Отбор с осложнениями (СИ)

— Ну, я тоже пойду, — неуверенно сказала леди Дракхайн.
— Я сопровожу тебя, моя резвая, — предложил рыжий.
— Не так быстро, — остановил их Вилли. — У меня есть желание. — Он сел и пристально посмотрел на леди Дракхайн. — И мне очень хочется загадать, чтобы вы показали свое лицо.
Бригитта вздрогнула, прижала руки к лицу, словно защищаясь, и принц устало улыбнулся. На самом деле он мог куда более выгодно использовать свой выигрыш...
— Я еще подумаю, что мне загадать, — сказал он, поднимаясь. — Хорошего дня.
Вилли пошел назад ко дворцу, столкнувшись в воротах с еще одной менталисткой — симпатичной и молоденькой, но лишь отстраненно скользнул по ней взглядом. Однако сердце его забилось быстрее, когда он увидел вдали светлые волосы и стройную фигурку, и Вилли ускорил шаг.
Амалия Стетхейм сидела под фонтаном и украдкой вытирала слезы. Остановившись перед ней, Вилли вынул из кармана платок и протянул его девушке. Она испуганно вскочила, щеки ее зарозовели от смущения.
— Вы в порядке? — спросил Вилли.
— А вы? — она с удивлением осмотрела насквозь промокшего принца.
Он улыбнулся:
— День выдался жарким, решил окунуться. Я могу вам чем-нибудь помочь?
— О, нет, благодарю, — тихо ответила она. — Простите, я не знала, что встречу тут вас. Я надеялась побыть одна.
— В таком случае, сад — не самое удачное место, — вздохнул Вилли, садясь на бортик фонтана. — Сегодня тут народу, как на базаре. Почему вы плакали?
Амалия вздохнула и, помешкав, села рядом с ним, расправляя и сминая платок в руках.
— Наверное, мне лучше уехать, — прошептала она.
— Что? — удивился принц. — И вы туда же? Я начинаю думать, что со мной что-то не так!
— Что вы! — спохватилась Амалия. — Вы замечательный! Вы такой…
— Какой? — заинтересовался Вилли, чуть склонив голову на бок.
Амалия опустила ресницы, и румянец на ее щеках стал еще ярче.
— Простите мою несдержанность, — произнесла она. — Я для вас одна из многих, незнакомка. А вы для меня...
— Вы ведь были помолвлены, — напомнил Вилли.
Она слегка вздрогнула, и принц тут же пожалел о сказанном, но слова было не вернуть.
— Вы правы, — тихо призналась Амалия, — но когда помолвку разорвали, все, что я испытала — облегчение. Конечно, вы не помните, но мы с вами уже были знакомы раньше. Королевская семья приезжала в наш замок однажды, на свадьбу моего брата. Мне было тринадцать, и вы танцевали со мной на балу.
— Правда? — переспросил Вилли. — Постойте-ка! Это не с вами мы потом сбежали из дворца? И вы показывали мне белую лошадь с гривой чище снега? А потом мы дразнили охрану и гуляли по крышам под самыми звездами?
— Да! — радостно воскликнула Амалия. Глаза ее засияли, и слезы моментально просохли. — Вы помните?
Кто бы мог подумать, что угловатая смешливая девчонка в нелепом розовом платье вырастет в такую красавицу?!
— Это был один из лучших праздников, — улыбнулся Вилли. — Хоть мне потом и влетело. Но, Амалия, вы так и не сказали, почему хотите уехать?
— Этот отбор... — она в сердцах смяла платок, но потом снова расправила его, и от Вилли не укрылось, с какой нежностью она провела пальчиком по анаграмме, вышитой в уголке. — Я чувствую себя вещью, выставленной на продажу. И еще менталистка, которая не дает мне ступить и шагу без нее... В моей голове будто поселился кто-то другой. Я сбежала, пока она была в ванной, чтобы хоть немного побыть наедине с собой.
— Я вам мешаю?
— Нет! Конечно, нет! — Амалия прикусила губку, и принц накрыл рукой узкую ладонь, держащую его платок. Он погладил тонкие пальцы, вздрогнувшие от его прикосновений, легонько сжал.
— Останьтесь, — попросил он. — Не уезжайте.
— Хорошо, — тихо пообещала она, вскинув на него взгляд, и ее голубые глаза были чище, чем небо над волшебным озером. 
  
Глава 16. Предложение, от которого нельзя отказаться
 
— У меня есть две новости, хорошая и плохая, с какой начать? — сходу сообщила Тереза, садясь в свободное кресло напротив Вейрона.
Тот поднялся, уступив место Эмме, а сам сел на подлокотник, коснувшись ее волос словно невзначай.
 
— С хорошей, — попросил он.
— Мой знакомый, который торгует недвижимостью на юге, подобрал мне отличный вариант, — Тереза довольно потянулась и прищурилась, как кошка на солнце. — Два этажа, три спальни, балкон с видом на море, терраса на задний двор. Небольшой сад — персики, груши. Спокойные соседи.
— Это должно нас порадовать? — поинтересовалась Эмма, чуть сдвигаясь в сторону от Вейрона.
— Если в вас, конечно, осталась хоть капля человеколюбия, — кивнула Тереза. — Теперь вы в финале, а я — богатая женщина.
Эмма несмело улыбнулась, глянув на Вейрона снизу вверх.
— Ты тоже без поощрения от его величества не останешься, — продолжила Тереза. — Протащила мужчину в финал королевского отбора! Радуйся, детка, твоя карьера пойдет в гору! Ну и тебе, наверное, дадут какой-нибудь орден, — обратилась она к Вейрону.
— Пока что я рад и новому лифчику, — усмехнулся тот. Кто бы знал, о чем придется говорить командиру грозных воинов... — Спасибо, Тереза, выручила. Эти шелковые подушечки просто отрада по сравнению с носками — не колются, не раздражают, и размерчик, что надо.
— Это мой, — игриво подвигала бровями Тереза.
— А плохая новость? — напомнила Эмма, ревниво глянув на выдающиеся формы женщины.
— Похоже, королевой нашему Ястребу не бывать, — вздохнула служанка. — Но я так думаю, лучшее — враг хорошего. Если бы он победил, я бы всю голову сломала, что делать с такой кучей денег. Это ж можно было купить целую улицу. Потом сдавать квартиры отдыхающим… Конечно, и дел было бы невпроворот, но я отличный бытовой маг, навела бы там порядок. Впрочем, с моими талантами я бы навела порядок и в целом городе. Могла бы стать мэром…
— То, что королевой я не буду, было ясно с самого начала, — заметил Вейрон.
— Но не всем, — возразила Тереза. — А сегодня Вилли полдня прогуливался по саду с красоткой Амалией, и перед тем, как расстаться, они держались за руки и смотрели глаза в глаза минут пять, не меньше. Я как раз убирала на террасах второго этажа.
— Финал еще не объявили, — заупрямилась Эмма. — Так что расслабляться рано.
— Остались три участницы, Вилли выгнал рыженькую, — напомнил ей Вейрон.
— А та перед отъездом расколотила все бьющиеся предметы в выделенных ей покоях, — вздохнула служанка. — Плохая из нее вышла бы королева. Так что скатертью дорога.
— Нам надо устроить прием для королевской семьи, — не сдавалась Эмма. — Если наша Бригитта там опозорится, ее могут исключить из финала.
— Не волнуйся, — отмахнулась Тереза. — Я помогу. Сделаю все в лучшем виде. Легкая музыка, вкусные закуски, уютная атмосфэра. Нашему ястребу останется только сидеть и улыбаться, — она посмотрела на его цветохрон и добавила: — Ну, или моргать.
— А вы не заметили чего-нибудь необычного в последнее время? — спросил Вейрон. — Я здесь не ради финала, смею напомнить. Плетка Селены все еще утеряна.
— Вроде бы ничего, — пожала плечами Тереза, — все спокойно, чинно-благородно. Даже красхитанцы ведут себя тихо. Все отлично. Может, само обойдется? Может, просто завалилась куда ваша плетка? Кто там в хранилище порядки наводит?
Стоило ей договорить, как из окон донесся приглушенный хрип, а затем и ругань. Все трое вскочили одновременно, однако к окну Ястреб успел последним — пришлось надевать капюшон цветохрона на голову.
— Что там? — спросил он, нависая над служанкой и Эммой.
— Дерутся, — ответила Тереза. — Твой поклонник и еще какой-то хмырь.
 
Под окнами действительно дрались двое. Ну как дрались? Скорее это было похоже на избиение одного другим...Красхитанец тряс кого-то за грудки и тихо шипел. До внимательной публики, представленной в трех лицах, долетали лишь обрывки фраз…
— … моей ягодке… лишить достоинства… вырву тебе… всю жизнь фальцетом!