Самая темная нота (ЛП)

Зейн кашляет в руку.
Я прикусываю нижнюю губу и пытаюсь высвободить руки, но он намного сильнее меня. Это безнадежно.
Когда я понимаю, что оказалась в ловушке, я сдаюсь и бросаю на него взгляд. Ярость пылает в моей груди, а сердце колотится как сумасшедшее.
— К черту. Тебя. — Я отталкиваюсь от каждого слова.
Взгляд Датча опускается к моим губам, и он заполняет мое личное пространство, практически дыша на меня. Затем он моргает. В его глазах плещется волна чего-то темного. Его челюсть сжимается, и он отбрасывает мою руку в сторону, словно это заплесневелый хлеб.
— Убирайся из Redwood, пока все не стало еще хуже.
Датч поднимает лямку рюкзака повыше на плечо, проходит мимо меня и продолжает свое королевское шествие по остальной части коридора.
Финн и Зейн следуют за ним по пятам.
Я кручусь на месте, моя грудь вздымается, а зрение становится красным. Я абсолютно ничего не сделала этим мальчикам, как и мистер Маллиз. Почему они так стараются уничтожить нас? Разве так поступают богатые люди, когда им скучно? Они разрушают жизни ради удовольствия?
Не успев додумать эту мысль до конца, я мчусь по коридору, намереваясь оставить свой след на спине нетронутого жилета Датча.
Ради мистера Маллиза.
— Мисс Купер. — Голос окликает меня прежде, чем я успеваю нанести удар ногой.
Я резко останавливаюсь и поворачиваюсь, чтобы увидеть мисс Джеймисон, самую молодую учительницу в Redwood Prep, стоящую посреди коридора.
Она смотрит на меня, и в ее взгляде есть намек на понимание. Затем она бросает взгляд на братьев. Ее глаза сужаются. У меня такое чувство, что какая-то часть ее души хотела бы нанести Королям удар ногой.
— Пойдемте со мной. — Она вскидывает голову, указывая на лестницу.
Я хмурюсь. С тех пор как я здесь, я не особенно вникала в ее лекции, и меня удивляет, что она знает мое имя.
После секундного колебания я следую за ней.
Она ведет меня по коридору, ее шаги быстрые и настоятельные. Я понятия не имею, что происходит, и эта секретность начинает меня раздражать.
Наконец мисс Джеймисон открывает передо мной дверь на лестничную клетку и жестом приглашает меня войти первой. Я медленно прохожу мимо нее, обращая внимание на ее красивое лицо.
Одна из причин, по которой мисс Джеймисон пользуется наибольшим вниманием среди всех преподавателей Redwood Prep, — ее безупречная красота.
У нее длинные спиралевидные локоны, изящные черты лица в стиле королевы конкурса и стройное тело. Ее одежда всегда профессиональная, но стильная, и она не боится носить короткие юбки или смешные блейзеры в кампусе.
Я слышала, как несколько парней говорили о том, как сильно они хотели бы... гм... испытать ее.
Когда она заходит за мной и закрывает дверь, она улыбается.
— Простите за весь этот плащ и кинжал, но Гарри очень хотел увидеть вас перед отъездом.
— Гарри?
— Это мое первое имя. — Говорит мистер Маллиз, выходя из тени.
Слезы наворачиваются на глаза, когда я слышу его голос. — Мистер Маллиз.
Я подлетаю к нему. Его волосы в беспорядке, как обычно, а под глазами темные мешки. Несмотря на явную усталость, он улыбается мне.
Я замечаю в его руках коробку. В ней ноты, несколько наград и табличка с надписью «Музыка — язык души», которую он повесил над дверью.
Как только я вижу эту шкатулку, я понимаю, что она означает.
Чувство вины выпускает свои могучие когти и прокладывает кровавый след от моего горла до позвоночника. Я никогда не испытывала подобного чувства, и это отвратительно.
Мистер Маллиз был первым человеком, который позаботился обо мне, дал мне шанс и ничего не ждал взамен. Но это стоило ему всего.
— Нет. — Я качаю головой. — Вы не сделали ничего плохого. — Настаиваю я. Мой голос поднимается, и из-за естественной реверберации в коридоре он отражается от меня. Я слышу, как все больше и больше выхожу из себя. — Вы должны остаться. Вы должны бороться с ними. Вы не можете позволить им победить.
— Каденс. — Он подходит ко мне и произносит мое имя. — Каденс. Все в порядке.
 
— Нет, не в порядке. — Я фыркаю. — Я пойду поговорю с директором. Я все объясню. Они даже не узнали мою версию истории.
— Я ухожу не из-за тебя.
— Нет, уходите.— Настаиваю я.
Мир расплывается из-за слез, которые я не могу сдержать.
— Я устал от этой школы, от политики, от того, как влиятельные семьи думают, что могут все контролировать. — Он качает головой. — Я уже давно подумываю о переезде. Я просто рад, что успел оставить в Redwood драгоценный камень.
— Драгоценный камень?
— Тебя. — Его глаза мягкие и заботливые. — Я не боролся за то, чтобы ты попала в Redwood, только для того, чтобы ты могла здесь учиться. У тебя есть талант, чтобы заниматься музыкой и быть успешной в этом. И все инструменты, которые тебе нужны, чтобы далеко пойти, находятся в этих стенах.
— Нет. — Я качаю головой. — Если они выгоняют вас несправедливо, то я...
— Даже не заканчивай это предложение. — Он поднимает палец. — Кроме того, в твоем контракте есть пункт, в котором говорится, что тебе придется вернуть стипендию и заплатить за увольнение. У тебя есть такие деньги?
Я неуверенно моргаю. Я совсем забыла об этих условиях. В то время я думала, что закончить выпускной класс будет легко. Я не учла, что Датч ворвется в мой мир и попытается сжечь его дотла за неделю.
Мистер Маллиз поднимает взгляд.
— Я попросил мисс Джеймисон помочь мне встретиться с тобой здесь, потому что не думаю, что это лучшая идея — встречаться на публике, будь то в Redwood или за его пределами. После всего случившегося я не думаю, что это будет уместно.
Я опускаю голову. — Мне так жаль.
— Не стоит. — Он похлопывает меня по плечу. — Просто... постарайся не мешать мальчикам. — Мистер Маллиз делает паузу. — И не наживай врагов с Джинкс.
— Вы знаете о Джинкс?
Он кивает.
— Постарайся завести друзей там, где сможешь. Так ты останешься выше их планов.
Ручка на двери дребезжит.
— Почему она заперта? — Кто-то стучит в дверь. — Что там происходит?
Мисс Джеймисон бросает на меня испуганный взгляд.
— Время вышло.
— Спасибо за все, что вы для меня сделали, мистер Маллиз. Я вас не подведу.
Он улыбается и кивает на прощание. Через секунду он сливается с тенью и поднимается по лестнице, оставляя меня позади.
Слезы снова вернулись, но на этот раз они не от горя. Они от чистой, молниеносной ярости. Мои ноздри раздуваются, как у быка, а грудь вздымается с каждым вдохом.
Короли заплатят за это.
Датч заплатит за это. Только я пока не знаю, как.
Мисс Джеймисон жестом приглашает меня выйти первой и оправдывается перед учениками, почему мы заняли коридор. Я едва слышу ее за грохотом собственного сердца.
Собственно, я вообще ничего не слышу до конца утра.
И только придя на обед, где взгляды, злобные шепотки и насмешки множатся, я прихожу в себя.
В кафетерии нет ни одного приветливого лица. Не то чтобы я хотела есть среди этих претенциозных ублюдков.
Я беру свой поднос, не поднимая головы, и спешу на улицу к своему обычному столику.
Вот только там уже кто-то есть.
— Добро пожаловать, шлюха. — Она поднимает кулак и дважды бьет им по груди. — Не возражаешь, если я завалюсь?
Я удивленно моргаю, обращая внимание на ее черные волосы, густую подводку для глаз и кожаную куртку.
— Это не с тобой я столкнулась в туалете?
— Мной? — Она наклоняет голову. — Или я просто плод твоего воображения?
Я сморщила нос.
Она смеется, и даже ее готический вид не может скрыть блеск в ее глазах.
— Я просто прикалываюсь над тобой. Да, это была я.
— Приятно официально познакомиться с тобой. — Говорю я, ставя поднос на стол.
Она протягивает руку, демонстрируя свои длинные ногти со звездами, старательно накрашенными гелем.
— Серена.
— Каденс.
— О, я знаю. Ты стала знаменитой за одну ночь.