Тайная жизнь Джейн. Призрак
Потеряв терпение, Джейн грубо перебила его:
– Знаете, сэр, как я уже говорила, ваши победы над беззащитными животными не кажутся мне свидетельством отваги и смелости. Вот когда вы расскажете, что победили медведя, выйдя с ним один на один, вооруженный только кинжалом, тогда я, пожалуй, признаю вашу особую доблесть… – Девушка раздраженно ударила сложенным веером по ладони.
В этот момент где-то сбоку в толпе раздался смутно знакомый голос:
– Ричард? Вы здесь? Я думала, что вы не придете! Но, боже, какой приятный сюрприз!
Услышав имя, Джейн невольно обернулась и увидела, как светловолосая леди в кремовом платье, расшитом узорами цвета охры, обнимает… Ричарда Кавендиша. Ошибка была исключена – молодой человек забыл или же не захотел надеть маску. Он держал ее в руке, отвечая на объятия своей… невесты.
В груди что-то оборвалось. Прекрасное настроение исчезло, но мисс Стэнли смело встретила взгляд Дика, ничем не выдав удивления. Холодная маска истинной аристократки с трудом выдержала всплеск ярости, бушующей в душе Франчески. В это мгновение девушка поняла, что Томас прав. Она опасна для Ричарда, действительно опасна. Ревность способна заставить ее спустить курок… Дуэль затеет Джеймс, но выстрелит Джейн… нет, не Джейн – Франческа Кавендиш. В какое-то мгновение ей именно этого и хотелось, хотя она знала о помолвке. Знала про мисс Тальбот… и все-таки оказалась не готова видеть Дика с другой. Нет, то была не Джейн – сквозь высокомерно-равнодушную маску мисс Стэнли прорывалась боль леди Кавендиш. Зачем только Дик пришел на этот бал?!
Он тоже ее узнал. Джейн прочла это в его глазах. Прочла и… отвернулась, не желая подкармливать ревностью демонов в своей душе. Ей нужно было прийти в себя, пока мертвая девушка не вырвалась на свободу.
– Дэниел, у меня свободен первый вальс. Я желаю, чтобы вы меня пригласили! – заявила она собеседнику.
Тот замер от неожиданности. Потом нервно сглотнул и спустя мгновение расплылся в радостной улыбке.
– Разумеется, милая Джейн, я приглашаю вас танцевать со мной первый вальс. Вы прочитали мои мысли…
– Хорошо.
Девушка заставила себя смотреть на Дэниела и не смотреть на Ричарда – слишком просто окончательно потерять контроль над собой.
– Простите, сэр, мне придется украсть вашу даму! – Златокудрая красавица в розовом платье и алой маске взяла мисс Стэнли за плечо, чуть выше локтя, и весьма бесцеремонно потянула ее за собой. – Джейн, пойдемте, я хочу познакомить вас со своим женихом.
Это было настолько неожиданно, что Джейн сделала несколько шагов в ту сторону, куда ее вели, и оказалась чуть ли не лицом к лицу с Ричардом, его невестой и рыжим молодым человеком, в котором без труда удалось узнать Патрика.
Летиция. Мисс Стэнли вспомнила имя этой непосредственной красавицы. Они познакомились полчаса назад, когда Джейн заинтересовали разговоры двух молодых людей, имеющих отношение к бирже. Летиция была рядом и в каком-то смысле помогла своей новой знакомой остаться незамеченной, увы, при этом любопытную беседу подслушать почти не удалось – слишком уж говорливой оказалась случайная собеседница.
Смотреть Дику в глаза было мучением. Но Джейн с честью выдержала и это испытание. Истинная леди никогда не показывает своих чувств. Даже когда любимый знакомит ее со своей невестой. Даже когда смертельно хочется ударить его веером. Даже когда хочется разломать хрупкую вещицу об его лицо. Даже когда все существо полно сожалений о том, что пистолет остался дома. И даже когда хочется отвесить Дику с десяток пощечин, чтобы он понял, как сильно Франческа его ненавидит. Но и в таких случаях истинная леди должна быть холодной и невозмутимой.
В замке Ричард дал понять, что не любит мисс Тальбот. Только как тогда понимать их объятия? И как следует отнестись к его словам, что первый танец принадлежит невесте? Дик словно намеренно причинял боль Джейн, а она чувствовала себя преданной и униженной… нет, не Джейн – Фрэнни чувствовала… опять Фрэнни. Ее ревность и боль оказались слишком сильными. Маски не выдерживали, расползались, трещали по швам…
Она уже не знала, где заканчивается Джейн, где начинается Фрэнни, а где подает голос Джеймс. До невозможности заболела голова. Но… леди должна быть невозмутимой. Леди должна держать себя в руках. Никто не должен видеть, до какой степени ей плохо.
Патрик с Летицией, как назло, вздумали благородно спасать Джейн и сделали в итоге только хуже. Ей не нужны были их одолжения и жертвы. Ее бальная книжка заполнена, и они все могут идти к дьяволу. А Франческа будет танцевать. Всю ночь напролет. Пока не подкосятся ноги, пока не почернеет в глазах. Она будет улыбаться, будет смеяться, будет чувствовать жизнь. Потому что весь этот вечер принадлежит Франческе Кавендиш. Маска скрывает ее лицо от живых, и никто не узнает в ней мертвую девушку.
Она ушла с гордо поднятой головой, даже не посмотрев на Ричарда. И лишь отойдя подальше, позволила себе взять бокал игристого вина. Выпила. Взяла еще, потом еще. Махнула рукой – к черту все, гуляем, джентльмены! Мертвые не умеют бояться. Джеймс, Джейн, Фрэнни… Где одна маска и где другая? Франческу это уже ни капли не волновало. Маскарад для того и придуман, чтобы примерять чужие лица и судьбы.
Вернувшись к поскучневшему Дэниелу, девушка повелительно протянула ему руку. Оркестр как раз закончил настройку, и распорядитель объявил вальс.
– Мы идем танцевать! – сказала Фрэнни тоном, не допускающим возражений.
И опять растерянность в глазах этого напыщенного болвана… Франческа внутренне содрогнулась от омерзения, почувствовав на талии мужскую ладонь, но успешно скрыла свои чувства. Сегодня она станет веселиться, чего бы ей это ни стоило. Сегодня все будут веселиться: Джеймс, Джейн и она, мертвая Фрэнни. Ведь это маскарад!
Как назло, во время танца на глаза все время попадались Ричард и его чертова невеста. Наверное, в эти мгновения Франческа излишне сильно сжимала ладонь партнера, потому что, не выдержав, Дэниел сообщил:
– Мисс, сейчас вы сломаете мне руку. Должен признаться, у вас удивительно сильные пальцы для столь изящной леди!
– Сломаю? – переспросил Джеймс, мгновенно сменивший растерявшуюся Франческу. Улыбка графа выражала всю глубину презрения, испытываемого к подобным субъектам. – Ваша рука настолько хрупкая, что может сломаться от еле заметного пожатия? – спросил лорд Сеймурский у ошарашенного джентльмена. – В таком случае недорого же стоят ваши охотничьи подвиги. Вы пустозвон, мистер. Но не переживайте, таких в этом зале большинство.
Шокированный подобным поведением, а еще тем, что хрупкая девушка вдруг начала вести в танце, Дэниел споткнулся и чуть не растянулся на полу, но Джеймс с готовностью его подхватил.
– Ну все, довольно. Вы отвратительный танцор и вот-вот оттопчете мне ноги. Ступайте прочь!
Граф, вальсируя, вывел Дэниела за пределы танцевального круга и, бросив его в толпе, отправился на охоту за новым бокалом игристого.
Пузырьки щекотали нос. Немного кружилась голова. И шутка, разыгранная с незадачливым охотником на лис, казалась намного смешнее, чем была на самом деле. Да и вообще все происходящее Джеймса скорее веселило… а Франческу – злило.
Ричард улыбался мисс Тальбот и о чем-то мило с ней беседовал. Так и не скажешь, что ему не по душе эта помолвка. Лжец! Фрэнни сжала кулаки, вновь увидев Дика. Тот вел свою невесту куда-то в сторону, к огромным окнам, вдоль которых стояли гости, решившие отдохнуть от танцев.
– Джейн, вот вы где…
К ней спешил Герберт – баронет, которому она обещала следующий танец. Распорядитель объявил полонез. Заиграла торжественно-неспешная музыка. Франческа подала руку Герберту и покорно пошла с ним танцевать, с тоской ощущая, как спадает кураж, как исчезает непродолжительное лихорадочное веселье, вызванное игристым вином.
А Ричард все разговаривал со своей невестой и даже не смотрел в сторону Джейн. Так правильно. Так и должно быть. На что она рассчитывала? Живые не могут любить мертвых.