Самая темная нота (ЛП)

Рыжая уже на значительном расстоянии от меня. Мне приходится удлинить шаг, чтобы догнать ее.
— Как ты узнал, что я здесь? — Спрашивает она, не сбавляя темпа.
— Я заплатил лаунжу, чтобы он все устроил.
Она останавливается на месте. Глаза, которыми она смотрит на меня, темные. Сегодня в ней есть что-то дикое. Я слышал это в ее музыке, когда ее пальцы стучали по клавишам, словно ей нужно было что-то доказать. И я вижу это прямо здесь, в морщинке между ее бровей и напряжении на губах. Музыка была лишь отблеском хаоса внутри нее. Хаоса, который я ощущаю в своей груди.
— Значит, ты действительно сталкер.
Слова произнесены без страха.
Я набираюсь храбрости.
— Как я сказал тому парню... — Парню, который, я очень надеюсь, не является ее парнем. Потому что, как я уже говорил, она теперь моя. — Я твой фанат номер один.
— Тонкая грань между ним и психом.
Она поворачивает за поворот, направляясь к парковке.
Ее огонь заставляет что-то глубоко внутри меня ожить.
Я нуждаюсь в ней.
Это не столько мысль, сколько физическая реакция.
— Ты обычно целуешься с психами? — Спрашиваю я, настигая ее.
Ее каблуки скользят по тротуару. Ее рыжие волосы развеваются по щекам. На ней обычная белая блузка и черные брюки. Просто. Элегантно. Она немного напоминает мне Каденс...
Я тряхнул головой, чтобы отогнать эту мысль.
Я здесь с девушкой, которую хочу. С девушкой, которая движет мной.
Ничто и никто другой не имеет значения.
Она поджимает губы.
— Так вот что ты делаешь? Мстишь?
— Почему ты бросила меня в ту ночь? — Спрашиваю я, подходя к ней ближе. До меня доносится аромат ее духов. Он тонкий и сладкий. Как солнечный свет и ваниль. Как Каденс.
Я зажмуриваю глаза и бью по лицу этой мыслью.
Это Рыжая.
Рыжая.
Не Каденс.
— Какой ночью? — Спрашивает она, наклоняя голову и невинно хлопая ресницами.
Мои внутренности загораются от предвкушения. Она хочет поиграть в игры? Отлично. Я доставлю ей столько же проблем, сколько она доставляет мне.
— Ты должна мне свидание, милая.
Она закатывает глаза. — Я ничего тебе не должна.
— Тогда это я тебе должен.
Она вздергивает бровь.
— Я всегда возвращаю свои долги. — Я наклоняюсь, приближаясь к ее разочаровывающе сексуальным губам. — Могу я показать тебе, как я планирую расплатиться с тобой?
Она прокручивает этот вопрос в голове. Я вижу, как мечутся ее мысли.
— Давай. — Я скольжу рукой по ее спине. Знакомое ощущение. Ощущение правильное. Как будто я прикасался к ней миллион раз до этого.
— Я не сяду с тобой в машину.
— Потому что я могу быть психом?
— Разве мы это не выяснили? — Нахально отвечает она.
Я смеюсь. Все в ней меня восхищает. Я не могу этого объяснить. Не могу даже начать понимать это. Но ради этой девушки я готов изменить все в себе, стать кем-то совершенно новым.
— Я подумал, что у тебя есть свои сомнения. Поэтому никаких машин. — Указав подбородком в здание напротив парка, я шепчу ей на ухо: — Скажи мне, что ты хочешь сделать.
Она слегка вздрагивает.
Я дышу на ее шею, прямо на воротничок. — Если ты согласишься, я больше никогда не появлюсь перед тобой.
— А если не соглашусь?
— Я буду преследовать тебя до самого края земли.
Ее губы изогнулись. — Угроза?
— Обещание.
Ее глаза переходят на мой рот, прежде чем она вскидывает подбородок.
— Хорошо. Но никаких имен. Никаких вопросов.
— Тайна. Как интересно.
— Мера безопасности. Я не хочу, чтобы ты преследовал меня где-нибудь.
Я протягиваю ей руку. — Пойдем со мной, рыжая.
Ее глаза немного отводятся в сторону. Я смотрю, как она колеблется, но не двигаюсь к ней. Это должен быть ее выбор.
Когда она, наконец, кладет свою руку в мою, в моей груди вспыхивает облегчение. Я крепко сжимаю ее и веду свою загадочную девушку прямо в темноту.
29.КАДЕНС
Я не могу понять его.
Датч пошел на все, чтобы связаться со мной.
Он преследовал меня всю ночь.
А теперь я у него одна.
Мы в лифте. Моя кожа гудит от того, что я так близко к нему, но он держится на почтительном расстоянии.
 
Если бы я не была в этом рыжем парике, он бы так себя контролировал? Я закрываю глаза и представляю, как он перекидывал меня через плечо в школе. Или когда он прижимал меня спиной к кофейному автомату. Кажется, Датч никогда не знал, что такое личное пространство, когда он был с другой мной.
Настоящей мной.
Я неловко облизываю губы и смотрю на него. Он одет во все черное, как будто хочет слиться с тенью. Но парень, похожий на него, никогда и нигде не сможет слиться с тенью.
Его глаза — это два ярких золотых солнца, выглядывающих из лица, созданного в совершенстве. Его тело — оружие массового поражения. Татуировки лезут вверх и исчезают под рукавом рубашки. Его мышцы вздуваются, когда он складывает руки на груди.
Датч смотрит на меня и не сводит с меня глаз. В них нет ни намека на дискомфорт. Он дерзок, как всегда. Довольно непринужденно.
Я совсем не так представляла его, когда он сказал, что мы едем в отель. Я ожидала ключ-карту и пищащий датчик. Я ожидала, что он проведет по мне руками, найдет мягкие и тихие места. Исследовать те части меня, которые я никогда раньше никому не открывала.
Разве мы оба не знали, что означает его приглашение? Разве я не приняла его?
Я была готова. Даже желала.
Все, что угодно, лишь бы спастись от нахлынувшего ужаса, который собирался в моем сердце, как грозовые тучи.
Тьма, от которой я бежала всю жизнь, дышит мне в затылок. Она выскочила из тени, когда я увидела своего брата. Глаза Рика, когда он признался, что не может позволить себе платить за квартиру, запечатлелись в моей памяти.
Еще одна душа, раздавленная маминым эгоизмом и безответственностью. Еще один груз, который мне приходится нести теперь, когда я знаю правду. Сколько еще осталось, пока она не похоронит меня? Пока я не превращусь в искореженное месиво?
Моя кожа кажется слишком тугой. Как будто я вот-вот выскочу из нее. Сердце колотится за ребрами. Я знаю, от чего я бегу. От маминого призрака. Она преследует меня сегодня ночью, как злой дух. Темные тени в каждом углу. Тайны, грозящие вырваться наружу, как змеи.
Я хватаю Датча за руку, прежде чем мы оказываемся на крыше.
— Что мы здесь делаем?
Я хочу сказать, что... почему мы не в одном из тех номеров отеля?
Я не хочу чувствовать себя сейчас.
Он нужен мне, чтобы избавиться от мыслей.
Мне нужно почувствовать его кожу, чтобы забыть, что моя больше не подходит.
Разве он не принц Redwood? Он, наверное, сорвал больше вишен, чем можно сосчитать на пальцах рук и ног. Неужели мы пришли сюда, чтобы смотреть на звезды и говорить о своих чувствах?
Я не хочу этого делать. Я хочу сбежать туда, где у меня перехватит дыхание.
— Увидишь. — Говорит он, слегка улыбаясь.
Взяв меня за руку, он ведет меня вперед.
На крыше дома трепещут на ветру фонари, увешанные лампочками. Цветочные кусты поднимают свои лица к небу. В центре всего этого стоит рояль. Лунный свет сверкает на блестящей черной краске.
Я останавливаюсь на месте.
—Как... Как ты его сюда затащил?
Датч отпускает мою руку и садится за рояль. Не говоря ни слова, он начинает играть. У него длинные и тонкие пальцы, идеально подходящие для фортепиано. Они скользят по клавишам без колебаний.
Я узнаю мелодию. Это замедленная версия пьесы, которую я исполняла на витрине незадолго до поступления в Redwood Prep.
Неуверенность схватывает меня за горло, когда я понимаю, что вляпалась по уши. Я думала, что Датч прикоснется ко мне физически, но он стал намного темнее. Гораздо глубже. Потому что сегодня ему недостаточно просто взять мое тело. Он пытается затронуть мое сердце.
Пока он продолжает играть, я подхожу к пианино. Жужжание, которое я почувствовала между нами в лифте, переходит на новый уровень.