Хроники Рассвета. Игра началась

– Что вы сказали? – девушка вытянулась вперед, чтобы слышать меня лучше.
– Я сам с собой, простите, – и она тут же утратила ко мне интерес.
– То есть, как я вас понял, вы забрали с собой из дому некую сумму денег и достаточно вещей. Также сели на лошадь и отправились, куда глаза глядят. Но затем путешествию помешали дикие звери, – резюмировал Конральд, быстро отсеяв ненужное. В его исполнении путешествие Тоуды заняло не больше половины минуты, тогда как девушка говорила достаточно долго.
– Все верно, верно! – закивала она. – Лошадь испугалась и понесла. А когда я умудрилась ее остановить, обнаружила, что пропала поклажа.
– Там были только ваши вещи?
– Да. А кошелек я потеряла дальше! Фигуры вдоль дороги.
– Где это было?
– Если отсюда идти к северу, то примерно часа три пути, не больше, – с готовностью ответила Тоуда, поразив нас всех скоростью, с которой она выпалила эти слова. – В кошельке, если вам интересно, было множество различных ценностей. Я имею в виду, ценностей для меня.
– Мы могли бы найти это все. Отбить имущество, если потребуется, – проговорил Конральд. – Сколько было фигур?
– Мне показалось… три. Или пять… нет, простите, плохо помню. Если вы их найдете… они меня так напугали, – девушка снова всхлипнула, на сей раз громко и протяжно. Совсем не по-девичьи.
– Мы накажем их по всей строгости закона. А он на вашей стороне, – Конральд бодро щелкнул каблуками и склонил голову перед Тоудой. – Парни, вы со мной? Окажем девушке помощь??
– Окажем, – вяло ответил я.
В дверях мы столкнулись с Арином, который закончил дела с бочками.
– Как, вы уже?
– Мы еще вернемся, – бросил ему Конральд. – Кое какие потери надо бы вернуть вашей гостье.
 
Глава 14. Инверсия
 
Я не помнил, шокировало ли когда-нибудь меня женское поведение. Даже в том сне, который мне привиделся про колледж, девушки не вызывали такого дикого сочетания желаний: пожалеть, послать и игнорировать.
Но Конральд явно не собирался жалеть Тоуду. Как и послать ее мы тоже не могли. Игнорировать ее уж совсем было бы глупо, а потому, когда мы отошли на приличное расстояние от дома Арина, я наконец-то решил спросить, что происходит.
– Выводим мошенницу на чистую воду, – пояснил он. – Разве ты не понял, что она лжет от первого до последнего слова. А ты, Бавлер, зря предположил, что лошадь сгинула.
– То есть?
– Я слышал твои слова. Тоуда не сказала, что лошадь погибла. Она сказала, что лошадь понесла. А потом живность таинственным образом пропадает. Что с не сталось – никто не знает. Может, она сейчас продана и едет в Пакшен. Может, правда погибла, но по другим причинам. Или стоит во дворе у кого-то в Ничках.
– И что? Ну не погибла. И ладно. Проблема же у нас вообще в ином!
– Лошадь может быть ключом. Ложь Тоуды – тоже. Она ловко обдурила Арина. Он не дурак, но все же он повелся на ее россказни, если ты не заметил. У нее неплохо подвешен язык. И, я думаю, что если бы она была кем-то сверху, то ее уровень красноречия был бы куда выше твоего.
– Я не собирался с ней ничем меряться! – возмутился я и пнул камушек с пыльной дороги в сторону.
Мы пока еще шли по деревне. Улица с этого ракурса казалась совсем неровной, петляющей. Конральд тоже обратил на это внимание и увел нас в сторону при первой же возможности.
– А это – старая деревня. Та, которая не пережила нападение, – и наемник продемонстрировал нам несколько десятков фундаментов на склоне.
Камни уже порастали мхом, а сами прямоугольники местами уже полностью скрывались за стеблями высокой травы. Здесь даже было гораздо тише, чем в любом другом месте деревни.
– Война – это зло, – прокомментировал Конральд. – Поэтому я собираюсь на пенсию. В ближайшие лет пять, – добавил он. – Просто напоминаю, что, если у тебя все получится и тебе потребуется охрана в деревню – я в твоем распоряжении.
– Так ты ее просто дурил с самого начала?
– Конечно! А ты не понял? Мы на две доли медяка поели втроем, придем поесть завтра и при этом купили еще интересные слухи. Шесть обедов! Без слухов – двенадцать. А три серебряных – это в пятнадцать раз больше. Как ты думаешь, кто ходит с такими суммами в карманах?
 
– А где такое хранится? Дома, в сундуке в подвале?
– Чаще – да. Но обычно это каждый десятый дом, не больше, – пояснил Конральд. – А у девицы не было денег. Вообще. И пивовар ее принял.
– Так красивая же, – смущенно выдал первую фразу за последнее время Аврон.
– Ох ты ж, заговорил. Значит, она ему и правда понравилась, – хихикнул наемник. – Про ключи мы, кажется, начали. К ней можно подобраться, но надо соблюдать осторожность. Никогда не знаешь, к чему можно прийти в наше время.
– Но насчет зверей и бандитов и веришь?
– Она так аккуратно это все обыграла, что у меня нет сомнений – история выдумана от начала до конца. Все всплывают и тонут во времени. Вот она скакала, – Конральд вскинул руку ко лбу и посмотрел вправо: – звери! А потом – бандиты! И вот она в Ничках.
– Какая-то рваная история, – заметил я.
– Еще какая! Ты думал, что она ревела, а на самом деле нет.
– Да вроде бы натурально все было! – засомневался я.
Мы уже покинули Нички. Было слегка за полдень, и мы как раз успевали проведать места, где бывала Тоуда. Конральд шел уверенно, а я вот уже выбивался из сил.
– Выносливостью тоже надо заниматься, – произнес наемник. – А плачущие девушки бывают разными. Кто плачет, ты до них не достучишься. Ни словом, ни криком. Пока сами не успокоятся и не захотят с тобой поговорить. И тогда ты уже начнешь решать их проблемы. А Тоуда так плакала, но и заговорила первой сама. И почти сразу, к тому же, то есть она явно использовала момент плача, чтобы придумать эту историю. Или же приукрасить ее.
– А с каких пор наемник стал знатоком женской психологии? – спросил я.
– Знатоком женщин становишься после неудачного брака, – обронил Конральд. – Понимаете теперь, к чем я веду? Девица врет. Все ее слова нужно делить пополам, а то и больше. Ну и желание возбудить в мужчине рыцаря.
– Может, разбудить? – поправил я.
– Может, – задумался наемник. – В таких фразах я не силен.
– И все же?
– Она же задурила вас, парни! – воскликнул Конральд. – Вы шутите, должно быть! Вы бы пошли в лес и убили всех, но не задали бы ни одного вопроса! А это женская инверсия!
– А мне показалось, что тебя она тоже задурила. Иначе бы ты не просил денег.
– Это все часть плана, – парировал наемник. – Но деньги я правда заберу себе, не обессудьте.
– Ладно, уговорил, – согласился я.
– Не задурила! – добавил Аврон.
– Задурила. Вот если бы не я – что бы вы пошли делать с бандитами, которые на нее напали? Я даже слово «якобы» говорить не буду, потому что очень вероятно, что нападение свершилось в той или иной форме, но едва ли плачевно для Тоуды. Она бы не пришла в Нички так быстро, чтобы устраиваться к Арину в гости.
– Мудрено, – выдал Аврон. – Мудрено все закручено.
– Значит, мы сейчас идем для того, чтобы подловить Тоуду. А если она сбежит?
– Не сбежит. Не успеет. Она в надежных руках Арина.
Вот я и попал в историю. Хотел заняться строительством деревни. Сделать мир лучше. Сделать его безопаснее.
А вместо этого я сейчас бреду по пыльным дорогам в десятке или даже двух десятках километров в стороне от места, где мог бы расти и развиваться новый населенный пункт! Первое мое поселение! А за ним второе и третье, и дальше, пока не появится целая страна.
Что я делаю вместо этого? Решаю глупую задачку.
– Мне-то по итогу какая выгода с этого? – спросил я.
– Получишь денег. Купишь, что тебе нужно. Сможешь заняться строительством твоей деревни по-настоящему, – перечислил Конральд. – Часть я заберу себе, но и вас не обижу.
– Нам ведь нужны и телега, и лошадь, – напомнил Аврон.
– Ага, молодого жеребенка найдем и заберем себе, – фыркнул я.