Предатель. Собрать себя по частям (СИ)

— Лер, накануне в субботу из моего номера украли флешку с копией материалов.
— Офигеть! Поверить не могу! Неужели ты нарыла что-то серьезное?
— Лер, только ты знала о флешке и что я живу в этой гостинице. Только ты знала, что меня не будет вечером в номере и пароль от моего рабочего компьютера.
Лера замерла, перестав даже моргать. Что-то переваривая у себя в голове, она посмотрела вокруг себя на посетителей, затем снова перевела взгляд на меня. И тут до нее дошел весь смысл сказанного мной. Ее лицо вытянулось, побледнело, глаза расширились, а рот приоткрылся, но слова застряли в горле.
Лера сделала жадный глоток чая и дрожащим голосом спросила:
— Ты решила, что это я все сделала?
Я молчала. Когда она произнесла это вслух, мне показалось, что только что я совершила огромную ошибку. Стало невероятно стыдно, а когда увидела, как глаза подруги наполнились слезами, я окончательно поняла, как не права.
Лера может быть разной, но она единственный человек в моем окружении, который не умеет подделывать эмоции. И даже ее странное поведение на прошлой неделе доказывает, что она не умеет врать и ее легко раскусить.
Но именно поэтому я затеяла этот разговор. Мне нужно было увидеть самой, что моя Лера меня не предавала.
Я подскочила со своего места, подсела к подруге и виновато ее обняла.
— Пожалуйста, прости! Я знаю, как это жестоко, но я так запуталась, что уже не знаю, что думать.
Из моих глаз потекли слезы стыда. Лера сидела и тоже ревела. Она не ответила на объятия, так сильно задели ее обвинения.
— Лера, ну посмотри на меня! Прости! Ты не представляешь, что сейчас происходит в моей жизни. Я виновата, не злись, пожалуйста!
— И поэтому ты решила, что предатель — это я?
Лера злилась. Может быт впервые я видела, как моя жизнерадостная подруга злится по-настоящему, но раз я завела этот разговор, нужно довести его до конца.
— Ты в последнее время ведешь себя очень странно. После разговора с шефом была замкнутая, хотя ты всегда мне все рассказываешь, потом неожиданная поломка твоей машины, щедрость по поводу номера в гостинице на месяц, еще и рядом с начальником. Ты открытый человек, а ведешь себя нехарактерно для себя. Сначала украли папку из машины, потом наш разговор о том, что у меня есть копии и наутро пропадают абсолютно все дубликаты.
Я пересела на свое место, тяжело дыша. Разговор получился некрасивым. Я обидела подругу, но действительно запуталась. Не знаю, поняла ли она что-то из моего хаотичного монолога, но я не уйду отсюда, пока не выясню все до конца.
— Я не хотела тебя обидеть! Понимаю, как паршиво это звучит. Но ты моя единственная и близкая подруга, мне очень больно от одной мысли, что ты могла предать меня. Кто угодно, но только не ты!
Я поставила локти на стол и уткнулась лицом в ладони. Но тихий, без тени эмоций голос Леры заставил меня вздрогнуть и поднять голову.
— Это все Максим Николаевич. Он говорил мне, что делать и что говорить тебе.
  
Глава 35
 
— Что значит, он говорил тебе, что делать? Он заставил тебя украсть документы? Но…
Пространство вокруг меня закружилось, единственное кого я четко видела — это Леру, сидящую напротив и виновато смотрящую на меня. Все звуки разом пропали, а гул в голове все больше нарастал.
Я не хочу слышать продолжение. Нет! Пусть остается все как есть. Я только утром вспомнила, что такое счастье. Только несколько часов назад я нежилась в объятиях Максима, наслаждалась его близостью, упивалась заботой. А что сейчас? Весь мой розовый мир полетит к чертям? Разлетится на мелкие осколки? Снова?
Я в очередной раз доверилась мужчине, а он меня обманул. И это даже не измена, это предательство, манипуляции, он использовал меня в своих целях.
Видимо, на лице отразился весь спектр моих эмоций, поэтому Лера быстро подняла руки, останавливая мой поток мыслей, и затараторила:
— Нет-нет, я не об этом, он… Господи! Как все сложно. Зачем он втянул меня во все это! Я же говорила, что не смогу скрывать ничего от тебя, что ты раскусишь меня.
 
Лера вытерла мокрые щеки пальцами, допила чай и уже спокойно заговорила:
— Помнишь, Максим Николаевич вызвал меня в кабинет для собеседования?
Я кивнула. Язык прилип к небу, тело сковали невидимые оковы отчаяния. Я медленно умирала внутри.
— Так вот, он сказал, что наблюдает давно за тобой, и ты ему очень нравишься.
Мои брови от удивления поползли вверх. Кажется, я не только потеряла дар речи, но и способность слышать.
— Да, я тоже была в шоке. Он сказал, что ты на слуху в мире журналистики, поэтому он о тебе знает. Когда он услышал, что ты занимаешься «Посейдоном» начал волноваться за тебя и попросил за тобой приглядеть.
— Не поняла! Начал волноваться? Приглядеть?
— Да, он сказал, что ситуацию с Центром считает непредсказуемой, и что ты можешь попасть в неприятности. А зная тебя, здесь я с ним согласилась.
— На тот момент, я еще ничего не рассказывала ему, только упомянула, что считаю пожар подстроенным!
— Лиза, я говорю тебе, как все было, остальное спрашивай у него.
— Хорошо и что дальше? Что значит присмотреть. Мы и так всегда вместе.
— Ну… Он попросил, чтобы я сообщала ему о любых твоих сомнительных передвижениях. Чтобы с тобой ничего не случилось, он типа будет страховать.
— Поэтому вы вместе приехали за мной в ночь ограбления машины?
— Да. Я очень волновалась за тебя. Ты поехала к Денису и от моей помощи отказалась. Я места себе не находила. И раз Максим Николаевич предложил свои услуги, я решила ими воспользоваться. Но я не знала, как объяснить тебе его присутствие, поэтому шеф предложил сказать, что моя машина сломалась.
— Супер! А гостиница?
— Прости, это он ее оплатил. Он знал, что от него ты такую помощь не примешь, а жить тебе на тот момент было негде, да и с деньгами не так все радужно, чтобы отдавать последние за номер.
— А в субботу, когда мы покупали мне платье, зачем ты сказала ему, где мы? Это же всего лишь поход в магазин!
— Нет, в тот день я с Максимом Николаевичем не говорила. Он не из-за меня там был.
Я откинулась на спинку стула и задумчиво уставилась на подругу.
То, что она непричастна к похищению документов, я поняла. Сомнений больше не было, но то, что она докладывала обо мне Максиму — злило. Теперь понятно, почему он всегда был там, где по идее быть не должен. Но кто тогда предатель в офисе?
Я снова начала подозревать Максима. Слишком многое не сходилось. В каком мире журналистов он обо мне слышал, если мне сказал, что он долгое время работал частным следователем? Он не мог обо мне знать, поэтому в заочную симпатию я не верю. А вот то, что информация начала пропадать после того, как он появился в нашей газете — факт. И каждый раз он был рядом.
Я молчала и, видимо, Лера подумала, что я злюсь на нее.
— Лиза, я понимаю, что все выглядит как сговор за твоей спиной, но я действительно волновалась за тебя, а Максим Николаевич был очень убедителен. Ну, и его харизма сделала свое дело. Я даже немного позавидовала тебе.
Я хмыкнула. Знала бы ты Лера, как далеко зашла его харизма.
— Лер, прости меня. Я не хотела обидеть тебя подозрениями.
Я протянула руку через стол и взяла ладонь подруги. Она не вырвала ее, значит, готова простить.
— Столько всего навалилось. И я не держу на тебя зла за союз с Максимом. Просто он очень странный.
— Лиза, и на него не держи. Посмотри с другой стороны. Он ничего плохого тебе не сделал, а наоборот только выручал. Любая девушка на твоем месте бы радовалась, что у нее есть такой защитник. А ты злишься.
Желание рассказывать Лере о событиях последних дней пропало. В голове каша и я не хочу еще больше втянуть ее в тайные интриги Максима. Да, поступок мужчины романтичный, вот только я знаю его чуть больше, чтобы надеть розовые очки и захлопать в ладоши.
— Ты права Лера. Максим действительно не раз меня выручил. Ты даже не представляешь насколько часто. Спасибо, что рассказала. Ты не злишься на меня?