Бес (СИ)
- Я видела отблеск, - девушка картинно приложила руку ко лбу. - И сразу подумала: это Зоя. Только она поднимается на трапеции по ночам... Но Зоя была здесь, с нами... А потом я увидела тень, словно кто-то прыгнул герадешвунг, но кому придёт в голову отрабатывать прыжки в темноте?..
Похожий на моржа фрачник строго оглядел артистов.
- Сергей, кто у тебя может тренироваться в такой час?..
Парень, который держал оборванный конец троса, огляделся, словно пересчитывая людей.
- Никто, мои все здесь.
- Да, мы все тута, - подтвердил другой парень. - Шли с ужина и застряли. Новички работали номер, мы решили посмотреть.
- Зоя пустила слух, что будет нечто особенное, вот все и собрались, - добавил здоровяк в гавайке.
- Никого там не могло быть, Палыч, - сказал индиец. - Я давно здесь, на трапеции никто не взбирался.
- Ладно, расходитесь, - приказал морж. Видать, он здесь всем распоряжался. - Завтра репетиции по расписанию, так что все на отдых.
- А как же это?.. - парень, которого назвали Сергеем, показал сломанную перекладину.
- Я скажу Зигиберту, - пообещал морж Палыч. - Чего стоите?.. Расходитесь, ничего особенного не произошло.
- Но завтра же премьера, - пролепетала девушка, которая что-то видела под куполом. - Разве это не знак?
- Какой ещё знак? - терпеливо спросил распорядитель.
- Призрак, - зашептали в толпе. - Без него ничего не выйдет...
- Е-рун-да! - громко и раздельно произнёс морж. - Все знают, что перед премьерой обязательно что-то идёт не так. И Призрак здесь вовсе ни при чём. Идите отдыхать. Зигиберт всё узнает незамедлительно.
Через пару минут на арене остались мы с Алексом, Зоя и усатый фрачник.
- А вы, собственно, господа?.. - он вопросительно повернулся к Алексу.
- Аль и Сандро Пистолетто, - мы вновь поклонились и щелкнули воображаемыми каблуками. Кажется, это входит в привычку. - Номер с ножами и интуитивная стрельба.
- Это я знаю, - морж добродушно фыркнул. - Ефим мне о вас рассказал, добро пожаловать, так сказать, в коллектив. Завтра утречком загляните ко мне, оформим всё честь по чести. Не забудьте паспорта и трудовые книжки. Я хочу сказать: что вы до сих пор делаете здесь, когда другие разошлись?
- Э... Собственно, нам пока некуда идти, - пожал плечами Алекс. - Господин директор обещал показать комнаты, но потом... - он повёл рукой, показывая одновременно на утыканную ножами мишень, сломанную трапецию и арену в целом.
- Зоя, душечка, покажешь?.. - неожиданно робко вопросил морж.
- Вот ещё, - фыркнула девушка. Она успела натянуть спортивный костюм, и решительно застегнув молнию до подбородка, направилась к борту. - Вы мужчины - сами и разбирайтесь.
Мы, все трое, задумчиво смотрели, как она лёгким движением перепрыгивает довольно высокий борт и исчезает в темноте.
- Вообще-то она хорошая девочка, - зачем-то пояснил Палыч. - Только характер вот... Идёмте, - он повернулся к нам всем телом, как это делают очень крупные люди. - Я покажу вам общежитие. Надеюсь, одна комната на двоих вас устроит?..
Ответить мы не успели.
Из темноты за ареной показался человек. Во всяком случае, я надеюсь, что это был человек. Небольшого роста, очень худой, с длинными паучьими конечностями. Кожа - как рыхлый домашний сыр, такая бывает у людей, никогда не выходящих на солнечный свет.
Одетый в джинсовый промасленный комбинезон, он походил на гротескное огородное пугало - эффект усугублялся светло-соломенной копной волос.
Молча подойдя к краю арены, он взмахнул руками так, словно говорил на языке глухонемых, и застыл. Как богомол, ожидающий, пока беспечная бабочка подлетит на расстояние броска...
- К сожалению, отдых придётся отложить, - объявил распорядитель, кивнув белому пугалу.
- Что-то не так? - вежливо уточнил Алекс.
- Всё так, - достав из нагрудного кармана крошечные очки в круглой оправе, морж принялся задумчиво протирать их полой фрака. - Просто вас хочет видеть Зигиберт.
- Что, прямо сейчас? - я понял, что Алекс чует какой-то подвох. - Нельзя ли отложить новые знакомства до утра? Мы несколько устали, и...
Пугало молча повернулось и пошло в темноту.
- Идите, идите, - морж подтолкнул нас в спины. - Когда Зигиберт кого-то зовёт - мы являемся. Таковы правила.
Глава 5
Мы шли и шли, куда-то вниз, по бесконечным коридорам, заставленным затхлой цирковой рухлядью, через сумрачные, устеленные матами залы. Здесь находились турники, брусья, подвешенные к потолку кольца, блестящие полированные трапеции... Один из залов почти полностью занимал батут.
Пахло потом, тальком и немного - кровью.
Потом была кладовая фокусника. Я с интересом разглядывал раскрашенные шкафы с бархатными шторками, вставленный в высокую урну набор шпаг, цветные зонтики и золочёные, натёртые до блеска шандалы для свечей.
Затем пошли клетки с спящими голубями, большой аквариум, в котором сидела крошечная ящерица - её шкура переливалась всполохами огня, как живой уголёк. Я решил, что это саламандра.
Вниз, вниз, всё больше пахло сыростью, порохом и раскалённым металлом.
Наш проводник не обернулся ни разу.
Как Харон - перевозчик мёртвых... - мысль была неприятная, как и тот, к кому она относилась. Я не решался донимать вопросами Алекса - у пугала мог оказаться отличный слух. Да и скорее всего, шеф тоже ничего не понимает.
Спать хотелось зверски. Если бы я закрыл глаза - так бы и уснул на ходу, и продолжал бы механически переставлять ноги, пока не наткнулся на препятствие...
Неожиданно на нас бросилась серая тень со светящимися глазами. Реакция последовала мгновенно: я оскалился, а шеф выхватил револьвер. Он уже взвёл курок, но я его остановил.
- Это кот, - я кивнул на тёмный провал, в котором скрылось животное. - Домашний любимец директора, Люцифер...
- Подходящее имечко, - буркнул Алекс, убирая оружие. - Ещё миг - и пел бы кошачьи песни ангелам.
- Наверное, здесь много крыс, - предположил я, оглядывая вешалки с тухлым тряпьём, слежавшиеся кипы старых афиш и небрежно сваленный у стен реквизит: мостки, облезлые булавы, половые щётки и обручи с натянутой, но порванной в центре бумагой.
Вдруг мы поняли, что остались одни. Наш проводник или не слышал, как мы остановились, или не посчитал нужным ждать.
Было довольно темно. Кое-где под потолком горели тусклые лампочки, но они не разгоняли тьму, а заставляли её собираться в плотные сгустки.