То, что ты ищешь (СИ)
Девушка вздрогнула, открыла глаза и дотронулась до шеи: всё в порядке, она цела, но металлический привкус во рту остался. Если б Корри могла видеть себя со стороны, то заметила бы алую струйку, стекающую из уголка губ: то ли она во сне прикусила её, то ли это было как-то связанно с адски саднившим горлом. Корри поморщилась — боль распространилась на голову и грудь, отдавала слабостью во всём теле. Девушка поднялась на ноги, посмотрела на маленький серп месяца, скрываемый пробегающими облаками и замерла. "Бывает такое… когда ещё не заметил ничего, но уже возникло нехорошее предчувствие", — говорил Кадлик про подобные моменты. Вполне ожидаемо было бы опасаться нападения из леса, но Корри повернулась в другую сторону — и, до предела напрягая зрение, различила слабое мерцание под лунным светом, облаком движущееся в их сторону.
— Да…
Эльфийка зажала ей рот рукой и дёрнула вниз, прячась в траве.
— Это легко пробьёт купол, — прошептала она. — Поэтому, когда я скажу, со всех ног беги к лесу. Объяснения после. — Она мысленно прикинула расстояние до первых деревьев. — Не успеем…
Корри что-то промычала, и эльфийка, опомнившись, убрала руку.
— Что это? — спросила девушка.
— Комары… — произнесла Дайка, задумчиво рассматривая окровавленную ладонь. — У меня идея.
Она одними губами зашептала заклинание, формируя между пальцев маленький алый шарик, потом неслышно хлопнула в ладоши и прижала их к земле. Корри почувствовала сильную удаляющуюся вибрацию, как будто под поверхностью двигалось что-то большое, а потом с грохотом вырвалось на волю.
— Бежим! — дёрнула её за руку Дайка.
Корри со всех ног кинулась к лесу, почти не отставая от лёгкой эльфийки, несмотря на то, что несла на себе гораздо более тяжёлое оружие. Она оглянулась назад: в стороне, противоположной лесу, возникла огромная, пугающая угловатая фигура, сочащаяся чем-то тёмным. В воздухе запахло кровью. "Моя, — подумала Корри. — Но она явно что-то с ней сделала, чтобы умножить. Aktalabruis? Надолго ли хватит голема?" Девушка с ужасом увидела, как облако насекомых накрыло статую и во все стороны полетели комки грязи, судорожно сглотнула и попыталась бежать быстрее.
До спасительных деревьев оставалось ещё метров двести, когда туча снова взвилась в небо, оставив после себя лишь кучку сухой земли. За спиной явственно послышался гул и жужжание, оно нарастало, обдавая волной прохладного воздуха от трепыхания миллиона крыльев. Подруги наконец-то ворвались в лес, Дайка понеслась дальше, ловко перепрыгивая через пни, кустарник и поваленные деревья, девушке же здесь приходилось гораздо тяжелее. Неожиданно эльфийка взлетела на нижние ветви дерева, потом стала взбираться всё выше; Корри, во время погони достаточно разогнавшая кровь, чтобы начать перекидываться, последовала за ней. Наверху, в густой и тёмной кроне дерева, они наконец-то смогли отдышаться. Жужжание стихло и лес, в котором далеко ещё было до рассвета, обступил их настороженной тишиной.
— Думаю, нам лучше дождаться утра здесь, — произнесла Дайка, пока Корри оглядывалась по сторонам в поисках возможной опасности.
— Они… улетели? — спросила девушка.
— Да, — ответила эльфийка. — Я ошиблась с выбором места для ночлега, решив что в лесу опасней. Видимо, эти комары живут здесь ещё со времён болота., и пили уже столько разной крови, что ни один защитный купол не в силах их удержать… Но деревьев этого леса отчего-то бояться. И, когда сытые, не могут подниматься высоко от земли.
— Комары… — буркнула Корри. — Я видела, что они сделали с големом, хоть и не смогла рассмотреть их самих. Должно быть, это настоящие монстры!
— Я тоже не особо оглядывалась, — призналась Дайка. — Насколько я могу судить, каждый был размером чуть больше твоего кулака.
— Хорошее начало, — ворчливо заметила девушка, стараясь удобнее устроиться на ветке и искоса взглянув на Дайку. "Она даже не спросила, откуда у меня кровь…"
Кое-как они подремали до утра, а на рассвете снова тронулись в путь. Темнолесье было труднопроходимой чащей с завалами бурелома и зарослями колючего кустарника, поэтому продвигались подруги довольно медленно, в буквальном смысле слова прорубая себе дорогу, которая с наступлением сумерек становилась смертельно опасной даже для великой волшебницы и опытного воина. Да и днём они постоянно натыкались на леших, древесных русалок и кикимор, но те предпочитали прятаться в густых кронах и закидывать их шишками.
Один раз Корри чуть было не коснулась златовласки: длинные, тонкие, полупрозрачные нити свисали до самой земли, тускло поблёскивая. Если бы девушка сделала ещё шаг, они бы окутали её, словно прочная паутина, парализуя ядом, как огнём обжигая, подняли б над землёй замирающее тело и потом, в течение нескольких недель, скручиваясь, забирали кусочки плоти наверх, к ветке, к которой прилепилось большое безобразное чудище, совершенно лишенное глаз, лап, всякой формы, походившее на застывший кусок цветного желе с широкой щелью — ртом. Корри сглотнула (что ей далось с трудом и болью) и пообещала себе впредь быть осторожней.
Они с каждым днём продвигались всё глубже в чащу, и всё больше странных существ встречали на своём пути. Таких, о которых ещё не сложили легенды ни мудрые эльфы, ни любопытные люди. Тихо повизгивая, носились в траве лысые курочки со свиными пятачками — только хвост в три пера торчал на спине. Перелетали с дерева на дерево небольшие животные с острым клювом и шипами вместо лап, которыми они и цеплялись за ветки. Иногда, ближе к вечеру, где-то далеко среди деревьев мелькала яркая светящаяся лента, стремительными зигзагами рассекая сгущающиеся сумерки — и внезапно исчезала.
Ни Корри, несмотря на свою звериную сущность, ни Дайка, прожившая в лесу большую часть детства и юности, не чувствовали себя уютно: они слишком привыкли к широким полянам, солнечным прогалинам и зелёной листве. Здесь же даже в полдень стоял прохладный полумрак, вместо травы землю устилал ковёр из иголок и сухих веток, а кроны тянулись к небу в десятке метров над их головами. Не встречали подруги за всё своё путешествие и других оборотней или ходячих мертвецов — возможно потому, что для этого здесь не было людей.
Лишь однажды они к величайшему своему удивлению наткнулись на развалины маленького поселения в четыре-пять домов. И это прямо в сердце Темнолесья! Стены из деревянных срубов давно сгнили и рассыпались, но каменные фундаменты всё ещё стояли, опутанные ползучей травой с выросшими прямо посреди комнаты деревьями. Дайке такие места не нравились, она моментально приготовила заклинание против привидений, Корри тоже ощутила опасность, но в то же время странную притягательность этих руин. Солнце уже садилось, им нужно было устраиваться на ночлег, но, помня горький опыт остатков усадьбы по дороге в Оскилл, подруги отошли как можно дальше и заняли свою обычную скрытую позицию на дереве.
Корри дежурила первую половину ночи: она сидела на широкой, пахнувшей смолой ветке, опираясь спиной о шершавый ствол, свесив ноги вниз, и зевала. Время подбиралось к полуночи, лес замер, со стороны руин медленно наползал густой туман, укрывая землю внизу белым облаком. Чтобы не задремать, девушка играла зажатыми между пальцами небольшими ножами, какие обычно используют воры, и какие Дайка дала ей вместо стрел — в этом лесу дальний бой казался безопасней.
Неожиданно, с еле слышным шорохом, перед Корри возникла серая тень с горящими красными глазами, прыгнувшая с противоположного дерева прямо на неё. Девушка вздрогнула, уже выпрямляя руку в броске, и лезвие пригвоздило животное к ближайшему стволу. "Дурочка, это всего-навсего шипастый летун!" — с досадой подумала она, наблюдая, как тельце дёрнулось и, отделившись от дерева, вместе с её ножом упало вниз. Корри помнила просьбу Дайки не разбрасываться оружием — в этом лесу всё было настолько пропитано магией, что эльфийка не могла больше телепортировать вещи, поэтому девушка вздохнула, поправила меч в ножнах за спиной и нехотя спрыгнула вниз.