Я – Орк. Том 2 (СИ)
— И… такое разрешено печатать? — с недоумением спросил у него.
— А почему оно должно быть запрещено? — с таким же недоумением задал ответный вопрос гоблин. — Она совершеннолетняя, подписала официальное согласие.
Задал ему еще пару вопросов и с удивлением понял, что в прессе не существовало никакой цензуры по поводу эротики! Вот если я начну писать про императорскую семью, жди беды, а на срамные картинки всем плевать. От открывающихся перспектив у меня буквально дух захватывало…
— Мне нужны надежный бухгалтер, главный редактор, журналист, фотограф и распространитель. Поделитесь контактами?
— Молодой орк, я юрист, помогаю клиентам с оформлением документов, а не бюро по найму! — с удвоенной силой заворчал гоблин. — Доставайте свой телефон и пишите номера…
За скромное вознаграждение (грабеж!) Генрих обещал посодействовать с наймом основного персонала. Единственный затык оставался с журналистом и редактором — у гоблина не было нужных знакомых. Зато он слышал об одной писательнице, попавшей в опалу за серию статей об эльфийских заговорах. То что нужно!
Я сразу позвонил ей и договорился о встрече. Чуть удивленный голос пригласил заехать через полчаса на другой конце Твери, так что пришлось спешно прощаться с Генрихом, чему он только обрадовался. В дверном проеме разминулся с той самой гоблинкой, все это время терпеливо ждавшей за дверью. А ничего такая задница…
Бр-р-р. Быстро потряс головой, выкидывая нехорошие мысли. Она же мне едва до груди достает! И вообще не моя! Лучше сосредоточусь на беседе с журналисткой…
Пока ехал в такси, быстро нашел в сети всю доступную информацию про некую Нелли Касан. В принципе, обычная история для независимой прессы — начала писать не про тех и не про то. Ее арестовали по ложному обвинению, месяц держали в тюрьме, пока не выпустили, и даже выплатили компенсацию. Но с тех пор все газеты перестали покупать у нее статьи, а имя предали забвению. Она вела не особо популярный блог в духе «прорвемся», но в последних постах чувствовалось нарастающее отчаяние.
Некогда симпатичный домик нес на себе печать запустения. Растения в саду в основном засохли, изгородь покрылась ржавчиной, ступеньки крыльца скрипели под ногами. Я осторожно постучался в дверь, не хватало еще выбить ее. Зря опасался — она даже не шелохнулась, бронированная.
Послышался звук многочисленных отпираемых замков, в конце девушка с натужным кряхтением сняла тяжеленный засов. Она с подозрением уставилась на меня в приоткрытую крохотную щелку.
— Рорк Чернышев? Чем обязана визиту самого странного орка в Твери?
— Могу я войти? — вежливо спросил у нее. Мне не нравилось чувство, что меня держат на пороге, но я успешно сдерживал разгорающуюся ярость.
— Зависит от цели визита. — Она не спешила уступать, подозрительно сверкая глазами.
— Я не причиню тебе никакого вреда. Ты сама согласилась встретиться.
— Несколько часов назад ты не был таким вежливым. — После короткой паузы она отошла в сторону, позволяя мне войти.
Я наконец узнал гномку, ее розовые волосы были все равно что маяк, да и ростом она была гораздо выше других сородичей. Она задавала мне вопрос про герцога Кентерберийского, а я ее жестко отбрил и игнорировал.
— Извини, я тогда подумал, что ты провокатор.
— Ну конечно! — фыркнула она. — Я же журналист! Надеялась, ты как следует обругаешь его и выведешь на чистую воду.
— Жизнь быстро учит следить за языком. Я не собираюсь становиться публичной персоной. — С любопытством осматривался. Знакомый красно-белый, слегка мультяшный костюмчик висел здесь же прямо на вешалке у входа. — У тебя мило.
— Говори как есть! — Нелли закатила глаза и прыжком залетела в покрытое пледом скрипучее кресло. В ее руках как по волшебству появились блокнот с карандашом. — У меня здесь лютый бардак!
И она была права. Пол равномерно устилали пустые бутылки, упаковки от еды и грязная одежда. Всюду лежали комья пыли и грязи. Единственным содержавшимся в чистоте местом помимо рабочего стола оказался туалет — увидел из-за приоткрытой двери.
— Они тебе не понадобятся, интервью не будет, — решил не заострять внимание на неудобном вопросе. Творческие люди обычно склонны создавать вокруг себя хаос.
— Тогда зачем ты пришел? — Гномка что-то энергично застрочила у себя в блокноте.
— Я получил газету от герцога, о котором ты спрашивала. В качестве виры за его проигрыш в дуэли. У нее нет названия, поскольку старое защищено лицензией. Я нашел там довольно неплохое оборудование и трех человек, которые не успели устроиться на другое место. Директором там теперь Тимофей.
— Знаю его, хороший парень, — отстраненно кивнула гномка. Судя по движениям руки, она… рисовала меня! — Зачем ты мне все это рассказываешь?
— Разве не очевидно? — Я чуть приподнял бровь. Нелли казалась мне умнее. — Хочу нанять тебя в качестве главного редактора и журналиста.
Глава 11
Она замерла почти на минуту, лихорадочно перебирая в уме, как реагировать на мое заявление. Я не спешил, рассматривая интерьер, по нему можно много сказать о человеке… или в данном случае о гномке.
Помимо отмеченного уже запустения и пустых мест из-за проданных вещей я заметил потускневшие плакаты с… полуголыми девушками. Не понял…
— А кто это? — показал на ближайшую, такую же розововолосую женщину человеческой расы. Она носила примерно такой же костюм, как Нелли, добавив к нему монокль.
— Ну… вряд ли тебе ее имя что-то скажет. — Щеки гномки сильно покраснели. — Просто… мой кумир. И вообще, ты это серьезно? Я не люблю дурных шуток!
— А кто любит? — Я сразу понял, что она не о плакате. — По твоему, я похож на шута?
— Нет. — У меня не получилось смутить ее грозным рыком, что пошло в плюс. — Просто… думаю, ты знаешь о моей ситуации.
— У меня тоже натянутые отношения с эльфами, ты и сама должна была догадаться.
— По твоему гарему и не скажешь, — фыркнула гномка. Я поднял руку, и она послушно замолчала, более не перебивая.
— Не буду скрывать, у меня очень нестандартное видение и задумка, большинство банально не согласится. Думаю, ты бы тоже отказалась, не будь твое положение столь плачевно.
— Умеешь ты утешить, — закатила она глаза, когда я замолк, чтобы глотнуть чая. — То есть там такая работа, что согласятся на нее из-за полного отчаяния?
— Напротив! — преувеличенно бодро ответил ей. — Она подразумевает полную творческую свободу. Можешь клеймить эльфов на чем свет стоит, я их не боюсь. И когда мы раскрутимся, ты будешь получать достойную зарплату. Сможешь сделать ремонт или купить новый дом.
— Звучит слишком сладко, давай уже подвох размером с тролля!
— Тебе может не понравиться идея. Газета превратится в журнал с глянцевыми страницами. Там будут интересные статьи, но основная направленность другая — откровенные фотографии девушек.
— Ты сдурел? — вздохнула Нелли. — И кто, по-твоему, будет читать мои статьи? Или решил сделать меня моделью на потеху остальным?
Окинул ее оценивающим взглядом. А ведь и впрямь хороша, хоть сейчас на обложку ставь. Гномка явно уловила мои мысли и явно собралась выставить меня вон, но мои следующие слова буквально приморозили ее к стулу.
— Возможно, позже. В ближайших выпусках основной темой станут эльфийки.
Гномка замерла. Медленно поставила свою чашку, так же медленно моргнула и затем внезапно потянулась ко мне и приложила горячую ладонь ко лбу.
— Жара вроде нет… ты с ума сошел⁈
— А почему нет? Я провел некоторые исследования — таких журналов банально не существует. Будем первыми, соберем все сливки! — широко улыбнулся ей. — Представь, какие это деньги и популярность!
— К тебе выстроится очередь из желающих бросить вызов на дуэль!
— Все разборки я беру на себя. Никогда не боялся и не бегал от битвы и не собираюсь начинать сейчас. — Я скрестил руки, напустив на себя уверенный вид. — Так что, ты в деле?
Следовало отдать гномке должное — она не согласилась сразу. Как следует все обдумала, взвешивая положительные (деньги, творческая свобода, возможность щелкнуть надменных эльфов по носу) и отрицательные (смертельная опасность, конец остатков репутации) стороны. Благоразумие победило.