Венец смерти (СИ)

Из последних сил маг противостоял мощи, погребающей его разум под собой, пытаясь если не снова подчинить себе упрямый артефакт, то хотя бы защитить себя от его влияния. Но сил оставалось все меньше, предыдущие этапы борьбы за главенство вымотали мага сильнее, чем он мог бы себе признаться.
Последняя атака — две воли, казалось, слились в одну, и не в человеческих силах было больше сдерживать эти невероятные потоки магии. Глаза Джулиана закатились, прервав контакт с артефактом, и маг медленно осел на пол, свернувшись клубочком у постамента, теряя сознание.
Мощный выплеск магической энергии ощутимо сотряс лабораторию. Не понять, что ритуал пошел не так, как планировалось, мог только слепой, глухой, а лучше вдобавок еще и мертвый. Кейси не была ни тем, ни другим, да и третьим пока — тоже.
Бесполезно было сейчас стучать в дверь кабинета Джулиана и спрашивать, что произошло. Если ритуал все-таки вышел из-под контроля мага, может, уже и отвечать-то некому, а если все идет так, как нужно, отвлекать мага нельзя.
Однако сидеть в неведении и ждать Кейси не собиралась. Аккуратно сложив одежду на стуле, девушка приняла форму тигрицы, и, разбежавшись, высадила дверь мощным ударом плеча и головы (сильно ударилась, больно, но раз может двигаться — все ерунда, перекинется обратно в человека — и все пройдет). Укрепленная магией дверь — ничто против крупной тигрицы в истерике.
По полу лаборатории змеились трещины, однако сложный рисунок, который два мага кропотливо чертили несколько часов, похоже, не пострадал. У внешнего замкнутого контура лежала без сознания мисс Ванесса Штайнхарт, а Джулиан, прижав колени к груди, свернулся на полу внутри ритуальной фигуры. На постаменте над ним располагался артефакт с морионами, поражая своей мрачной красотой и изяществом очертаний.
Не раздумывая ни мгновения, Кейси бросилась на помощь Джулиану… И наткнулась грудью и головой на магическое поле защитного круг. Этот внезапный удар был еще больнее того, который тигрица получила, выбивая дверь кабинета.
Потом Кейси не смогла бы сказать, сколько времени она с разбегу атаковала защитное поле, злобно рыча, поднимаясь на задние лапы, а передними пытаясь продавить невидимую преграду. Наверное, это продолжалось одну-две минуты. Кейси прыгала на упругую, отбрасывающую ее стену снова и снова, одержимая лишь одним желанием — прорваться туда, внутрь, к Джулиану, помочь ему, спасти…
Постепенно приходящий в себя маг сделал короткий жест рукой, проговаривая про себя слова, завершающие ритуал и разрывающие защиту круга. Что бы ни произошло в ритуале — он жив, артефакт, вроде бы, не поврежден, и сейчас Джулиану нужно закончить работу. Нужно выяснить, получилось ли у мага заставить артефакт работать так, как нужно, или придется проводить ритуал повторно, снова сражаясь с непокорной сутью проклятой диадемы.
В довершение всего здоровенная и чем-то явно недовольная кошка, одетая в кокетливое полупрозрачное трико, головой и лапами буквально выкатила мага из ритуального поля, не слушая слабых уверений Джулиана, что с ним все в порядке, и он может передвигаться самостоятельно.
Вытащив мага из ритуальной фигуры и убедившись, что физических повреждений у артефактолога вроде бы не наблюдается, тигрица, несколько раз недовольно фыркнув, вышла из кабинета, сопровождаемая негромким возгласом Джулиана:
— Эй, ты куда? Нужно проверить, что с Ванессой.
Ответа мистер Лал от телохранительницы не получил, она не удостоила его ни рычанием, ни фырчаньем. Хорошо старшим, эти даже в зверином облике могут разговаривать. А Кейси вот так не умеет, и вряд ли научится.
Через пару минут, когда Джулиан Лал уже, постанывая, поднялся с пола, девушка вернулась, надев сверху на облегающее трико нижнюю рубашку и панталоны. Хотя и в этом минимуме одежды выглядела девушка все еще слишком раздетой.
Опустившись на колени рядом с лежащей без сознания мисс Штайнхарт, Кейси осторожно похлопала ее по щекам, сожалею, что, как девушка, крепкая телом и придерживающаяся современных взглядов, не носит с собой так пригодившихся бы сейчас нюхательных солей.
 
К счастью, от пары легких ударов по щекам мисс мисс Штайнхарт пришла в себя, так что не пришлось поливать ее водой из кувшина, который Кейси прихватила с собой на всякий случай. Телохранительница, поймав недоумевающий взгляд магички, изо всех сил попыталась изобразить участие:
— Как Вы себя чувствуете, мисс Штайнхарт? Все в порядке?
— Пока не знаю. Что случилось? Как я здесь оказалась?
— Вы ассистировали мистеру Лалу…
— Мисс Барклай, я помню, что мы собирались делать. Я спросила, что случилось. — огрызнулась Ванесса. Кейси хмыкнула:
— Может быть, мистер Лал сможет Вам что-то объяснить, когда я смогла сюда войти, все уже произошло. А пока давайте я помогу Вам встать и вызову Вам и мистеру Лалу врача. А еще замок на двери в кабинет нужно будет поменять.
Магичка, видимо, все еще немного оглушенная, без особых возражений приняла помощь Кейси. Та легко подняла девушку на ноги, помогла дойти до ближайшего стула и усесться. Джулиан, сумевший подняться на ноги самостоятельно, все еще немного покачивался от слабости.
Кейси, посмотрев на магов, облегченно выдохнула:
— Ну что ж, я смотрю, жить вы оба будете. До прибытия врача уж точно дотянете.
Мистер Лал попросил со слабой, но полной ехидства улыбкой:
— Кейси, прежде чем кого-нибудь сюда приглашать, не забудь, пожалуйста, одеться.
— Боитесь, что врач будет плохо исполнять свои обязанности, наповал сраженный моей красотой? — не осталась в долгу Кейси. Ванесса не упустила возможности вставить собственную шпильку:
— Красотой, и, главное, скромностью.
Тигрица высокомерно фыркнула и вышла из кабинета, высоко подняв голову. Вскоре уже она, полностью одевшись и пригладив растрепавшуюся прическу, отправляла вестников, ради экономии времени сложив двух одинаковых простеньких голубков. Первый делом здесь нужны врач и мастер, который поменяет выбитый Кейси замок в кабинете мистера Лала. Ремонт пола в лаборатории день-другой может и подождать.
Ни у мистера Лала, ни у его ассистентки приглашенный Кейси эскулап не обнаружил никаких серьезных повреждений, и, как только с медицинским осмотром было закончено, маг занялся всеми возможными тестированиями своенравного артефакта, чтобы понять, нужно ли будет повторять титаническую борьбу двух воль — человеческого разума и сути осознавшего себя магического артефакта.
Измерения и проверки заняли у мистера Лала около четырех дней, но после всех проведенных исследований он мог поздравить себя с успехом: создание артефакта успешно завершилось, и диадему можно отдавать заказчику.
  
Часть 2
 
Венец смерти. Глава 1. Когда-то давным-давно
 
Карла Карштейна, графа и главу дома скорби, отделяло от полного и безоговорочного триумфа совсем немного времени. Платиновая цепь-оплечье была выкована и зачарована, кровавые морионы в нее были вставлены, и магическая цепь замкнула.
Карл поднял перед собой некоторое подобие огромного широкого ожерелья и хищно ухмыльнулся. Каждый из кровавых морионов усиливает вампира в несколько раз. Так что же произойдет с тем, кто станет носить на своем бессмертном теле артефакт с шестью такими камнями, кем он станет?
Граф знал, что противоположенный пол находит его красивым и импозантным, но ему самому нужны были не благоговейное восхищение его холодной, вечной красотой вампира, не влюбленность наивных человеческих мотыльков. Карштейну нужны были власть и сила. Те самые власть и сила, что дадут ему собранные в единую цепь уникальные камни.
Граф, и так не обделенный мощью и впечатляющий вампирскими дарами, заключающимися в воздействии на окружающих эманациями горя и смерти, эмоциями, которые воспринимают и передают все вампиры дома скорби, усиленный мощью морионов, должен был стать сущим воплощением смертельной скорби, буквально выплескивающим вокруг себя мощную ауру, противостоять которой не сможет даже самый стойкий трансформ, даже самый тренированный и защищенный маг.