Мы встретились в декабре (ЛП)

Джен выхватывает телефон из моих рук:
— Именно, — она проводит пальцем по экрану.
— Боже мой, ты его смахнула?
— Нет, — Джен кладет телефон обратно на стол с торжествующим видом. — Я только что лишила тебя девственности в «Тиндере».
— Ииииу, — отвечаю я, чувствуя легкую тошноту. Телефон гудит, и я беру его.
— О боже, он ответил, — Джен радостно взвизгивает и дает пять Софи. — Дерзай.
Я поднимаю глаза и мельком вижу свое лицо в зеркале. Оно выглядит скорее испуганным, чем взволнованным, но они, похоже, этого не заметили.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Джесс
13 апреля
Итак, вот к чему я в конечном итоге пришла — одна неделя и множество удивительно дерзких разговоров в «Тиндере» (которые, должна признаться, понравились мне гораздо больше, чем я ожидала, так что, возможно, я не такая ханжа, как думала) позже — у моста, ведущего к речному пароходу на Темзу, одетая в одно из мегадорогих платьев Софи, укрывалась под зонтом-тростью Роба под проливным дождем. Тео, мой кавалер, сказал мне встретиться с ним здесь, а не в баре, где мы должны были посидеть, потому что он опаздывает. Думаю, это то, что происходит, когда ты работаешь в городе и являешься высокопоставленным инвестиционным банкиром. Я всматриваюсь сквозь пелену дождя, пытаясь понять, смогу ли я разглядеть его в толпе. Здесь смесь разодетых людей, направляющихся на прогулочную яхту, промокших туристов в дождевиках и разозленных пассажиров, возвращающихся домой.
Он опоздал, сообщая мне об изменении планов. Я некоторое время постояла в баре, оглядываясь в его поисках, осматривая заведение на случай, если он окажется одним из тех людей, которые совсем не похожи на его фотографию. Но потом подошел официант и спросил, не хочу ли я занять столик, так что я согласилась (потому что я сильная независимая женщина и не возражаю посидеть в одиночестве за столиком в переполненном баре и выпить бокал красного вина стоимостью пятнадцать фунтов). Но потом бокал вина, который я пила так долго, как только могла, закончился, а он все еще не появился. И как раз в тот момент, когда я оплачивала счет и думала, что буквально все в этом заведении знали, что меня киданули (потому что кто пойдет в бар в облегающем платье павлиньего цвета, с дорогой прической и нелепыми туфлями, в которых реально трудно ходить, для повседневной выписки в одиночнстве?) у меня зазвонил телефон. И это был Тео, полный извинений, просивший меня запрыгнуть в «Убер» и обещавший, что разберется со всем, когда я приеду туда.
Для первого свидания это чертовски захватывающе. Я его плюс один на балу-маскараде, и, несмотря на дождь, ветер и ощущение, что я реально могу замерзнуть насмерть, если он скоро не появится, я так взволнована, что готова взорваться. И, честно говоря, я не могу дождаться, когда прикоснусь к нему. Он великолепен, обаятелен, у него потрясающая работа в инвестиционно-банковской сфере и довольно хорошее общение в чате. Думаю, что мне, вероятно, повезло с первого раза. Это должно случаться с некоторыми людьми, не так ли? Я имею в виду, что, говоря статистически, для всех тех людей, целующихся с лягушками, должен быть один шанс на миллион, что я буду той, кто в конечном итоге встретит принца?
Я кутаюсь в длинное пальто, которое одолжила мне Софи, пытаясь защититься от дождя. Эмма была очень мила и уложила мои волосы в великолепную массу локонов с таким количеством невидимок, что я понятия не имею, как распутать их завтра утром, но это последнее, о чем я думаю. Меня это даже не волнует (ну, ладно, самую малость, но я забуду об этом), что я почти уверена, что слышала, как она выползала из комнаты Алекса вчера утром. В любом случае, возможно, это было мое воображение.
О, да ладно, давай же… Сейчас пять минут восьмого, а Тео сказал, что будет здесь без пяти. Я стою под дождем, наблюдая, как сияющие пары и группы болтающих людей переходят по маленькому мостику на яхту. На перилах развешаны гирлянды, которые раскачиваются на ветру, и на секунду мне кажется, что я смотрю на себя со стороны, и такое чувство, что я в начале фильма.
 
И тут я замечаю его. Хм. Ладно, он ниже ростом, чем я себе представляла, но определенно все еще симпатичный. А он бредет дальше, разговаривая по телефону — вероятно, какой-то ужасно сложный и важный звонок из инвестиционного банка, вот почему он не торопится, потому что иначе он бы запыхался, когда он видит меня, он поднимает руку в знак приветствия и заканчивает разговор.
— Джесс, — говорит Тео, целуя меня в губы. От него пахнет виски, и через секунду я понимаю, что он уже более чем слегка пьян. Его глаза слегка косят, и он покачивается и не только потому, что нас сдувает ветром. — Извини, я немного опоздал, увлекся одним делом, — на его подбородке щетина, а глаза ввалились и он выглядит измученным. — Ты выглядишь прелестно.
Он начинает подниматься по трапу к яхте, а я осознаю, что все еще стою, наполовину ожидая, что он возьмет меня под руку моего теперь уже промокшего пальто. Я спешу за ним.
— Я возьму ваше пальто, мадам, — говорит мужчина в белом пиджаке, когда мы заходим на яхту. Он вручает каждому из нас по черной маске. Моя украшена крошечными бриллиантовыми блестками, которые переливаются на свету. У Тео простая черная маска. Он тут же надевает ее, и его глаза сверкают, глядя на меня.
— Дамская комната вон там, если хочешь… — он оглядывает меня с ног до головы, и я внезапно чувствую себя совсем не по-лондонски и немного неряшливой, затем он проверяет свой телефон. Он замечает кого-то за моим плечом и машет им. — Ты сбегай в туалет, а я принесу чего-нибудь выпить. Не забудь свою маску.
Секунду спустя он уходит. Я иду в ванную и смотрю на себя в зеркало, поправляю помаду, которую съела, покусывая губы в предвкушении и нервничая, ожидая его прихода, и пытаюсь приручить свои волосы, которые растрепались от ветра и дождя, так что множество темных завитков распушились по краям моего лица. Я надеваю маску и смотрю на себя еще раз.
Я чувствую себя взволнованной и очаровательной, и говорю себе, что все это очень романтично. Я на балу-маскараде в Лондоне, с инвестиционным банкиром в качестве кавалера. Слегка пьяным, но тем не менее.
Я поднимаюсь по лестнице и понимаю, что, пока я была там, внизу, яхту отвязали от причала, и мы плывем. Пол слегка покачивается у меня под ногами.
Пространство заполнено людьми, и я на мгновение останавливаюсь, пытаясь понять, кто из сотни или около того мужчин в черном галстуке и простой черной маске — Тео.
— Вот ты где, — говорит он через мое плечо. Я оборачиваюсь, а у него в руках бутылка дорогого шампанского с уже налитым для меня бокалом. Он делает глоток из бутылки. — Я уже подумал, что ты прыгнула за борт.
— Спасибо, — говорю я, беру бокал и делаю глоток, оглядываясь по сторонам. Женщины одеты в платья ярких цветов, усыпанные пайетками. Облегающее павлинье платье Софи, которое до моего отъезда казалось таким дорогим, теперь заставляет меня чувствовать себя немного серой, как мотылек, по сравнению с их переливчатыми, ослепительными нарядами бабочек.
— Тео! — женщина в очень коротком фиолетовом платье, отделанном перьями, хватает его за руку, и он поворачивается, делая еще глоток из бутылки шампанского. — Вот и ты, — говорит она. — А это кто? — она выжидающе смотрит на меня.
— Это Джесс, — отвечает Тео.
— Привет, — говорю я, размышляя, следует ли мне протянуть ей руку для рукопожатия или чокнуться бокалами, или каков вообще этикет в подобных ситуациях. Она одаривает меня слабой полуулыбкой и поворачивается, замечая кого-то еще в толпе.
— Джек!
— Мой босс, — говорит Тео. Он тянется вперед и трогает пальцами сверкающую бретельку моего платья. — Ты выглядишь великолепно.
— Спасибо.
Думаю, он, должно быть, уже довольно много выпил. Его голос невнятный и хриплый:
— Мне тут нужно немного пообщаться, что-то в этом роде. С тобой все будет в порядке, да?