Меня зовут господин Мацумото! Том 4 (СИ)

Из разговора я выяснил, что Тоши происходил из рода средней руки. Он не нуждался в деньгах, но и не шиковал, как Сацуки Эйго. Владел большим магазином автозапчастей и автомастерской. Его родственники владели ещё несколькими подобными точками. Подарив визитку, Тоши радушно пригласил нас воспользоваться его услугами. Обещал сделать хорошую скидку и предоставить эксклюзивные услуги. Представил свою, скромно себя ведущую, подружку, работающую менеджером в какой-то небольшой компании. Ничего примечательного, обычный контракт, средняя зарплата, не самая интеллектуальная работа. Поскольку парень произвёл на меня хорошее впечатление, лояльность нужно поощрять, предложил ей помочь с переходом в Теннояма. Если появится такое желание. Золотых гор и директорских кресел не обещал, но в убытке уж точно не останется. Социальный пакет в Теннояма намного толще, а зарплата выше, чем в среднем по рынку труда. Плюс какой-никакой престиж и возможность для карьерного роста, не говоря уже про доступ к ряду корпоративных предложений для своих сотрудников. Неудивительно, что у девушки сразу загорелись глаза и она захотела воспользоваться моим предложением. Чтобы не бросать слов на ветер, сделав широкий жест, производя впечатления на всех троих, вновь связался с Сибатой-сан. Вопрос был улажен в течение пары минут. За это девушка Тоши долго меня благодарила, кланялась. Ещё этим заслужил признательный кивок её парня и одобрительный взгляд Хаякавы, отметившей мою доброту.
Чтобы не проводить весь вечер в одном месте и в одной компании, ограничивая этим друг друга, после логического завершения разговора, вежливо попрощавшись, пожелав хорошо провести время, Тоши со своей подругой ушёл, оставив нас наедине. Свободно вздохнув, Хаякава тоже меня оставила, пообещав вскоре вернуться. Захотела немного пообщаться с подругами, затронув темы, которые парням, по её словам, будут неинтересны. Я к этой просьбе отнёсся с пониманием. Мы же не прикованы друг к другу. С удовольствием проведу несколько минут в условном одиночестве. Жаль, что не в тишине. Хоть немного отдохну, соберусь с мыслями, прикину, с кем бы мне самому пообщаться, пока мы тут.
* * * 
Вымыв руки перед выходом из туалета, Хаякава с чувством удовлетворения отправилась забирать своего парня, пока он не потерялся и не спутался с плохой компанией. С кем нужно она увиделась, свои дела решила, на вечеринке отметилась, так что никто не посмеет сказать, что Хаякава игнорирует подобные сборища. Что она скучная, занудная и замкнутая особа, не имеющая друзей. Им ведь тоже требуется уделять время, а то ещё обидятся. Заодно на обратном пути посетила в дамскую комнату, без необходимости кого-то об этом информировать.
Казалось бы, что здесь такого, что естественно — не безобразно, всем нужно ходить в туалет, но говорить об этом прямо, да ещё представителям противоположного пола, слишком смущало. Это, как проявление слабости. Расписаться в том, что ты не само совершенство. Кроме того, подобная открытость также могла послужить хорошим поводом для шуточек, ведь в Японии «туалетная тема» имела свои особенности и не считалась неприличной. Здесь, простите за подробности, изображение какашек являлось неиссякаемым источником вдохновения для творческих людей. Их можно встретить буквально повсюду, в форме игрушки, еды, наружной рекламы, талисманах, сувенирах. На эту тему охотно шутили на телевидении. Золотая какашка в Японии считалась символом удачи и богатства. Наглядным доказательством этого являлась огромная фигура золотой какашки на здании пивоваренной компании Асахи в Токио. При этом сам туалет у японцев считался местом с негативной энергией, несчастливым, и почти нигде не упоминался.
Возвращаясь туда, где она оставила Мацумото, Хаякава пребывала в хорошем настроении. Парень сегодня её откровенно радовал. Теперь в качестве поощрения, ей тоже захотелось его чем-нибудь порадовать. К тому же, девушка всё ещё не разгадала загадку, кто же он такой? Совершенно очевидно, что Мацумото не так прост, как любит себя выставлять. Такое впечатление, будто для него это словно забавная игра, чудачество. Он же не врал, а всего лишь увиливал и недоговаривал. Поэтому вместо обиды у людей появлялось любопытство.
 
Благодаря тому, что Хаякава узнала на этой вечеринке, Мацумото принял её приглашение не ради того, чтобы использовать девушку в своих целях и стать ближе к её деньгам, что подкупало. Он держался на равных с влиятельными, богатыми наследниками. Не робел, но и не зарывался. Не каждый может себе это позволить. Вопрос даже не в деньгах, а в позиционировании. Мацумото по-прежнему не спешил с ней сближаться. Избегал обсуждать личные темы. Не позволял себе полностью расслабиться в её присутствии, а значит, не до конца доверял. Если раньше Хаякава воспринимала это в качестве положительных черт парня, то теперь — отрицательных.
Почему он тормозит, ему же ясным языком жестов и намёков дали понять, что загорелся синий свет? Самое время двигаться дальше. Неужели нужно сильнее подмигивать? Как бы тогда этот дурак не подумал, что у неё начался нервный тик. Интересно, догадается ли он после вечеринки попроситься зайти на «чай». Квартира к этому готова, как и её хозяйка. Или нужно прикинуться настолько пьяной, что ноги больше не держат?
Выйдя на финишную прямую, увидев парня, Хаякава резко остановилась, перестав улыбаться.
«Это что ещё за с***и?» — раздражённо подумала, увидев рядом с Мацумото двух смеющихся девушек в довольно откровенных нарядах, держащихся к нему непозволительно близко.
Модные причёски, блестки, яркий макияж, дорогие сумочки и туфельки. А уж как смотрят на него. Оголодали, «бедняжки»? Сейчас они свои «косточки» получат, и по косточкам тоже. Посмотрев по сторонам, помрачневшая Хаякава заметила ещё несколько мордочек любопытных дамочек с поблескивающими от любопытства глазками, дожидавшихся своей очереди. Оглядываясь на Мацумото, они терпеливо ждали, когда парень останется один, чтобы пообщаться с ним без помех.
«Уже нельзя одного оставить», — рассердилась Хаякава, понимая, что поскольку таблички «Занято» на парне нет, они в своём праве.
Придя на вечеринку, этого стоило ожидать, но не в таком же объёме. Весь этот вечер он только и делал, что с кем-то встречался. Увидев, что одна из девушек взяла её парня за руку, попытавшись утащить его на танцпол, желая продемонстрировать «товар» не только лицом, Хаякава хищно прищурилась. Большим пальцем проверила остроту накладных ногтей.
Несмотря на воинственный настрой, в глубине души Хаякава забеспокоилась. Она узнала этих девушек. Соперницы происходили из хороших семей, имеющих определённое влияние. Им есть чем соблазнить Мацумото. Речь идёт не только о внешности, которая, стоит признать, тоже на высоте. Одна из девушек с помощью пластической хирургии увеличила себе грудь, подтянула попу, поработала над веками и носиком, превратив себя в настоящую сексуальную куколку, которых так любят обсуждать парни. В этом отношении Хаякава, у которой всё своё, от мамы, ей уступала. Мелькнула даже предательская мысль, а что, если и ей тоже что-нибудь у себя подправить. Недостатков ведь масса. Кому как не ей знать о них лучше остальных.
Помимо прочего, Хаякава только сейчас пришла к неожиданному и тревожному пониманию, что она кое-что упустила в своём «идеальном» плане. Мацумото сегодня явно старался произвести на неё хорошее впечатление, а что она? Принимала это как должное? И всё? Но ведь для того, чтобы в нужный момент услышать — да, требовалась не только, чтобы парень нравился девушке, но и чтобы она нравилась ему. С этим-то как раз не всё так хорошо, как хотелось бы. Хаякава не сделала ничего, чтобы этого добиться. Не прикладывала никаких усилий. Подходящий шанс, когда могла показать себя с лучшей стороны, девушка глупо упустила, поскольку подруги Мацудары не стали далеко заходить. По крайней мере, здесь и сейчас, сыграв намного хитрее, чем она ожидала.
Если подумать, Мацумото в любой момент мог извиниться и уехать с любой из здешних красоток, поскольку ничего ей не должен. Обещал Хаякаве только прийти вместе с ней на вечеринку и изобразить её ухажёра. Своё слово он сдержал. Более того, казалось, будто парень совсем в ней не заинтересован. От этой неприятной мысли Хаякава почувствовала, словно её окатило волной холодного воздуха, вызывающей дискомфорт, тревогу, заставляющую съёжиться и захотеть побыстрее переместиться обратно в тепло.