Тварь небесная (СИ)

— Из проволочек?
— Да. Что было в наличии, из того и сделали. Тоже Пифка сказал. Так вот. Меня оставили и улетели… не знаю, почему, куда и зачем. Почему все сразу? Почему так быстро?.. Они улетели и погибли. Пифка не смог найти информацию о подробностях трагедии, он ведь просто ИИ-помощник, с ним связь не поддерживали. Просто улетели и пропали… Связались лишь на секунду. Только и успели крикнуть, чтобы берёг меня. Потом связь прервалась и он уловил взрывную волну. С тех пор Пифке ничего не оставалось, только присматривать за мной.
— Это жутко, — выдохнула Богдана.
— Не знаю. — Лиам пожал плечами. — Вроде не очень. Я вырос, как видишь, живой и здоровый. Пифка хорошо обо мне заботился. И «Гнездо». Они — моя семья.
Богдана вспомнила Пифку: его независимое поведение, наглые высказывание, грубость… и подумала, что ему можно всё это простить. И даже большее. За то, что спас и вырастил человеческого ребёнка.
— И что тебе известно о родителях?
— Ничего. — Лиам лежал неподвижно и смотрел в потолок, на парящий там туман. — То есть я помню кого-то… маму, наверное. Как что-то большое и тёплое. Помню это ощущение… когда по голове гладят, так ласково, и что-то тихо говорят. И знаю, что это она в последнюю секунду приказала Пифке беречь меня. Значит, она меня любила. И это всё, что я знаю. Отца не помню. Других людей тоже не помню. В «Гнезде»… На этом катере, где мы сейчас, тут не осталось от них вообще ничего. Только стандартная программа управления. Ещё история команд за последние пару месяцев… Ни видео, ни фото, ни документов, ничего. Всё хранилось на большом корабле, и всё сгорело дотла.
— Совсем сгорело?
— Потом, через много лет, когда мы стали летать по системе, мы нашли обломки корабля. Но их давно растащили… не знаю, кто. Скорее всего, они сами разлетелись. В общем, там я тоже ничего не нашёл. Чьи-то личные вещи… запчасти, картриджи для пищевого принтера. Много картриджей, целых два контейнера. Это была самая ценная находка. И больше ничего.
— Остатки тел?
— Ничего. — Он нахмурился. — Я облазил там каждый осколок. Разве что они превратились в пыль. Вначале в лёд, потом — в пыль.
— И как же ты… — Богдана сглотнула горькую слюну. — Как же ты совсем один…
— Так я не один. Пифка всегда был рядом. И дом у меня был. И «Гнездо». Потом ещё Пых появился… у меня много разных зверюшек жило. Всегда, сколько я себя помню. Тащил домой всех, кого мог поймать! Пифка учил меня… я многое знаю, многое умею. Как любой другой человек.
— И тебе не было одиноко?
Лиам молчал. Богдана подумала, что зря она задала этот вопрос. Конечно же, ему было одиноко! Любому было бы одиноко в такой ситуации!
— Не знаю… — Осторожно сказал Лиам. — Несколько лет назад я решил, что всё-таки нужно найти себе подобных. Мне было пятнадцать. Мы с Пифкой решили лететь к Земле. Искать людей.
— Разве вы знали, где Земля? Где люди?
— Нет. Но Пифка утверждал, что люди исследуют космос. Постоянно. И что мы можем на них наткнуться даже случайно. Или на оставленные ими маячки. Или выйти в знакомую зону, у него же сохранились карты. Главное, не сидеть на месте.
— Шансов на это почти не было! — Отчаянно вскрикнула Богдана.
— Но и другого выхода не было. — Спокойно продолжал Лиам, но Богдана заметила, что он сжал зубы — Какая разница, на что тратить свою жизнь? Однажды она пройдёт… неважно, буду я сидеть тихо в лагере на планете, или летать по космосу в поисках себе подобных. Ты на моём месте что бы выбрала?
Лиам повернул к ней голову. Они лежали молча, смотря друг на друга.
— Я не знаю. — Прошептала Богдана. — Наверное, тоже бы попыталась…
— Ну вот.
По его лицу гуляли отсветы от голубого тумана. Было так тихо и спокойно.
Богдана сама не заметила, как закрыла глаза и уснула.
Когда она проснулась, Лиам спал рядом. Богдана обнимала его руку и прижимала к себе, а он улыбался во сне.
Надо же… Маугли. Пых и куча зверушек…
Почему его ненавидят боярцы?
Спросить об этом Богдана смогла только за завтраком. Когда проснулся и вышел из каюты Лиам, она уже сидела за столом и разговаривала с Пифкой. Тот сказал, что нужно будет сделать ещё один прыжок — и они окажутся у планеты, где остался лагерь. Только вот там их могут поджидать боярцы, и пока непонятно, как себя обезопасить.
 
— А какие варианты? — Спросила Богдана. Она сама ничего толкового предложить не могла.
— Прыгнуть подальше от нужного нам места и медленно лететь, отслеживать корабли серых особей. Если увидим их, убегать.
— По-моему, прекрасный вариант!
— Хм. Не для Лиама. — Многозначительно ответил Пифка.
— Почему?
— Доброе утро. Меня обсуждаете?
Лиам вышел из каюты и окинул их весёлым взглядом.
Он умылся, причесался, выглядел свежим и энергичным. Бодрый вид не портили даже царапины и кровоподтёки на лбу и щеке. Но почему-то он остался в той же самой чёрной водолазке, которая, кажется, была ему мала.
— Нет. — Сказала Богдана.
— Да. — Одновременно с ней сказал Пифка.
Лиам хмыкнул и пошёл к Папаше. Даже пищевой автомат-принтер выглядел в «Гнезде» как какой-то громоздкий древний экспонат. Но еду делал прекрасно. Лиам вернулся через пару минут с тарелкой оладьев.
— Картридж, кстати, заканчивается. — Сказал он Богдане. — Последний остался. И так их берёг, как мог, пользовался только когда мы летали.
— А что мы будем делать потом?
Теоретически Богдана знала, что можно обойтись без Папаши. На кораблях всегда имелся запас продуктов, которые можно было просто приготовить самим. Но фактически она никогда с таким не сталкивалась.
— Я умею готовить. — Тихо сообщил Лиам. — Научился. Ты не представляешь, сколько всего я могу приготовить из чего угодно. Да, Пифка?
Тот молча покачивался на своих ногах, которые так и не снял. И руки не снял. Видимо, так он обычно и ходил всё время, и привык.
— Прилетим ко мне домой, приготовлю тебе рагу из мха с лягушками. Объедение.
Богдану невольно перекосило. Мох с лягушками? Что-то ей не очень хотелось это не то что пробовать, но и видеть.
Лиам смотрел на неё, жевал оладьи и посмеивался.
— Это очень хорошо, — не выдержал Пифка. — Но повторяю. Что мы будем делать с прыжком? У нашей планеты нас скорее всего будут ждать серые особи.
— Думаешь? — Лиам улыбнулся и прищурился.
— Да, думаю! Я всегда говорю только то, что думаю!
— Ладно, ладно, не заводись!
— Так что?
Богдана смотрела то на одного, то на другого, следя за разговором.
Лиам вдруг перевёл на неё внимательный взгляд и перестал улыбаться. И как-то мгновенно даже выглядеть стал старше. И голос у него стал как стальной канат.
— Ладно. Пифка, ты прав. Прыгаем подальше и медленно летим. Не хочу, чтобы Богдана рисковала. Ей нельзя попадать к серым особям.
— И тебе! — Добавил Пифка. Но, кажется, он жутко растерялся от заявления Лиама. Видимо, не ожидал такой покладистости.
— И мне.
— Я очень доволен, что присутствие на корабле женской особи немного притупило твоё желание рисковать по поводу и без! — Заявил Пифка. — Видимо, она тебе очень нравится, другого объяснения я не нахожу!
Лиам слегка покраснел. Богдана тоже потупилась.
— Не называй её женская особь. — Поправил Лиам. — Так нельзя обращаться к людям. Это обидно.
— Хорошо.
Пифке было всё равно, как кого называть, он уже принялся стрекотать, общаясь с «Гнездом».
Через пару минут Богдана почувствовала, что щёки перестали гореть и рискнула посмотреть на Лиама.
— А Пых? Как он там, внизу? Его не нужно кормить?
— Не, Пых в спячке. Разбудим, когда прилетим.
— Удобно.
— Ага.
Чтобы не пялится на человека, который ест, Богдана стала рассматривать рисунки на стенах. Ей нравились всякие зверьки и птички, и ещё пейзажи. Больше всего среди них выделялся один лес с яркой зеленью.
— Это дом, где ты вырос? — Спросила Богдана.
Лиам оглянулся и посмотрел на рисунок.