Рассвет Четвёртый. Часть 1 (СИ)

- Да какая там история, тоже не секрет вовсе, - насупился я. – До десяти лет вполне обычный волчонок, потом училище, подростком бросили родители, кое-как закончил учёбу, затем долго мыкался по разным работам, по горячей голове преступил закон, и вот я здесь.
- Преступил закон, говоришь? – ухмыльнулась Фелинн. К счастью, самую неприятную мне часть моей биографии она оставила без особого внимания.
- Ну, если вкратце, то сорвался и напал на Синего Доспеха. Ему и его напарникам это, конечно, не понравилось. – На всякий случай я умолчал о том, из-за чего именно я сорвался.
- На Доспеха?! Во даёшь!
- Они такие же волчеки, только в броне, - пожал я плечами. – Только с виду бездушные.
Фелинн всё-таки свалилась – ветхое сидение дивана приподнялось с другого конца, и волчен поскользнулась на крутом краю.
- Не ударилась? – кинулся я к ней.
- Да нет, просто немного не рассчитала. – Фелинн встряхнулась и, недовольно сощурившись, посмотрела на оставшуюся на верхней полке тряпку.
Проследив направление взгляда волчен, я вздохнул и сказал:
- Сейчас достану.
Лезть на диван я не рискнул, поэтому просто подпрыгнул и ухватил тряпку за конец.
- Фелинн, зачем ты вытираешь полки?
- Хочется, чтобы дома было чисто. Раскидать вещи и я не прочь, но вот пыль и грязь... Терпеть не могу грязь по углам.
- Ты у мессейра в комнате была? – усмехнулся я. – Мне кажется, надо тебя туда закинуть.
- Была я там, кошмар! Но у него лампочка не горит, убираться сложно.
- Делов-то... Попросила бы Дерека, он заменит лампу.
- Там нельзя менять. У Дракона болят глаза от яркого света, он у себя расслабляется, зная, что ему не включат внезапно лампу. Да и если я захочу когда-нибудь там убраться, то рискну провести остаток своей жизни в этом хламе. Смысла нет, Дракон вернёт хаос обратно уже на следующий день. Я давно махнула на это рукой.
- Вот как.
- И потом, есть много других мест, где мы ещё не приводили всё в порядок. Четвёртый этаж, например. Только я не люблю туда ходить.
- Почему?
Где-то в глубине дома что-то с грохотом упало, и раздались приглушённые ругательства и восхищённые вопли.
Мы переглянулись, и Фелинн усмехнулась:
- Меня однажды Антэр с Марком напугали. Там есть пара больших комнат с барахлом, куда толком никто не заглядывает. Я решила там поисследовать, ну, и посмотреть, может, чего интересного найду. А эти двое sahraenes... Связали несколько досок и арматур и поставили напротив окна. Когда в окно попадал свет от вечернего фонаря, казалось, что там невесть какая тварь стоит, разинув пасть. Хотя, - задумчиво продолжила волчен, - у меня есть ощущение, что эта шутка была рассчитана не на меня, а на Дерека. В общем, я лучше с кем-нибудь вдвоём туда пойду, чтобы передо мной ловушки разминировали.
- Что-то Дереку сильно от них достаётся.
Фелинн пожала плечами.
- Они же не всерьёз. Я его тоже однажды подколола. Вместо мыла положила в душе кусок масла. Единственная проблема была в том, чтобы масло не растаяло к тому моменту, когда Дерек пойдёт мыться, оно было дешёвое и как-то странно себя вело. Но я справилась. Только не говори ему, что это я, он всё ещё считает, что это Марк виноват.
Я представил несчастного волчека, отскрёбывающего жирное скользкое масло со шкуры, и с трудом подавил смешок.
- Опасная ты волчен, Фелинн.
- Ты не представляешь, насколько, – отчего-то невесело засмеялась она.
 Глава 7 
Дни неслись в бешеном темпе. Я продолжал как полоумный бегать по городу с фальшивыми документами, нося, передавая, забирая, слушая, узнавая, в общем, делая уйму непонятной мне работы. Честно говоря, я уже на любую черновую работу согласен, лишь бы мне объяснили, что я, Хаос побери, делаю?
Фелинн с того разговора больше не заводила речь о прогулке на окраину трущоб. Может, всё-таки пригласила Расто? Не знаю, я не спрашивал.
Вот Дереку повально не везло: Марк и Антэр окончательно достали его своими шуточками до такой степени, что большую часть свободного времени низкорослый волчек прятался у меня в комнате, вздрагивая от каждого шороха.
 
- Надоели, сил нет... – оправдывался Дерек. – Ты хоть нормальный... А эти двое совсем уже от рук отбились. Нажаловаться на них мессейру? Страшно... Да и я подозреваю, что ему всё равно, что они тут вытворяют.
Я готов был подписаться под этими словами. Дракон в последнее время всё чаще куда-то пропадал, я уже даже и не помнил, когда в последний раз его видел вживую. Впрочем, любое его появление напрягало атмосферу почти до верещания радиоактивных счётчиков, поэтому меня такое положение дел даже устраивало.
Тем не менее, поручения я получал как попало и в любое время дня и ночи.
Однажды, глубокой ночью, когда было уже за тринадцать часов, я засиделся допоздна с Дереком за ничего не значащим разговором в общей комнате. Мой коммуникатор коротко звякнул, на его тусклом экранчике горело сообщение от Дракона.
 Жду тебя через двадцать восемь минут у заднего входа церкви Одиннадцати.
Церковь находилась в центре столицы, через две улицы от Императорского дворца.
- Нет, ну он издевается! – в сердцах воскликнул я. – Да я же ни в жизни туда не успею...
- Если поторопишься, успеешь... – глубокомысленно заметил Дерек.
Я досадливо покачал головой и рванул из комнаты, чудом не забыв жилетку – в любой момент мог подняться ветер и пойти снег.
Кляня про себя жестокое начальство, я чудом успел на рельсовый маршрут и, по приезду выпрыгнув из вагона, чуть не бегом помчался к церкви.
На самом деле, церковь почти не имела никакого значения в современной жизни – она стояла грустным памятником истории, являясь одновременно и библиотекой, и архивом, и последним пристанищем для души, которым давно уже никто не пользовался. Каюсь, толком едва ли представляю, что это за Одиннадцать Техр, в честь которых она возведена, знаю только, что Первые Четыре из них – это Стихии. Но эти мои мысли сейчас совершенно не к месту, у меня мало времени.
Посмотрев на коммуникатор и к своему удивлению обнаружив, что прибежал сюда ровно за двадцать семь минут, я трусцой направился к заднему входу.
Собственно, задний вход в церковь скрывался в небольшом запущенном садике, но вряд ли так уж необходимо забираться в него через символичный заборчик. Ни перед ним, ни в нём никого не было.
Нехороший тваах с шипением повернулся в моей душе, малодушно утверждая, что всё это сильно похоже на какой-то развод, но я упрямо задавил в себе зачатки паранойи и стал точно напротив калитки в сад.
Ночное время суток, малоприятное место и растущая паранойя не способствовали моему спокойствию. Поэтому, когда за моей спиной прозвучали шаги, я не удержался и вздрогнул.
Но то был не мессейр.
Невысокая, закутанная в мантию священнослужителя фигурка, зябко поёживаясь, подошла ко мне.
Под капюшоном я увидел пожилую волчен. Шёрстка вокруг губ и глаз имела благородный седой оттенок, отчего усталые зелёные глаза казались совсем тёмными; она встретилась со мной настороженным взглядом и тут же потеплела лицом.
- Здравствуй, Квадра.
- Добрый вечер… или ночь… или…
- Что бы ни было, то доброе. Возьми, наш общий друг не смог оставаться в такой опасной близости от дворца.
Она вытащила руку из складок грубой мантии чип памяти и протянула мне. Я тотчас спрятал его в потайной карман под подкладкой куртки.
- Куда отнести? – привычно и деловито спросил я.
- Расто. Пусть декодирует эту информацию. Больше мне ничего не известно, прости.
Торопливо кивнув и покусывая нижнюю губу, я сделал пару шагов назад по снежной тропинке, но всё же обернулся к жрице и спросил:
- Церковь не против?
- Церковь верит, - уголками тонких губ улыбнулась волчен. – Ведь в этом наши предназначение и сила.
- Но почему? Разве Техры или кто там выше волчеков одобряют насилие и убийства?