Гранд империи (СИ)
Короткий всплеск силы, гудение, и реактор — шар из кварцевого стекла диаметром в пятнадцать метров, стал заполняться холодным огнём. Сначала от шара плескало то холодом, то жаром. Но через полчаса, всё стабилизировалось на отметке в ноль градусов, что вроде как гарантировало умеренное поступление энергии и постепенное её преобразование.
Более пятисот узоров, расположенных по линии будущего канала, глотали энергию словно чёрная дыра, и Топорков, видя, что такими темпами, энергия больше растекается в пространстве, решил прибавить обороты.
Пламя постепенно заполнило весь шар, и он стал похож на маленькую звезду, освещая всё вокруг, красноватым светом. Энергия потекла куда шустрее, и энерговоды, стали светиться от паразитных наводок, а от узоров будущего канала в небо ударили столбы света.
Наконец, Топорков решил, что пора, и активировал запуск преобразования. Земля, словно вдавленная чем-то огромным, пошла вниз, образуя тело будущего канала шириной в пятьдесят метров, и глубиной в тридцать. Сам канал не доходил до берегов озёр, и с двух сторон оставалась перемычка толщиной в сотню метров, которую предполагалось разрушить после строительства шлюзов, и укрепления дна.
Но и после того, как сам канал сформировался, протянувшись прямой линией от озера к озеру, приток энергии не прекращался.
Пока гранды и ученики пытались остановить реакцию, стали заполняться накопители, а чуть в стороне, два десятка энергетиков стали рисовать узор поглощения, способный выплеснуть энергию тонким лучом вверх.
Но никто не успел ничего сделать, когда от шара сначала плеснуло жаром, заставив вспыхнуть краску на контрольных щитах, а после — лютым холодом, прихватившим землю вокруг до состояния камня.
Те у кого кончилась защита моментально рванули «на запасные позиции», а возле реактора, пошедшего вразнос остались только десяток грандов.
Наконец, поняв, что дело приближается к грандиозному шухеру, Топорков активировал аварийный портал, где все гранды скрылись, оставив задумчивого Владимира рядом с разбушевавшимся источником.
Накопители ещё не заполнились до конца, когда он начал отбор энергии. Сначала в Трон, а когда тот переполнился, снова в ведьм, и лил до тех пор, пока реакция не схлопнулась, оставив вокруг шара пятно вымороженной земли диаметром в сотню метров. Всего, через Владимира проскочило порядка миллиарда эрг, но насколько он понял, дело не в количестве, а в скорости оттока.
Владимир одетый в полевой егерский камуфляж, вздохнул следя взглядом за едва светившимся огоньком в реакторе, и уже собирался отойти в сторону, когда прочнейшая оболочка из кварцевого стекла треснула, и сквозь возникшее внутри реактора окно портального перехода, стало вылезать бугристое зелёное нечто, мордой напоминающее жабу, но с толстенными слоновьими ногами, и парой длинных толстых рук, сжимавших что-то вроде алебарды.
Лёгкого толчка металлическим древком, оказалось достаточно, чтобы шар реактора осыпался осколками, а жаб, ловко выпрыгнул наружу, напоровшись грудью на огненное копьё Соколова. Эфирное оружие массы практически не имело, что было хорошо для скорости ударов, но плохо для парирования ответных выпадов тяжёлого лезвия, так что приходилось крутиться, отклоняя оружие в сторону. Шест огня, разрезавший плоть словно подтаявшее масло, лишь высекал искры из металлической кожи пришельца, оставляя подпалины.
Коты, быстро выскочили наружу, и окружив незваного гостя, дёргали его атаками со всех сторон, хотя тоже малоэффективно. Зубы и когти хвостатых оставляли на демоне лишь глубокие царапины, от которых тому хуже не становилось. Но они дали возможность Владимиру закончить узор «Огненной ловушки», и когда, он замкнул последние линии и влил в него одним движением прорву энергии, успел лишь скомандовать котам «В стороны!» и отскочить сам, чтобы не накрыло.
Круглая сеть из раскалённых добела нитей плазмы, должна была разрезать демона на куски, но не в силах проплавить металическую кожу, облепила его, со всех сторон. И тогда чувствуя шанс, Владимир влил в узор ещё энергии, и ещё, пока гость не задымился и вот тут, ему видимо стало совсем нехорошо, от чего хаосит заорал скача вверх, и пытаясь сорвать с себя сеть. Но нити уже глубоко врезались в кожу, и стали срастаться с другими узлами, плотно окутывая тело, словно коконом. Через минуту, плоть не выдержала и потекла словно расплавленный металл, собираясь лужей в углублении земли, и снова поднимаясь, обретала форму демона.
И тут сверху на едва сформированную фигуру упал искристо блестящий узор Ледяного щита, и расплав мгновенно схватился прочной коркой. Это через портал вернулся Топорков, и одним движением добил тварь.
— Спасибо Семён Михайлович. — Владимир одним движением убрал Копьё Огня, и коротко поклонился. — Серьёзную тварь завалили.
— Стальной демон. — Грандмагистр подошёл к застывшей фигуре, и провёл ладонью. — Сдох, поганец. Наверняка это он нам испортил прошлый опыт, и чуть не загубил этот. Кстати, они отлично подыхают от бронебойных и кумулятивных снарядов.
На каждый вариант оружия не напасёшься. — Владимир развёл руками, и призвал фамильяров, обратно. — Но канал-то мы сделали?
— Ещё какой! — Топорков показал большой палец. — Думаю даже уплотнение берегов не понадобится. Там всё спрессовалось в бетон. Так что ждут нас с вами, государственные премии, а там глядишь и орденок повесят. — Грандмагистр улыбнулся. — Это же у вас, военных, ордена вешать некуда. А нам чернильницам кабинетным, всё выгрызать приходится.
Вся суть борьбы ведьм, заключалась в доступе к энергии. Старшая ведьма отщипывала от своей дюжины, младшая Хозяйка, от сотни, хозяйка от местного ковена, Старшая хозяйка от регионального Ковена, высшая — от всех ковенов разом и верховная, имела почти неограниченный поток от всех ведьм большого Ковена разом. Сила давала не только долголетие, но и возможность творить чудеса различной степени злобности, за соответствующее вознаграждение. Уморить торгового конкурента? Не вопрос. Наслать чирей на соперницу? Вообще пара пустяков. Сварить приворотное зелье? Только плати. По традиции ведьмы принимали плату золотом, потому как живя многие века, не хочется каждый раз думать, поменяла ли ты старые деньги на новые, что регулярно случалось. А золото, оно и есть золото.
Но с фактическим врастанием в систему государства всё изменилось. Никаких приворотных зелий или смертельных заклятий. Только лечение, психологическая помощь, и прочие добрые дела. Плата — по прейскуранту, хотя и в золотом эквиваленте, и банк по первой просьбе пересчитает рубли в граммы, выдав слитками или монетами.
Вот и ходили ведьмы по больницам и госпиталям, врачуя души и тела страждущих, готовя лекарства, и занимаясь изведением вредной живности вроде мелких демонов, бесов, и местных духов.
Зоя Буракова, стройная огненноволосая женщина лет двадцати на вид, в белоснежном платье с разрезом до середины бедра, вышла из своей «Серебряной стрелы» — нижегородского гоночного автомобиля ручной сборки, захлопнув двери, поправила длинный шёлковый шарф, и пошла ко входу в Первую Императорскую детскую больницу, где она вот уже неделю занималась самыми маленькими пациентами. С одной стороны, на это уходило море энергии, но с другой, всё возвращалось сторицей. От самих детей, и их родителей, которые только что не молились на ведьму. Самые простые случаи — ожоги, кожные нарушения, и тому подобное. Она уже вылечила. И оставалось наиболее сложное. Опухоли, родовые травмы, и прочее, с чем она работала понемногу, выкладываясь досуха на процедурах, и после восполняя энергию, прогуливаясь в парке.
Она поднялась на второй этаж, раскланиваясь с врачами и медсёстрами, отчаянно ревнующими её к молодым парням, и зашла в кабинет заведующего клиникой, чтобы поздороваться.
— Зоя Николавна. — Главврач, седой мужчина лет шестидесяти в белоснежном халате, встал, поклонился, и коснувшись губами тонкой женской руки, пахнущей травами, кивнул на невзрачного человечка в тёмном костюме, и накинутом поверх белом халате. — Вот, извольте видеть. Никанор Семёнович Приходько. Прислали из минздрава. Желают увидеть, как это вы лечите.