Иннокентий 2 (СИ)

— Шампанского, вина?
— Спасибо, мы коньяк пили.
— Извините, у нас его нет, — Ирина Владимировна, так представилась жительница Ленинграда, развела руками. — Мы сидим женской компанией, никто крепких напитков не употребляет.
— Да ничего, перебьюсь. А что хотели?
Ирина повернулась в сторону соседнего стола:
— Там голландцы сидят. Но по-нашему ни бум-бум. Не могли бы вы помочь?
— Без проблем.
Минут двадцать Иннокентий помогал малость охреневшим датчам лучше понять особенности русской души. Их приглашали в Ленинград на обмен опытом. Прямо сейчас. Билеты на «Красную стрелу» обещали достать. Завтра они уже будут в Северной столице. Глава голландской делегации, осознав, что от него просят, сразу куда-то убежал. Видимо, договариваться.
В это время начала играть медленная композиция. На плечо Кеши опустилась чья-то мягкая рука и около уха раздался чарующий голос:
— Пьотанцюешь с миня?
Это была та самая жгучая брюнетка. Как он мог отказать красивой даме в подобной малости?
— Но проблем, мисс.
Они вышла на танцевальную площадку и закружились в танце.
— Иннокентий!
— О, какьеё красивый имя! Я Беата.
Ей было, скорее всего, под тридцать. Но выглядела для женщины семидесятых хорошо и ухоженно. Мягкий овал лица, темные с паволокой глаза. Все черты лица яркие. И этот странный акцент…
— Хьочешь уснать откуда я?
— Даже боюсь понять.
— Будапешт.
— Ого!
Кеша не был сильным знатоком географии, но этот город точно находился где-то в Европе. Значит, она настоящая иностранка, отсюда и акцент. В начале десятых он успел побывать в Кракове, Праге и в Далмации. В пивной столице Европы даже несколько раз. Хотя Прага его не особо впечатлила. Толпы туристов, пива и идиотов. Побережье Адриатического моря было намного красивей.
— Ты по делу здесь?
— Да. Наша делегация делать доклад. Было офень интересьно.
— Ты так забавно говоришь. Откуда понимаешь русский язык?
— Ты што? Не знаешь, что мы учим русский в школе.
— Вот как? У вас также социализм строят? В Европе?
— Какой ты абавный Иннёкентий.
— Можно просто Кеша.
— Кьеша? Какьие у вас странные имена в Росии.
Кеша сбегал к столику с коллегами, бахнул стопку и выпалил:
— Парни, я, кажется, влюбился.
— В ту черненькую?
— Говорит, что с Будапешта.
— Да ладно! — Кирилл повернулся. — Ну ты лапоть лаптем, а такую кралю себе на виражах оторвал.
— А где это вообще находится, пацаны?
Марк усмехнулся:
— Ты меня удивляешь, Кеша. Столица Венгрии. Мы там с родителями были. Интересный городок. Стоит на Дунае. С одного берега расположен Пешт, с другой Буда.
Иннокентий подхватил кофр.
— Ты куда? Счас еще принесут покушать.
— Спасибо, братцы, за вечер. Но мне стало интересно откуда она. С Пешта или другой стороны. Будем изучать вопрос максимально близко.
Кирилл заржал:
— Тогда удачи! Смотри, она все-таки иностранка. Так что осторожней со вторжением на чужую территорию.
— Бывайте, увидимся!
Напоследок Кеша перехватил весьма заинтересованный взгляд Марка. Он точно этого ассирийца сегодня удивил. Но оставим интриги на потом. У Васечкина появилось ощущение, что он взлетает на стремительную волну судьбоносного поворота. Да и что ему терять во второй жизни?
В этот раз они стояли совсем близко. Его руки так и норовили сползти ниже талии на крепкие шарики ягодиц. Кеша еле сдерживал себя. Все-таки они в приличном месте, а не в ночном клубе. Где все знакомства обычно сводятся к одному — К кому сейчас поедем? Легкость в голове и теплота близкого женского тела сводили с ума. Они уже давно не говорили, а смотрели друг на друга. На странную парочку уже обращали внимание. Они выделялись из общей массы подвыпивших работников науки. Высокий блондин с телом атлета и фигуристая иностранка.
 
Нет, разухабившиеся компьютерщики на танцполе вытворяли и не такое. Иннокентий много чего на корпоративах повидал. Так что совсем не удивлялся. Советские граждане в этом плане от своих потомков особо не отличались. Тем более люди командировочные и оторванные от здоровой части коллектива в виде профоргов, комсоргов и прочей моралисткой публики. Прямо на глазах разрастались быстротечные «романы». Гостиница «Россия» точно сегодня понесет потери в виде разбитой утвари и расшатанной мебели.
— Нам порья идти, — наконец, вывела его Беата из оцепенения.
— Куда?
Близкий завораживающий шепот тут же горячо отдался в паху.
— Ко мне. Номер на седьмом этаже. Я проведу.
— Меня пустят?
— Как там у вас — договорьится?
— Тогда я сейчас.
Какой-никакой опыт подсказывал, что с пустыми руками уходить не стоит. Бутылка сухого вина, фрукты, сыр и мясная нарезка моментально исчезли в недрах вместительного кофра фотокорреспондента Зеленоградского Научного Центра.
«За все уплочено!»
— Ты тут уже бывала?
— Мьи каждый год приезжать в Москву. Ньяс возили по Золотое кольце.
— Хорошо устроились. Неужели у вас в Мадьярии делают компьютеры?
— О, ты такой умьный! Подьешти.
Беата вырвалась из его объятий и метнулась вперед. Минут через пять они спокойно прошли мимо смирно сидящей на посту дежурной. Дама в возрасте метнула в сторону Кеши задумчивый взгляд, но промолчала. Мадьярка распахнула уже отпертый номер. А дальше их накрыло взаимное сумасшествие, которое, впрочем, не помешало ей найти в сумочке предохранительный «барьер» от безумной агрессии.
Когда два использованных изделия из природного каучука уже валялись под кроватью, они сделали перерыв. Иннокентий ухаживал за дамой. Налил в обычный стакан вина, подал фрукты. Беата достала шоколад, то и дело поглядывая на молодого человека.
— Тьи такой сильный! Батыр.
— Богатырь!
— Богатый силой?
— Можно и так сказать!
Они чокнулись, выпили, засмеялись, довольные друг другом. Беата встала в поисках чего-то. Кеше было приятно смотреть на нее. Фигурка в виде классической «гитары» придавала изысканности. Приподнятая налитая грудь, четко очерченные бедра, мясистые ляжечки. Все в меру сексуально и приятно лапать.
— Нрьявится?
Мадьярка повернулась, эротично изогнувшись. Кеша среагировал самым непосредственным и показательным образом. Беата засмеялась:
— Тьи и здесь богатый силой?
— Проверь.
— Боюсь, моих запасов не хватьит.
Мадьярка кивнула в сторону упаковку «предохранителей».
— Тогда хватит разговоров. Товарищи бойцы, переходим границу!
Он притянул женщину к себе, начав путь от шеи и все ниже. Руки в это время грамотно обрабатывали ягодицы и ноги. Беата быстро завелась и застонала. Агрессия в этот раз продолжалась неспешно. С толком и расстановкой. То есть перестановкой объекта в разные позиции. Гостиничные кровати не очень удобны для подобных упражнений, поэтому в ход пошла фантазия и физическая форма кавалера. Насытившись, они оба упали на кровать, а потом по очереди сходили в душ.
— Тьи не такой, как они.
— Кто?
— Сьеоветские мужчины.
— И в чем разница? — Кеше было любопытно. Он грыз яблоко и наслаждался «Ласками Геры». Мадьярка приятно радовала незакомплексованностью.
— Тьи свобьоден. Смотришь иначье, ведешь смело. Я видела, как ты говорить с иностранцами. Ваши льюди… обычно скованы. Даже с нами, партнерами со соцьялистичному лагерью.
— Ты права. Я такой, вольный казак! Слушай, а как ты договорилась с горничной?
Беата засмеялась: