Тень с Севера

– Многие считают, что ты проклят.
– Не многие, а все, – ответил Арнгрим. – Я и сам так считаю, старик… Уже много лет я живу, будто тень самого себя. Затем я и пришел сюда, на эту гору. Я хочу понять, за что проклятие на мне, попробовать его избыть. Здесь – Порог Небесного града, здесь люди находят ответы на все вопросы…
Ховгоди склонил голову набок.
– Так ты хочешь, чтобы я передал твой вопрос богам? Но почему не спросишь сам?
– Потому что боги не отвечают мне, – устало сказал Арнгрим. – Видно, как и ты, не считают меня настоящим сыном ярла.
Годи размышлял.
– Что ж, попробовать-то можно… Вижу, дар богам принес? – спросил он, взглянув на корзину в руках подростка.
– Угу, петуха. Самого красивого. Громовержцу точно понравится, он любит яркое… А если мало, так бери и этого недотепу!
Мальчишка побледнел от такой новости, но ховгоди отмахнулся:
– Раба не надо. Корзинку пусть поставит вон там… Но прежде назови свой вопрос.
– Я пришел молить Всеотца, Громовержца и Воина об ответе, – медленно заговорил Арнгрим. – Что со мной произошло в море в тот год, которого я не помню? Мне снятся жуткие сны…
– Это уже лишнее, – прервал его годи. – Встань вот здесь. Мальчик, давай корзинку.
Вскоре на свет был извлечен встрепанный и очень сердитый петух, черный, с красно-зеленым переливчатым хвостом, опутанный красным витым шнуром.
– Кто такого красивого шнура не пожалел? – хмыкнул годи.
– Жена, – ответил Арнгрим. – Говорит, так праздничнее. Богов, говорит, надо радовать. Ну, годи, не медли!
Годи про себя усмехнулся, услышав в голосе проклятого былые властные нотки.
– Сперва восславим богов, – сказал он.
Удерживая бьющегося петуха под мышкой, он извлек особый нож для жертвоприношений. Этот нож, широкий и короткий, весь изукрашенный, формой рукояти напоминал боевой молот Громовержца. Тот самый, которым бог грозы рассылал молнии, защищая границы миров.
– Услышь, о Всеотец! – торжественно запел годи, обращаясь к старшему среди богов. – О Владыка Небесного града, Учитель богов! Огнеокий, Долгобородый, Движущий звезды, Покой приносящий, Советчик в пути…
Выпевая священные имена божества, жрец покрепче перехватил петуха, начал поудобнее укладывать на камень. Тот, чуя скорую гибель, забился, закричал.
– Услышь, о Громовержец, Владыка славы, Защитник Небесного града! – ховгоди повернулся к следующему идолу. – Радующийся битве! Кормитель воронов! Ай!
Петух, яростно забив крыльями, вывернулся из пут и клюнул жреца в тыльную часть ладони. Рука старика дрогнула. Сильная птица, оцарапав его большими когтями, вырвалась на свободу. Вспорхнув над каменным кругом, петух опустился на остроконечный шлем Небесного Воина и торжествующе закукарекал.
Годи всплеснул руками и ринулся внутрь круга. Петух спорхнул на землю и побежал в сторону ельника.
– Что стоишь, разиня?! – закричал ховгоди, поворачиваясь к рабу. – Лови!
Подросток встрепенулся и кинулся за петухом в погоню.
– Ну и что все это означает? – раздался позади язвительный голос Арнгрима.
Ховгоди сокрушенно развел руками.
– Право же, не знаю, что и сказать…
– Истолкуй знамение, жрец!
Ховгоди посмотрел в сторону рощи, откуда с виноватым видом и пустыми руками возвращался раб. Судя по всему, поймать петуха ему не удалось.
– Сдается мне, – со вздохом сказал старик, – боги Небесного града не приняли твою жертву.
Арнгрим стиснул зубы. Взгляд вновь стал пугающе пустым.
– Опять? Почему на этот раз? Может, им мало?
Бывший морской ярл выхватил из руки жреца священный нож и сам шагнул в каменный круг. Прежде чем старик успел остановить его, Арнгрим рассек себе руку. Кровь струйкой побежала на священный херг.
– Да что ж ты де…
Ховгоди оторопел, разевая рот и указывая на жертвенник. Арнгрим тоже застыл на месте, глядя, как кровь, падая на херг, шипит, светлеет… и растекается прозрачными каплями.
В воздухе сильно запахло водорослями.
– Вышние боги, что ж это творится? – пробормотал наконец годи, осторожно приблизившись к жертвеннику.
 
На нем не было ни капли крови – лишь лужица соленой морской воды.
– А это как понимать? – спросил Арнгрим.
Он старался не подавать виду, но был так же ошарашен, как и старик.
– Я такого отродясь не видал… Великое знамение! – ховгоди со страхом поглядел на Арнгрима. – Видно, парень, неспроста тебя Утопленником-то прозвали…
От взгляда Арнгрима годи снова окатило морозом. В следующий миг бывший воин сгреб его за ворот рубахи.
– Я пришел к тебе за ответами, жрец. К тебе и к вышним богам! Это ли не знак? Разъясни мне его!
– Великое знамение… – бормотал ховгоди. – Тут без богов не обошлось…
Арнгрим, овладев собой, отпихнул старика и уставился в облака.
– Я надеялся, эта гора станет горой ответов, – громко произнес он. – Но вы снова отвергли меня, владыки Небесного града. Что ж! В последний раз сегодня я склонил перед вами голову!
От таких слов годи испугался сильнее прежнего.
– Не зли богов, молодой дурак! – вскрикнул он, вжимая голову в плечи. – Тут до неба совсем близко, каждое слово слышно!
Годи даже чуть присел, ожидая, что забурлят тучи и наглеца испепелит молния.
Ничего не произошло. Белые облака все так же безмятежно текли с юга на север.
Арнгрим ядовито расхохотался, развернулся и зашагал прочь. Раб вскочил и поспешил за ним, стараясь держаться от хозяина на расстоянии.
– Я вот что подумал, Арнгрим: тебе надо найти ту богиню! – крикнул ему в спину жрец. – Которая твой корабль потопила! В море тебе надо!
– Благодарю, в море я уже был, – съязвил Утопленник, уходя по тропинке.
 
Глава 6
 
Огненное копье
 
Арнгрим быстро шел вниз, под гору, через чахлые еловые рощицы, погруженный в свои мысли. Мальчишка едва поспевал за ним. Но бывший ярл даже забыл об усталости, настолько он был зол. Почему боги так обходятся с ним? Чем он перед ними провинился? Разве вся его прежняя жизнь не служила славе того же Воина, а то и самого Громовержца? Он водил корабль и сражался, как многие другие. Но что случилось потом? Где он свернул не туда?
Может, тогда, когда увидел синие очи морской богини и утонул в них… И совсем забыл, что у настоящей Ран глаза зеленые…
Тропа перевалила через безжизненную каменную насыпь ледниковой морены и снова нырнула вниз, к небольшому озеру с грязно-голубой водой. По его берегу давным-давно была проложена тропа – по ней-то и шагали Утопленник со слугой. Они уже почти обошли озеро, когда солнце, уходя за горы, на миг выглянуло из-за мохнатой сизой тучи. Яркая вспышка ударила в глаза Арнгрима, заставив зажмуриться. А в следующее мгновение вздрогнула земля. Раздался гулкий удар, и воздух наполнился глухим рокотом, идущим, казалось бы, со всех сторон. Арнгрим напрягся, завертел головой, пытаясь понять, откуда идет опасность.
– Гора! – раздался сквозь нарастающий рокот крик мальчишки. – Гора ползет!
Островерхий завал морены в самом деле шевелился, будто хребет просыпающегося дракона.
– Ледник сходит! – крикнул Арнгрим, хватая за руку подростка. – Бежим!
Слова его потонули в грохоте. Целый заснеженный пласт горы, как раз напротив того места, где они недавно проходили, оторвался и обманчиво медленно пополз вниз, в долину.
Арнгрим вырос в горах и знал, чем грозят такие обвалы. Он кинулся прочь от озера, почти не разбирая дороги, думая лишь об одном: убраться в сторону, подальше от гибельной низины! А за его спиной с величественным грохотом, подобным грому множества гроз, рушился в озеро острый выступ ледника. Облако снежной пыли поднималось над вершинами. Ниже, у самого берега, бурля и перетирая друг друга, потекли в озеро снег, лед и камни.
Пахнуло жгучим холодом…
– Держись! – крикнул Арнгрим, выталкивая подростка в сторону деревьев.