Тринадцатый II (СИ)

Но поскольку у меня не было намерений убивать Кутузова, то надеюсь, что он об этом не вспомнит. Успокоится и перестанет перебирать в голове многочисленные факты.
Мы пришли в училище к одиннадцати вечера. Отметились у дежурных и пошли в свои комнаты.
— Лёх, спасибо, — сказал мне на прощание Илья, когда мы разминулись на лестнице.
Его комната располагалась этажом выше.
— За что? Твой же праздник, — не понял я.
— За то, что открыл глаза. В людях важен отнюдь не статус, — проговорил Илья, поднимаясь по лестнице.
У него получилось оставить меня в недоумении. Я не ожидал, что такие люди меняются. Права была Катя, мозги у Илюхи есть. И последнее время они усердно начали работать.
— Ты это слышал? — материализовался в воздухе Макар, когда я поверил рюкзак на спинку стула.
Он вытаращил глаза так, что они занимали пол лица.
— Да, я не глухой, — устало ответил я.
Несмотря на то, что почти не пил, вымотался я знатно. Сказывались приключения на стажировке, от которых я не успел отойти и отправился на день рождения.
— Я думал, только в фильмах люди способны признавать свои ошибки, — поделился Макар.
— Нет, жизнь куда интереснее. Тут всякое бывает.
Как и то, что ошибки признаются, чтобы ввести в заблуждение. Но сомневаюсь, что Илья решил воспользоваться настолько сложной схемой, тут надо хорошо понимать психику людей.
— Тебе дораму? — спросил я у призрака, поскольку собирался лечь спать.
— Не, надоели эти сопли. Десять серий их жуют, а невесту так никто не выбрал, — пожаловался Макар. — Давай лучше криминальный боевик.
Я поставил телефон на подставку и открыл каталог с фильмами.
— Да ты ложись, я сам ткну, — сказал Макар.
— Уверен?
— Ага. Хочу тщательно повыбирать.
— Только весь мой источник не опустоши, — ответил я и лег в мягкую кровать.
— Так я только кончиком пальца, на это много энергии не надо…
Дальше я не слушал, сознание мгновенно погрузилось в приятную дрёму.
Так сладок был сон, как ужасно было утро…
Я проснулся от того, что кто-то яростно стучался в мою дверь. Пришлось вставать и открывать.
На пороге по струнке стоял мужчина в погонах. Странно, такие же в соседнем корпусе только ходят.
— Утреннее построение! Собирайтесь! — указал он мне и пошел к соседней комнате.
«Чего? Какое к чёрту построение? Мы ж не в армии» — подумал я, закрывая дверь. Оделся в чистую форму и вышел во двор.
— Какой класс? — обратился ко мне этот же мужчина.
Блин, а он точно корпуса не перепутал? Я оставил эти мысли при себе и ответил:
— Девятый «б».
— Вон в ту группу становитесь, — указал он мне.
А сам продолжил командовать. Всего набралось девять групп, разделенных по классам. Мужчина заставил выстроиться нас по росту, как на физкультуре. А потом ходил и комментировал внешний вид каждого.
— Пиджак должен быть застегнут. И с рюкзаком больше на построение не приходите, — указал он мне.
Когда мужчина докопался до каждого и выстроил нас в нужном порядке, то начал вещать своим командным голосом:
— Меня зовут Тихонов Михаил Захарович, я занимаюсь подготовкой кадетов в первом корпусе этого училища…
— А тут вы что забыли? — парень из параллельного класса додумался его перебить.
— Молчать! Наряд вне очереди! — оглушительно закричал Михаил Захарович.
Его голос пробирал до мурашек, поэтому это сработало на всех. И во дворе воцарилась полная тишина. Правда, ненадолго.
— У нас нет нарядов, — развёл руками парнишка, вся его спесь слетела, и теперь колени подрагивали.
— Теперь будут. С этого дня каждый провинившийся будет ходить в наряд вне очереди.
Я сохранял серьезное выражение лица, хотя большинство кадетов позволяли себе смешки по поводу и без. Если этого мужчину отправили сюда, то это неспроста. В чем мне вскоре удалось убедиться.
— Всем молчать! — повторил Михаил Захарович. — Без получения инструкций я вас отсюда не отпущу. Продолжайте дальше разглагольствовать, если хотите остаться без завтрака.
Это сработало лучше любых криков и угроз. Завтрак для подростков стоял превыше всего.
 
— Меня к вам отправили для проведения общего курса боевой подготовки, — продолжил Михаил Захарович. — Недавно произошло нападение регата, при котором вы вели себя, как трусы, хотя единственные могли видеть тварь. Разводили панику, не могли найти укрытие. В отличие от не одаренных кадетов, которые действовали по инструкции. Мне велено это исправить. Занятия будут проходить на третьей тренировочной площадке в соседнем дворе. Форма одежды — спортивная. Явка обязательна. За пропуск полагается наказание в виде лишения права выходить в город на выходные. Ясно?
— Да! — хором ответили мы.
Далее Михаил Захарович продолжил рассказывать про организационные моменты. Расписание теперь полностью изменено с учётом нового предмета «военной подготовки». Наряды, как он называл меру воздействия, на самом деле являлись уборкой территории. В соседнем корпусе давно такое практикуется, и только у видящих гуляют роботы-пылесосы. А мусор кидается в контейнер автоматической переработки.
После построения и инструктажа нас отпустили на завтрак. Но я бы не удивился, если бы до этого заставили бежать кросс в три километра, как каждое утро бегают кадеты-немаги в соседнем дворе. Я же до сих пор не понимал, чем видящие заслужили особое отношение.
Будь у нас военная подготовка в совокупности с магической, тогда вместо паники мы бы могли дать отпор монстру. Научились хотя бы коллективным заклинаниям, и общей маны хватило бы для победы над регатом. Тот, кто позвал полковника, как я подметил по погонам Михаила Захаровича, видимо рассудил также.
Возле стенда с расписанием собралась огромная толпа. Я же пошел более простым путём и посмотрел новое расписание на сайте училища. По вторникам и четвергам добавили седьмой и восьмой урок «военной подготовки», но зато убрали третью в неделю бессмысленную физ-ру утром в пятницу, где мы сонные играли в баскетбол.
На завтрак я взял омлет с помидорами, тосты с маслом и небольшую порцию рисовой каши с малиновым вареньем. Да и моя любовь к компотам оставалась неизменной, поэтому взял персиковый и вишнёвый. Положил всё это богатство на поднос и отправился за столик к друзьям. Однако на половине пути меня окликнул знакомый персонаж:
— О, Лёш, хочешь присоединиться? — спросил у меня Дима, который сидел за столом в одиночестве.
Я подозревал, что это не просто так и присел рядом.
— А я уж думал не позовешь, — ответил я с намеком, что поиски затянулись.
Да и навряд ли он что-то узнал, если даже служба безопасности никого не нашла по моему описанию.
— Да вот не выдавалось возможности, долго искал тебя, — ответил парень.
Это значило, что он долго искал того, кого я обозначил. Но меня смутило, что не сказал: нашёл.
Дима говорил намеками, чтобы нас никто не понял. С одной стороны — правильное решение, ведь вопрос серьезный. А с другой — забавно, поскольку Дима мог нормально написать всю информацию на листочке или же отправить сообщение.
— Главное, что нашел, — ответил я в той же манере и отпил вишнёвого компота.
— Не совсем, — добавил парень и задумался.
Его метод донесения информации оказался сложным для него самого. Поэтому Дима решил поступить проще. Он достал телефон и открыл заметки. Набрал текст и протянул устройство мне.
Текст гласил: «В училище нет описанного человека, я проверил всех в обоих корпусах. Но когда в субботу утром выходил из училища заметил, что дворник в парке странно себя ведёт. Каждый раз, когда выходил кто-то из кадетов, он смотрел на часы и записывал что-то в блокнот. Возможно, это совпадение, но он полностью подходил под описание».
Я кивнул, дав понять, что ознакомился. Дима забрал телефон и стёр заметку, чтобы она не сохранилась.
— Дим, а я могу тебе остаток долга на карту скинуть? — спросил я.
— О, ты наконец понял, как это удобно.