь, другие хуже?
Засмеявшись, Гарри заполз со скамеечки на колени к деду, и Гарри Эванс любовно прижал к себе внука. Вздохнул умиротворенно. И с улыбкой подумал, что иногда сказки продолжаются очень и очень долго: сначала у них была волшебная дочка, потом появился Северус, сынок соседей, теперь вот внучек любимый, продолжает радовать тем, что волшебство существует…
— Гарри, пообещай-ка мне кое-что…
— Что? — тревожно заглянул Гарри в лицо.
— Будь добрым волшебником, Гарри, ладно? Не как Мерлин, тот был способен на подлость, а… как Гэндальф, пожалуй. Магом-воином, честным и неподкупным, справедливым и храбрым, всегда приходящим на помощь слабым. А не те, о которых мне твоя мама рассказывала, Лили… Жалкая кучка трусов, трясущихся за свои статуты секретности, такие пальцем о палец не ударят, чтобы к кому-то на помощь прийти. Разве это волшебники? Помню один постыдный случай: шли мы с Лили из школы мимо почтамта, ей шесть лет было всего, навстречу шум — только что почту грабанули, кассу обчистили, полиция кругом, народ-машины держат, следствие полным ходом… а моя малявка вдруг какому-то мужчине в оцеплении пищит: