Испорченный союз (ЛП)

— Иди, детка. Делай то, что тебе нужно. Я буду ждать, — обещаю я.
— Чертовски не хочется оставлять тебя, — простонал он. — Я обещал, что не буду.
— Все хорошо. Иди, делай свои дела и скорее возвращайся.
— Блядь. Да, хорошо.
Он прижимает свои губы к моим в еще одном поцелуе, от которого слабеют колени, прежде чем отпустить меня и забраться на пассажирское сиденье Тео, не оглядываясь. Что-то подсказывает мне, что если он это сделает, то забудет о приказе босса и вместо этого отвезет меня домой.
— Пойдем, сестренка, — говорит Калли, переплетая свою руку с моей.
— Это звучит странно хорошо.
— Конечно, звучит. Так и должно было быть. Вам двоим просто нужно было столкнуться лбами, чтобы понять это.
— Мы бились не головами.
— Фу, какая гадость, — смеется она. — Мне все равно, что это было. Лучшей сестры я и желать не могла.
— Ты же знаешь, что мы не поженились тайно? Он не Тео.
— Пфф, — ехидничает Эмми, когда мы наконец присоединяемся к ней.
— Семантика. Теперь для нас это все. Семья. К черту те, в которых мы рождаемся; те, которые мы создаем для себя, намного лучше.
— Аминь.
Мы все отвлекаемся от своих мыслей, когда садимся в машину Деймона, припаркованную чуть дальше по улице. Но даже когда события этой ночи проносятся в моей голове, мой взгляд не покидает Калли.
Я знаю, что она сильнее, чем то, во что всегда верили парни. Но то, что она сделала сегодня ночью… это было грандиозно. И я не могу не ждать, что она сломается в любую минуту.
Но пока она ведет машину, ее руки расслабленно лежат на руле, а голова высоко поднята.
— Кто ты такая и что ты сделала с Калли? — спрашивает Эмми, и когда я бросаю взгляд на пассажирское сиденье, то вижу, что она тоже изучает нашу подругу.
— А ты никогда не думала о том, что я всегда была такой, просто меня задушили? — спокойно спрашивает Калли.
— Кэл, я знаю, что так оно и есть. Но то, что ты сделала… Девочка, это надо быть охренительно смелой.
— Это Деймон…
— Ты украла его яйца? — пролепетала я, не в силах сдержать слова.
Они обе воют от смеха, и уже через несколько секунд Калли вытирает слезы с глаз.
— Мне это было нужно, — признается она, когда ее хихиканье стихает. — Но нет, будьте уверены, яйца Деймона все еще там, где им и положено быть. Он просто… он дает мне уверенность в себе, чтобы добиваться того, чего я хочу, так, как я никогда не испытывала раньше. Это… освобождает.
— Кто бы мог подумать, что дьявол может быть так хорош для нашей маленькой принцессы Чирилло? — поддразнивает Эмми.
— Он — все.
— Мы это видим, Калли. По тому, как он смотрит на тебя. Ты буквально единственный человек, которого он видит.
— Я знаю этот взгляд, Бри. Я вижу его на своем брате каждый раз, когда он смотрит на тебя.
— Прекрати, — умоляю я, мои щеки пылают.
— Я серьезно, и он тоже, — уверяет она меня. — Ты изменила его. Ты…
— Сделала его менее мудаковатым? — предлагает Эмми, когда ее слова обрываются, заставляя меня рассмеяться.
— Что-то вроде того, — бормочет Калли, поворачивая налево.
— Нет, он все еще мудак. По-другому и быть не может, — признаюсь я, и улыбка растягивает мои губы, когда я думаю о своем любимом идиоте.
Я вспоминаю последние несколько часов, перебираю в памяти то, что он говорил мне, когда мы трахались в его спальне. То, как он требовал меня, владел мной, обещал мне вечность. Это заставляет мое тело загораться изнутри.
Как я могу пройти путь от того, что никогда не хотела ничего серьезного, до того, что он называет меня своей и обещает любить вечно?
Удивительно, как быстро все может измениться. Но потом… мы все стали свидетелями того, как быстро все может измениться в противоположную сторону. А когда ты живешь в быстром темпе и чаще других сталкиваешься со смертью, думаю, все усиливается. Ненависть становится все более ядовитой, а любовь… ну, она очень сильная.
— У тебя глуповатое выражение лица, Бри, — замечает Калли, посмотрев на меня в зеркало заднего вида.
— Ничего не могу с собой поделать. Этот придурок делает со мной странные вещи.
 
— Я знаю, я записала это, — напоминает мне Эмми.
— Ты что? — вздыхает Калли.
— Уф, — простонала Эмми. — Это было чертовски сексуально. Я не могла удержаться. — Калли уставилась на нее, ее глаза метались между нашей испорченной подругой и дорогой, пока она пыталась обдумать ее признание. — Он так хотел стереть эту пизду с лица земли, и ему просто не терпелось войти в тебя, — говорит она, глядя на меня горячими глазами. — Это было завораживающе.
— Ты записала, как мой брат трахает мою подругу? — с недоверием спрашивает Калли.
— Можно мне взять копию? — спрашиваю я, садясь вперед.
— Брианна, — задыхается Калли.
— Да брось ты, как будто ты не хочешь посмотреть видео, где Деймон вот так тебя трахает. — Губы Калли раздвигаются, готовые возразить, но она быстро раздумывает. — Видишь. Чертовски. Горячо.
Мой телефон вибрирует в заднем кармане, и я не могу удержаться.
Вытащив его, я открываю видео, которое только что прислала Эмми, и нажимаю «воспроизвести», уменьшив громкость, чтобы уберечь уши Калли.
Уши.
Эта мысль пронзает меня как удар грузовика.
У нас в ушах была эта связь. Тео точно знал, что мы делали. Готова поспорить, этот больной хрен тоже слушал.
Он вышел со склада с таким невинным видом.
— Ты все это слышала, да?
— Ага, — самодовольно отвечает Эмми.
— Значит, Тео, его отец…
— Наверное. Готова поспорить, им это понравилось так же, как и мне.
— Господи, да эта Семья чертовски сумасшедшая.
— Я знаю, но разве это не здорово? Тебе действительно нужно познакомиться с моим дядей и его окружением. Они взорвут твой мозг.
Я слышала о байкерском прошлом Эмми, но меня еще не представили официально. Я бы солгала, если бы сказала, что не была немного взволнована. Возможно, я уже полностью ушла в Нико, но я более чем счастлива быть окруженной горячими байкерами в кожаной одежде.
Движение на экране передо мной вырывает меня из моих мыслей, и я забываю о существовании любого другого мужчины, наблюдая за голой задницей Нико, когда он врывается в меня, как одержимый.
По мне разливается тепло, и все оно стремится к клитору.
— Я же говорила, — самодовольно говорит Эмми, глядя, как я таращусь на наше маленькое домашнее порно.
— Как вы думаете, они надолго? — спрашиваю я, уже отчаявшись попробовать повторить это.
— Чертовски надеюсь, что нет, — бормочет Эмми. — Я же обещала.
— Так мы слышали, соплячка, — поддразниваю я.
Несмотря на тяжесть проведенной ночи, мы каким-то образом умудряемся смеяться почти всю дорогу до здания парней.
А когда Калли паркуется, рядом с нами останавливается другая машина, и из нее вылезают Стелла и Джоди.
— Расскажите нам все, — просит Стелла.
— Тот момент, когда Брианна снялась в собственном секс-видео…
— Или о том, как Эмми вела себя как соплячка в надежде, что ее положат на колени мужу? — добавляю я, и мы втроем снова заваливаемся от смеха.
— Я больше думала о гибели наших врагов, но, конечно, вы можете начать с этого.
— Стел, у тебя кровь на шее, — замечает Калли.
— Ух, этот итальянец был чертовски кровавым. И киской тоже. Ты бы видела, как он упал на пол от одного удара.
Мои глаза расширяются. — Значит, все прошло хорошо?
— Ага. Стелла выбила все дерьмо из каждого, кто хотел попробовать, а мы оставили Анта, Энцо и Маттео собирать то, что осталось от их войск.
— Они уверены, что взяли всех? — спрашиваю я. Страх, что кого-то упустят и он придет за нами, вполне реален.
— Да, вы взяли лидеров, а мы уничтожили остатки их стаи. Мы можем идти.
— Значит ли это, что все действительно закончилось? — спрашивает Джоди, когда мы всей группой поворачиваемся к дверям, через которые можно попасть в основную часть здания.
Двое охранников следят за каждым нашим шагом, напоминая, что опасность всегда будет подстерегать нас только из-за фамилий, которые мы носим, и любви, которую мы испытываем к мужчинам, находящимся в этом здании.