Предатель. Собрать себя по частям (СИ)

В углу комнаты я увидела нишу, занавешенную бежевой шторой в тон стенам. Видимо, хотели максимально скрыть проход.
Пока я наблюдала за людьми, за занавеску, словно невзначай, прошмыгнула женщина, а через несколько минут зашел мужчина.
Судя по всему, это вход в ту часть здания, в которую Максим запретил мне ходить. Интересно, что находится за дверью, за которой гости поодиночке скрываются тайком?
Только я решила пойти на поиски Максима, как он, в компании незнакомого мужчины зашел в зал и прошел к одному из полотен. Он не увидел меня, а я не решилась его позвать.
Максим увлеченно разговаривал с собеседником, а меня накрыло флером спокойствия. Я не могла отвести глаз. Он действовал на меня, как наркотик. Статный, уверенный в себе, рядом с таким мужчиной хотела бы оказаться любая женщина. Такой решит все проблемы, подставит плечо, закроет широкой спиной от любых невзгод.
Я думала Денис такой же. Он был моим идеалом: сильным, целеустремленным, любящим. Но как показала жизнь — я сильно ошиблась. Видимо, совсем не разбираюсь в мужчинах. Может, и в Максиме я ошибаюсь? А его участливая забота показная? С другой стороны, он ни на что не претендует, зачем ему со мной играть?
Витая в своих мыслях, я не сразу увидела, как мой спутник куда-то пристально смотрит.
Я проследила за его взглядом, и сердце пропустило удар. В ответ на внимание Максима его поедала глазами Карпова. Та самая хозяйка «Посейдона».
Что она здесь делает?
Нет! Почему они смотрят друг на друга так, словно знакомы, будто бы без слов о чем-то договариваются?
Я перевела взгляд на Максима и снова получила ментальный удар под дых. Он кивнул ей, а она в ответ мимолетно улыбнулась. Затем развернулась и скрылась за занавеской.
Нет, этого не может быть. Они не знакомы. Я что-то напутала. Скорее всего, он смотрел на кого-то другого, а она на собеседника Максима. Я просто себя накручиваю. Денис завел меня, и теперь я вижу сговор во всем.
Да, определенно. Вон и Максим не последовал за Карповой, а вышел из зала.
Но, черт, что они все делают за теми дверями?
Я решила утолить любопытство и только одним глазком посмотреть таинственные помещения. Медленно, делая вид, что смотрю картины, я продвинулась к нише. Пока никто не смотрел в мою сторону, я прошмыгнула за полотно и в полумраке наткнулась на закрытую деревянную дверь.
Я сомневалась лишь секунду, затем медленно нажала на ручку и приоткрыла дверь. Кромешную темноту коридора освещал тусклый, желтый свет от нескольких бра. Я прошла дальше, завернула за поворот и наткнулась на ряд приоткрытых дверей. Достала мобильный телефон и включила камеру.
За одной дверью рассмотрела кусок стола, обшитого зеленым полотном. По звуку рулетки поняла, что это мини-казино. Дальше наткнулась на открытое помещение, в котором клубился ароматный запах кальяна. Я смогла различить небольшую барную стойку, длинный кожаный диван с маленькими столиками, за которыми сидели несколько мужчин и две женщины.
Я быстро проскочила дальше, не желая, быть замеченной. Сердце колотилось с бешеной скоростью, а интуиция кричала убираться отсюда. Но журналистское любопытство толкало вперед, тем более коридор заканчивался, и в конце находилось еще три двери.
Я ускорилась. Две двери плотно закрыты, и я не рискнула заглядывать. А вот последняя нет. Я подошла и тихонько ее толкнула.
Когда до меня дошло, что это за комната, лицо обдало жаром, и я чуть не выронила телефон.
Оббитое красной тканью помещение тонуло в таком же освещении, у стены стояла огромная кровать, застеленная черной шелковой простыней. С потолка свисали цепи с кожаными наручниками, рядом стояло большое кресло, увешанное плетками, веревками и еще какими-то предметами, назначение которых я не знала. Рядом на тумбочке стояли разных форм и размеров искусственные мужские…
Я в шоке закрыла рот ладонью. Теперь стало понятно, почему Максим запретил сюда ходить. Неужели он здесь бывает?
Я попятилась назад и почти вышла из адской комнаты, как натолкнулась на препятствие. Меня бросило в пот, а в голове зазвенела сирена. Сильные руки зажали в тиски и толкнули назад в помещение.
 
Я оцепенела, а когда услышала, как захлопнулась дверь, начала вырываться, но это было бесполезно.
— Моя сладкая девочка приняла мое приглашение! Умница!
На меня пахнуло отвратительным запахом крепкого алкоголя, и я узнала голос своего мужа.
— Отпусти!
— Не-е-ет, зачем? Я, наконец, могу показать тебе настоящего себя. Ты вечно такая идеальная, такая правильная. А мне хотелось другого, более «глубоких» и «открытых» отношений.
— Денис, ты пьян! Отпусти!
Мне было дико страшно. Я больше не знала, чего ожидать от мужа. Кто он на самом деле, с кем я жила все это время?
— Конечно, отпущу, сладкая! Но сначала отлюблю тебя так, как всегда мечтал. Я не знал, как тебе такое предложить, но ты сама пришла. Сама хочешь.
Денис отпустил одну руку и начал задирать подол платья. Не обращая внимания на попытки вырваться, он целовал мою шею, противно слюнявя кожу. Засунул язык в ухо и застонал в предвкушении.
Я сделала еще один рывок убрать его руки, но он лишь сильнее прижал мое хрупкое тело к себе, развернул и придавил лицом к стене. Я закричала, а он лишь зашелся диким смехом.
— Кричи, малышка, кричи. Никто не придет. Ты даже не представляешь, какие порой звуки раздаются из этих комнат.
Денис навалился всем телом, мне нечем стало дышать. Он рванул лямки платья, и они разлетелись в стороны.
Жадно кусая плечи и рыча от похоти, он двумя руками схватился за подол и одним рывком задрал платье до самых бедер. В меня вдавился до предела возбужденный орган, и я поняла, что мне конец. Сейчас я узнаю, что значит быть подстилкой, которой пользуются по собственному желанию.
Он не бил, не выкручивал руки, просто хотел взять то, что все еще принадлежало ему. Я его жена, а он герой своей службы. Трудно будет доказать насилие. Никто не поверит.
Меня охватило отчаяние. Я как женщина с картины — безвольная кукла в руках жестокого абьюзера. Из глаз потекли слезы. Меня накрыл ужас. Истерика рвалась наружу, но тяжелое тело не позволяло даже вдохнуть.
— Пожалуйста, не делай этого, прошу! — шептала я сквозь слезы, воя от безысходности.
— Тебе понравится, сладкая, вот увидишь. Будешь просить еще.
Денис засунул спереди руку мне в трусики и начал терзать нежную плоть. Он больно давил и щипал, думая, что грубость меня заводит.
Я брыкалась, как могла, но это лишь возбуждало его сильнее. Бедрами я упиралась в огромный член, а Денис только неистово рычал. Он до искр в глазах сжал грудь, а пальцы засунул глубже в совершенно сухую плоть.
Я дергалась и просила меня отпустить, но он как сумасшедший терся об меня огромным органом и громко стонал. Я не могла поверить, что это все происходит со мной. Зачем я пошла сюда, почему не послушалась Максима?
Я плакала, вцепившись в красную ткань стен, а моя беспомощность и агония только больше распаляла Дениса.
Когда муж дошел до пика терпения и больше не мог сдерживать свою похоть, он больно уперся локтем мне в спину и с силой рванул мои трусики. Тонкая ткань разорвалась как бумага, и я услышала звук расстегивающегося ремня.
Я приготовилась к порции боли и зажмурилась, умоляя всех богов мира, чтобы этот ад закончился как можно быстрее.
  
Глава 20
 
Я стояла, прижатая лицом к стене и не верила в происходящее. Слезы стекали по щекам и впитывались в грубую ткань.
Я кричала, шептала, просила остановиться, но Денис не слышал меня. Его опьяняла власть, чувство силы и превосходства. Он жаждал подчинить, растоптать и упиться моей слабостью, зависимостью от его воли.
Я услышала, как упали на пол его брюки, и он уперся в меня своим мужским органом.
Я сильнее зажмурилась и сцепила кулаки, раня ногтями нежную кожу ладоней.
Безумный грохот оглушил комнату, входная дверь ударилась о стену, раскидывая вокруг деревянные щепки.