Верни меня (СИ)

Дома я оказалась уже ближе к двум часам.
— Арь, что случилось? На тебе лица нет, — встретила меня мама на пороге квартиры.
— Мамуль, даже не знаю, с чего начать, — я с трудом снимала сапоги, силы словно испарились. Хотелось плакать, свернуться клубочком и под одеяло, спрятаться от всего мира.
— Сначала поешь, потом разговоры, — мама ушла на кухню.
Вымыла руки и вернулась на кухню, Мэнни крутился у ног, не давая и шага ступить.
Поковыряв в тарелке супа ложкой, отодвинула от себя.
— Ма, не могу, не лезет, — заныла я, а на глазах снова наворачиваются слезы.
— Ну, давай, рассказывай, душа разрывается видеть тебя такой, — мама села рядом.
Я рассказала все, что произошло за несколько дней. Начиная с отпуска, заканчивая происшествием с Арчи.
Мама лишь молча кивала, не прерывая мой рассказ.
— Арьян, дождемся вечера, позвоним, узнаем, как обстоят дела. Потом будем думать, что предпринимать и как действовать. Возможно, что Егор найдет как помочь, не надо раньше времени впадать в панику. Ведь еще ничего страшного не случилось. Так ведь? — мама взяла меня за руку и с нежностью посмотрела на меня.
— Да, мам, ты права. Я пойду, прогуляюсь. Может, к Дане загляну.
На улице светило солнце, легкие снежинки невесомо парили в воздухе, морозец щекотал нос. Повязала плотнее шарф и подошла к машине, но подумав, не рискнула с дрожащими руками сесть за руль. Хватит с меня одной аварии.
Мысли крутились сумасшедшим роем в моей голове. Одна другой заковыристее. Сомнения в себе это как основа основ. Но и произошедшее сегодня вновь подкосило мое самообладание. Вспоминаю, как это девка тянула руки к моему любимому мужчине. Я помню его затуманенный взгляд. Не могу смириться с тем, что он сможет меня оставить. Да, а что собственно ему может помешать? Ведь она его девушка, они вместе жили. Но куда она пропала, когда он оказался в больнице? Почему она его бросила? Почему появилась сейчас и что она от него хочет?
Не заметила как подошла к дому где живет сестренка. Перед тем как войти в подъезд решила позвонить Арчи, но после череды долгих гудков убрала телефон в карман. Главное не раскисать раньше времени.
— Извини, я без предупреждения, — выпалила я, увидев заспанную Дану.
— Да ты что, заходи, ты пешком что ли? Вся в снегу, — Дана принялась стряхивать с моего пальто снег. — Вот тапки, давай руки мыть и на кухню. Леха дрыхнет, а мы с тобой пожуем чего-нибудь.
Девушка тут же загремела посудой на кухне. Я вернулась из ванной, села на диванчик, наблюдая как сестра над чем-то колдует. Все та же короткая стрижка, она постоянно заправляет выбивающиеся пряди за уши. Она похожа на своего отца. Выше меня на пол головы. Но не такая худенькая, как я. И все время старается, чтобы все было идеально: если учеба, то на отлично, если работа, то любимая и хорошо оплачиваемая, если машина, то удобная и экономная. В этом вся Дана.
— Вот чай, — ставит передо мной кружку с изображенным на ней совенком, — вот бутеры. Сейчас достану паштет, попробуешь, сама вчера делала.
Дана достала пластиковый контейнер прикрытый фольгой. Она открывает его и достает ножом массу, размазывая по поверхности белого кусочка хлеба.
— Ты мастерица, — улыбаюсь я, пробуя очередной шедевр сестры. И любовью к готовке она в маму.
— Иногда бываю, — смеется девушка. — Как у тебя дела?
— Меня отправили в отпуск, успешно сдали проект. Ты же знаешь про Артмана? — ем второй кусочек хлеба с паштетом.
— Да, мама рассказывала, — улыбнулась она, делая глоток горячего чая. — Как Арчелов? Я имею в виду, младшего.
— Он приехал, — вновь возвращаюсь к недавним воспоминанием.
— Он тебе не рад? — тут же ловит мое настроение сестра. — Он тебя обидел?
— Дан, все гораздо сложнее, — и рассказываю ей сегодняшний день.
— Ого, — после минутной паузы выдает она, — остается только присвистнуть. Так, ты главное не паникуй. Раз не ответил, не значит, что не ответит во второй. Набирай, — отдает приказ сестра.
Набираю еще раз, но все повторяется — длинные гудки, и сброс вызова.
 
— Так, отлично. Звони дядьке, — снова приказывает Дана.
Набираю Егора, тот отвечает сразу:
— Сижу с телефоном в обнимку, — отвечает он. — Нет, на мои звонки тоже глухо. Я даже в полицию не могу заявить, он ушел добровольно и не с бандитами, а с сотрудниками ОБЭПа. Я звонил в дежурную, но там ничего не могут сказать, разводят руками, — отчитывался Егор.
— Спасибо, буду звонить, может все-таки ответит, — проговорила я и попрощалась.
— Ждем вечера, не кисни, уже слезы навернулись, Арь, — Дана обняла меня за плечи.
— Чего сырость разводите, девки? — на кухне показался Алексей, парень Даны.
— Ничего, все нормально, — вытираю слезы рукавом. — Намажь мне еще паштетику, — прошу сестренку и улыбаюсь сквозь слёзы.
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍37. Она
 
Весь вечер просидели с Даной, вспоминали детство, юность, школу. Арчи набирала еще раз десять наверно, но последние несколько звонков просто сбрасывались сразу.
Ночь практически не спала. В четыре сидела за своим столом и рисовала. Его. Его красивые глаза, когда он с такой нежностью смотрел на меня. Глаза светящиеся страстью, когда припал к моим губам в страстном поцелуе.
Линии карандаша, выделяющие очертание губ, глаз — я тонула в изображении.
Мэнни растянулся на моей постели и мурлыкал на всю комнату. Снова беру телефон в руки и звоню уже по вызубренному номеру. «Абонент не доступен». Это либо разрядилась батарейка, либо телефон отключили. Меня окатило холодом. Озноб пробежал по телу. Телефон пропищал — сообщение о том, что абонент появился в сети. Но не успеваю я снова позвонить, как приходит сообщение:
«Не звони мне больше», и все, ни слова. Значит, мне ему не звонить, почему? Я легла, пытаясь задремать, но чувство тревоги меня не покидает, да и покинет ли теперь, когда Лев неизвестно где и я не знаю, что с ним происходит. Почему не сказать бы эти слова по телефону, а лучше в глаза. Нет, на Арчи это, не похоже. Тем более после его слов, что он любит. И я уверена, что он меня любит. Но кто-то хочет все испортить, может это для того, чтобы я перестала его искать? Но тогда, что они напишут Егору?
— Арьян, я хотел сам тебе звонить, ты тоже получила сообщение от Льва? — тут же ответил на звонок мужчина.
— Да, мне пришло, чтобы я больше не звонила ему, а вам? — я затаила дыхание, боясь прослушать хоть слово от волнения.
— А мне, что у него все хорошо, сам перезвонит когда освободится, — ответил Егор.
— Странно, у вас сообщение более похоже на то, что оно от Льва, но я не верю, что это он сам пишет. Он бы уже раз десять позвонил бы, зная, как мы волнуемся, — высказала свое мнение.
— Да, я тоже так думал, давай утром еще созвонимся, и начнем думать, кого подключать к поискам, — предложил он, и отключился.
Проворочавшись до восьми утра, я так и не сомкнула глаз. Как можно спать, когда нет никаких вестей. Вообще никаких. Я в панике. Телефон Льва отключен. Сделав несколько звонков в дежурку, ничего не добилась.
Мама готовила завтрак, когда Арчелов старший позвонил в нашу дверь.
— Как хорошо, что вы приехали, — встретила его мама, — сейчас будем завтракать. Понимаю, и не надо на меня так смотреть. Льву вы не поможете, находясь в голодном обмороке. Руки мыть и за стол.
Я только пожала плечами, мама как всегда права.
После удачного подкрепления, мы уселись в зале, разбирая и записывая вероятные действия с нашей стороны.
 
После мы нашли номер отделения по борьбе с экономической преступностью, где нам чётко ответили, что сотрудника по фамилии Буров у них не числится, что информации по делу о фирме Арчелова не имеют.
Егор при мне позвонил в отделение полиции, но ему ответили, что розыском заниматься не будут.