Дело о серебряном копье (СИ)

Марк коснулся плеча Жозефа де Менара и, обогнув стоявший на подставке гроб с телом баронессы де Морель, вышел из часовни.
  
Послесловие
 
В этот день выпал снег. Он лежал белыми полосами на брусчатке Королевской площади, таял под ногами праздно гуляющих горожан, стражников и лоточников, громкими криками расхваливавших свой товар. Молодая красивая дама в светлом платье легко сбежала по ступеням одного из боковых выходов дворца и, дружески махнув рукой двум провожавшим её рыцарям, подбежала к карете алкорского посланника барона Фромена. Ожидавший рядом слуга набросил ей на плечи красивую, подбитую искристым белым мехом накидку и подал пушистую муфту, после чего распахнул дверцу и помог подняться на подножку. Внутри её уже ждала хорошенькая горничная.
Дверца кареты захлопнулась, слуга заскочил на запятки, и карета покатилась в сторону Королевской улицы.
— Ты не представляешь, как она мне надоела за эти дни! — пожаловался Рене де Грамон, провожая взглядом карету, в которой покидала город Валери Дюнуа. — Она всё время пыталась меня соблазнить, вместо того, чтоб отвечать на вопросы.
— Ну, ей тоже было нелегко, — усмехнулся стоявший рядом с ним Марк де Сегюр. — Соблазнить тебя сложнее, чем королевского палача.
— Ты находишь это смешным? — обиделся Рене.
— Ещё бы! — воскликнул Марк и обернулся, услышав позади своё имя.
К нему подошёл молодой рыцарь, адъютант коменданта Чёрной башни и почтительно поклонился.
— Ваше сиятельство, — произнёс он, — меня направил к вам комендант де Санлис. Он просит вас придти в Чёрную башню, чтоб встретиться с неким арестованным.
— Что за арестованный? — нахмурился де Грамон. — Как его имя? Это что, секрет?
— Мы не знаем его имени, ваша светлость, — спокойно ответил молодой человек. — Вчера он устроил дебош в трактире «Золотая лилия», подрался с другим посетителем, побил посуду и поломал мебель. Хозяин вызвал стражу, и его препроводили к нам. Судя по его внешности и богатому наряду, он благородных кровей, но вёл себя, как извозчик, ругался и угрожал, посмел оскорбить коменданта башни, и тот велел запереть его в камере, пока не проспится. Сегодня он протрезвел, но по-прежнему не желал назваться. Господин де Санлис сказал, что он не выйдет на свободу, пока не скажет своё имя. Тогда он стал угрожать, что нажалуется королю, и комендант поставил условием его освобождения оправдательный приговор суда магистрата, перед которым он предстанет сегодня днём. После этого он испугался, но всё равно не пожелал сказать, как его зовут. Вместо этого он потребовал, чтоб к нему вызвали графа де Лорма.
— Потребовал, чтоб вызвали? — не скрывая сарказма, уточнил Марк.
— Комендант и не стал бы его слушать, но этот человек заявил, что у него есть для вас важное послание. Потому он и велел мне известить вас об этом случае, а пойдёте вы на встречу с этим грубияном или нет, решать вам.
— Де Санлис, как всегда, осторожен, — усмехнулся де Грамон. — Сходи, Марк, вдруг там действительно что-то важное.
И Марк, кивнув ему на прощание, пошёл вслед за адъютантом.
В низкой камере, отделённой от коридора частой решёткой, было темно, но можно было разглядеть деревянную кровать у стены, покосившийся стол и колченогий стул. При его появлении лежавший на кровати человек поднялся и приблизился к решётке.
— Наконец-то вы пришли! — воскликнул Клод де Лапер, увидев его, и направился к двери камеры, однако, заметив, что граф де Лорм продолжает молча стоять на месте, поспешил вернуться к нему и заискивающе улыбнулся. — Мы все так благодарны, ваше сиятельство, что вы помогли нам узнать правду об убийстве тёти и насчёт серебряного копья. Дядя Жозеф тогда был так потрясён услышанным, что не успел вас поблагодарить до того, как вы ушли! Он очень сожалел об этом, но ему нужно было отправляться в Монтозье. Он написал вам письмо и велел передать...
Де Лапер начал ощупывать свои карманы в поисках послания и вскоре вытащил откуда-то мятый конверт. Марк взял его и, взглянув на написанное на нём собственное имя, засунул его в подсумок.
 
— Я тоже был потрясён, — поспешно пояснил Клод, — потому забыл передать его вам сразу, потом потерял и вот... нашёл.
— Чтоб встретиться со мной, виконт, вам не зачем было устраивать дебош в «Золотой лилии», — холодно заметил Марк.
— Я понимаю, но... столько всего произошло после того, как вы ушли! Дядя Альбер схватил с гроба тот стилет и накинулся на дядю Гийома, как коршун, дядя Жозеф с трудом его удержал. У матушки случилась истерика, Ванесса плакала. В конце концов, разрыдался и дядя Гийом. Он даже встал на колени и просил прощения, он сказал, что раскаивается в том, что сделал, и отдаст титул и наследство дяде Альберу, как старшему мужчине в роду. И его всё-таки простили. Дядя Жозеф увёз тело тёти в имение, а дядя Гийом подписал все бумаги и передал дяде Альберу титул и имущество графства. Дядя Альбер теперь граф де Монтезье, а дядя Гийом снова всего лишь кавалер де Марсо. Он изъявил желание уехать служить в самую отдалённую крепость на границе, но дядя Альбер, как глава семьи, послал его в Альмарик служить там обычным рыцарем и самостоятельно добиваться успеха.
— Что ж, я рад, что всё так завершилось, — кивнул Марк и повернулся, чтоб уйти.
— Ваше сиятельство! — возопил де Лапер, протягивая к нему руки сквозь прутья решётки. — Господин граф, умоляю, вызволите меня отсюда! Мне совершенно необходимо выйти на свободу! Я познакомился с милой девицей, сделал ей предложение, и она не отвергла меня. Она из богатой, но незнатной семьи, её отец сколотил себе состояние на военных поставках и недавно купил себе дворянство. Он желает укрепить свое положение в обществе, выдав дочь за титулованного аристократа. Уже завтра я должен явиться в их имение и официально просить руки его дочери. Там будут их родственники и соседи, если я не явлюсь, случится скандал. А если к тому же узнают, что я опоздал, потому что попал в подвал Чёрной башни, меня уже никогда не пустят на порог их дома. Беатрис очень гордая девушка, она станет меня презирать! А я влюблён в неё! К тому же, если мой брак сорвётся, то матушка очень огорчится, а дядя Альбер и меня сошлёт в Альмарик. Я не хочу служить там, да ещё простым рыцарем! Умоляю, спасите меня!
В его голосе послышались рыдания и Марк обернулся.
— Ладно, я выпущу вас, — согласился он, — но с одним условием: вы должны до отъезда явиться в «Золотую лилию» и возместить трактирщику причинённый вами ущерб.
— Я согласен! — закивал виконт.
— Учтите, я проверю, — добавил Марк. — И если вы нарушите данное вами сейчас слово, то обещаю, что ваш вероятный тесть узнает об этом происшествии до вашей свадьбы, и вряд ли она состоится!
— Я всё сделаю! — воскликнул Клод. — Вы же знаете, я — человек чести!
— Да уж, — проворчал Марк и, проходя мимо наблюдавшего за происходящим адъютанта, бросил: — Выпустите его! Будет лучше, если он вслед за своей подружкой уберётся из столицы, — и уже поднимаясь из подвала по винтовой лестнице, пробормотал себе под нос: — Надеюсь, у этой Беатрис хватит терпения и сил, чтоб наставить тебя на путь истинный, глупый мальчишка!