Иннокентий 2 (СИ)
— Давай все положенное откатаем. Затем легкий фуршет для твоих родителей и родственников и уезжаем с молодежью куда-нибудь за город. Пансионат или санаторий. Гостей туда и обратно доставит заказанный транспорт, а мы останемся там. В большом-пребольшом номере. Только вдвоем!
Поначалу молодая женщина приняла его доводы в штыки. Затем поинтересовалась, откуда дровишки. Иннокентий сослался на зарубежный опыт.
— А как же мама и папа?
— Переживут. Это же твоя свадьба! Зачем тебе все эти полузнакомые и «нужные» люди? Это прежде всего наш праздник. Повеселимся, потанцуем в кругу своих. Только тебе обязательно потребуется второе платье. В торжественном танцевать будет неудобно.
Хитроумный Васечкин знал, что говорил. Вероника тут же зацепилась за идею дополнительного платья и уже в мыслях вся была в ателье.
— Тогда надо торопиться!
Родителей уломали быстро. Они были людьми продвинутыми и от мещанских традиций отказались без лишних сентенций. Папа упомянул, что они и сами женились по-простецки, и настаивать на продолжительном банкете в ресторане не стал. Выпьют шампанского, примут поздравления и хватит. Тем более что со стороны Васечкина народу почти не будет. Несколько сослуживцев подойдут на фуршет, да Кирилл отснимет им свадьбу и также поедет веселиться. Человек он свободный и легкий на подъем. Съемку же предложит в качестве подарка.
С санаторием помог Виталий Иванович, как и с транспортом. У генерала МВД были большие возможности. Он любил племянницу и честно считал Иннокентия достойным женихом для такой красавицы. Во всяком случае, он мог быть за нее спокойным и потому пробивал Кеше по своим связям наилучшую характеристику. Командировку в Испанию Виталий Иванович не одобрял, считая по старой памяти опасной страной. Так что наличие рядом с племянницей надежного и главное, очень крепкого молодого человека его радовало.
— Если уж с маньяком справился, то любого анархиста в бараний рог свернет.
— Дядя Витя, — смеялась Вероника. — В Испании уже сто лет, как нет анархистов.
Генерал махнул рукой:
— Да там в Европах хватает всяких! Фракция Красной Армии, «Красные бригады», ИРА.
— Со всеми справимся, — подлил вина невесте Иннокентий, — и не таких уделывали!
— Молодец, наш человек!
Веронике было скучно слушать о политике:
— Ну, я побежала, платье примерять!
— Егоза! — посмотрел вслед племяннице Виталий Иванович. — Она с детства такая, — затем он переменился в лице. — Кеша, друг сердешный, скажи мне, пожалуйста, что ты эдакого натворил, если тобой весьма настойчиво интересуются наши лепшие друзья из конторы.
Иннокентий безалаберно отхлебнул чая, к подобным вопросам он был готов.
— Так они и на работе меня вызывали, Виталий Иванович. Страна-то непростая выбрана! Кого попало туда не пошлют. А мне там свежеиспеченный корпункт налаживать.
— Ах, вот в чем дело! Тебе поручают самостоятельную работу? А справишься?
Кеша пожал плечами:
— А у меня есть выбор? С кадрами беда.
— С этим согласен. У меня тоже из молодых перспективных раз, два и обчелся. Тебя бы я без экзаменов принял.
— Виталий Иванович. Вы мне мокрушников предлагаете вместо солнечной Барселоны?
Бывший опер усмехнулся:
— Думаешь, у тебя там проблем схожих не будет? Вот что я тебе скажу, Иннокентий — держи с этими шустрыми ребятами ухо востро. Видал я их по молодости! Ты мне главное — Нику сбереги.
— Обижаете, Виталий Иванович!
Генерал засмеялся:
— Заранее не завидую обидчикам моей племянницы. И хватит чай хлестать, когда целый генерал с тобой коньяк пьет!
Глава 27
Врата рая
— Кеша, Кеша!
«Проклятое дежавю! Когда же это все кончится?»
— Чего, милая?
— Ты выучил материалы последнего Пленума?
Иннокентий сонным взглядом окинул молодую светловолосую женщину, и увидел распахнутый халатик, в котором находилось весьма интересное содержимое. Руки автоматически схватили барышню за крепкую задницу.
— Ой! Кеша, ты только об одном думаешь!!
Вероника бодро застучала по его спине кулачками, но очень быстро сдалась. Спустя четверть часа, немного запыхавшиеся и раскрасневшиеся, они лежали на кровати.
— Ты всегда решаешь вопросы именно таким способом?
— Стараюсь, — Кеша повернулся набок и поцеловал любимую женщину в шею.
— А на комиссии?
— А там есть кого чпокнуть?
— Фу, пошляк, — Вероника подскочила с кровати, блеснув шикарным «тылом» и незамедлительно бросила Кеше папку с документами. — Чтобы к вечеру все выучил. Проверю!
— Но мамочка!
— Отшлепаю!
— Можешь начинать, — блаженно ответил Кеша и перевернулся на живот. — Ай, больно же! Мы так не договаривались.
Вероника ухмылялась, держа в руках армейский ремень. Где только и нашла его.
— Живо за работу!
— Вот мне женушка досталась…
— Кеша!!!
И зачем он только женился на этой строптивой москвичке?
— Кеша!!! Мое платье!
Если подготовка к свадьбе была кошмаром, то утро этого, несомненно важного дня стало кошмаром вдвойне. Васечкин сто раз пожалел, что согласился на эту авантюру. Еще до того, как он влюбился в маленькую белокурую стерву, надо было рвать когти и переходить к плану Б. Сейчас же давать заднюю поздновато. Можно попросту не дожить до вечера. Никаких киллеров, обычное бытовое убийство, каких было не счесть при любом режиме.
Ранним утром приехала мама и подружайки, вытолкав еще толком не проснувшегося Кешу из спальни. Шумела вода в ванной, чайник на кухне, жениху лишь достались наскоро сооруженные бутерброды. Когда, наконец, свита невесты соизволила свалить в парикмахерскую, Васечкин забрался в ванную, принял душ и тщательно побрился. Наглаженный костюм уже висел в комнате, там же пребывали черные носки и белая рубашка. Роспись была назначена на полдень. Вернувшиеся красавицы застали его на кухне, в тапочках на босу ногу и трениках. Пришлось сделать вид, что он испарился.
— Все в порядке, дорогая, сейчас зашьют. Бывает.
Кеша поцеловал нервничающую невесту в лоб. Та закатила истерику:
— Я еще не умерла!
— Не будем же мы портить макияж? Оставим поцелуи на вечер? И хватит кукситься, а то все потечет. Такую красоту жалко.
Невеста распахнула глаза:
— Тебе честно нравится?
— Красоту ничем не испортишь.
— Кеша!
— Иннокентий!
Мама Вероники умела строго смотреть. Столько лет тренировалась на своих сотрудниках. Иннокентий благоразумно ретировался на кухню, где Федор Михайлович хитро ему подмигнул и «накапал по пятьдесят» из заветной фляжечки.
— Нервы, старик!
— Я уже перешел в пожилые?
— Юмор — это хорошо. Осознаешь немножко позже.
Нет, папаша у Ники золотой человек!
Внизу загудели клаксонами автомобили кортежа. Иннокентий еще раз глянул в ростовое зеркало, что мерцало в прихожей. Классика, черный костюм, белая рубашка, белая бутоньерка. Олег, стоявший в дверном проеме, показал ему большой палец. «Отлично выглядишь!» Из спальни послышался шум и вскоре к ним выплыла царственная Вероника. Высокая прическа частично была скрыта фатой, легкий макияж чуточку оттенял глаза и губы. Невеста все-таки послушала совета жениха и отказалась от того ужасного визажиста из дома моды. Кричащий мэйк испортил бы мягкий образ Ники.
И вот именно сейчас Иннокентий понял, что безумно влюблен в эту женщину и еле удержался от тяжелого вздоха. В прошлой жизни не верил в настоящую любовь, и вот она его где настигла. Считал, что просто шел по головам и делал карьеру любой ценой, а оно вот как обернулось. Плохо мы себя знаем люди. Так где он такую красивую и умную женщину еще найдет.