Родная страна

— Ничто им не мешает. И поэтому вам желательно опередить их.
Он рассмеялся. Но мои идеи еще не исчерпались.
— Да, но я также подумываю использовать сеть, которая вашим соперникам недоступна.
— Ну-ка, ну-ка.
В тех же глубинах сознания зародился вопрос: а почему он не скажет «Давай отложим до понедельника»? Но Джо выдвигается в сенаторы, ему надо вести предвыборную агитацию. У него не бывает выходных. И если он в данный момент разговаривает с одним из своих сотрудников, то, значит, у него в разгаре рабочий день.
— Вы ведь знаете о документах, выложенных в даркнете? — Я усилием воли удержался, чтобы не оглядеться по сторонам — не подслушивает ли кто-нибудь.
— Я о них слышал. — На его лице была все та же непроницаемая маска внимательного слушателя, которую он надел в начале нашего разговора.
— Сейчас до них добраться нелегко. Надо долго возиться с «Тором». Анонимайзеры — технология сложная. Преимущество этого метода в том, что эти документы невозможно уничтожить или даже хотя бы вычислить, где они находятся. Но, с другой стороны, обычным людям трудно их увидеть. Они не хранятся на каком-нибудь стандартном, старом добром интернет-сайте, куда может зайти каждый, у кого есть веб-браузер и нужная ссылка.
— Верно, — кивнул Джо. — Я и сам не пошел их смотреть, потому что, на мой взгляд, такие сложные методы доступны только продвинутым специалистам.
Я открыл рот и хотел было сказать: «Ну, не так уж это и сложно», а потом прочитать ознакомительную лекцию об использовании «Тора», — но прикусил язык. Сейчас не время. И к тому же, если Джо считает эту тему слишком сложной, моя задача — подтвердить, что он имеет все основания так думать.
— Ну, а я все-таки заглянул в эти документы. Та часть, которую я успел увидеть, наполнена свидетельствами о коррупции и преступлениях. И по большей части эти преступления совершаются государственными деятелями и теми, кто к ним близок. Поэтому мне кажется, что, если вы хотите, чтобы люди рискнули проголосовать за независимого кандидата, будет полезно показать им, что их голоса не пропадут впустую, потому что, голосуя за других кандидатов, они приведут к власти тех, кто совершал все эти мерзости.
— И ты считаешь, что мы должны выложить все эти даркнетовские документы, — понял Джо. Похоже, эта идея казалась ему не самой плохой на свете, однако он был далек от того, чтобы вскинуть руки в воздух, стиснуть меня в медвежьих объятиях и закричать: «Маркус, молодчина!»
— Да.
— Насколько я понял, на сей день изучена лишь малая часть документов. А если мы выложим их на наш сайт, и окажется, что там сплошная ложь, грязные шутки и чужие банковские реквизиты?
Черт, ну и умник наш Джо. Хороший вопрос.
— В даркнете лежит электронная таблица, и в ней перечислены все документы, которые успела прочесать исследовательская команда, уж не знаю, что это за ребята… — Меня так и подмывало виновато потупиться, но я удержался. — Так что мы можем брать только то, что уже просмотрено. Я могу написать скрипт, который будет просматривать эту таблицу по несколько раз в день и забирать то, что в нее включено.
Джо задумался.
— Ну, это уже лучше, чем публиковать все подряд, но, Маркус, мы же не знаем, кто эти ребята из даркнета. Твоя идея наделяет их возможностью выкладывать на агитационном сайте Джо Носса все, что им захочется, достаточно лишь включить это в таблицу. Для меня это большой шаг. И большой риск.
Как ни печально, он был прав. Терпеть не могу, когда меня ставят на место.
— Гм, — протянул я. — Может быть, введем требование: все, что выкладывается на сайте, должно предварительно просматриваться живыми людьми в нашем штабе? — Я задумался. — Например, собрать все названия документов, которые мы еще не успели одобрить, и пусть посетители сайта голосуют, что из этого они хотели бы увидеть раньше. Так что, если даркнетовцы начнут заливать документы тысячами, мы сумеем выделить те, какие сильнее всего интересуют сторонников Джо Носса.
В середине этой моей речи он начал понимающе кивать, а под конец его губы растянулись в широкой улыбке.
 
— Очень интересная идея. Я, надо признаться, думал совсем не об этом, но твоя мысль мне нравится. Лучшее, что может сделать независимый политический кандидат, стремящийся к реформам, это выложить на своем сайте свидетельства о продажности традиционных политиков. И это тоже ты сумеешь организовать?
Я опять задумался, мысленно прикидывая, каким образом соединю разрозненные части готовых программных библиотек для Drupal, мощной системы промышленного масштаба, на которой работал наш веб-сайт. И ответил:
— Сумею. Это не так уж сложно. Я уже занимался подобными вещами и смогу повторить еще раз, надо будет лишь склеить детали в другом порядке.
Джо опять кивнул:
— Тогда займись. Сделай и то и другое. Построй мне демоверсию, я покажу ее Флор и нашему консультативному совету. На этом этапе мне может понадобиться твоя помощь. Успеешь что-нибудь показать к понедельнику?
Сегодня суббота. Теоретически этим можно будет заняться в воскресенье. Демоверсия? Смогу сколотить ее за пару часов.
— Да, — ответил я. — Справлюсь.
— Маркус, ты мой супергерой высоких технологий!
Лемми оторвался от возни с батареями квадрокоптера и рассмеялся:
— Что верно, то верно. Он такой.
В этот миг у меня ожил телефон. Звонила Энджи, она была неподалеку, но заблудилась в толпе. Я объяснил ей дорогу и помахал руками в воздухе, чтобы она меня заметила. Подойдя, Энджи бросилась мне на шею, и я представил ее Джо.
— Маркус от вас в полном восторге, — сообщила она ему вместо приветствия.
— Я от него тоже, — отозвался он, и чувствовалось, что это не простая вежливость — он говорил искренне. У меня аж голова закружилась. — И с учетом того, что мне о нем известно, полагаю, вы — девушка необыкновенная. Заходите к нам в штаб поздороваться, посмотрите, как Маркус творит волшебство.
— С удовольствием, — улыбнулась Энджи, и я видел, что она мгновенно прониклась к Носсу тем же доверием и восхищением, что и я. Это было почти что колдовство, удивительное и при этом пугающее.
Энджи поздоровалась с Лемми и сразу принялась помогать ему с подготовкой коптеров к новому полету. По моей ссылке она уже давно подключилась к трансляции и жаждала порулить дроном сама. Чувствую, Лемми не скоро сумеет отобрать у нее пульт управления.
— Ты, наверное, часто ходишь на такие демонстрации, — обратился ко мне Джо.
— Гм, — замешкался с ответом я. — Не очень. Вчера мы с Лиамом сходили разок, но в целом, должен признаться, довольно редко заглядываю на протесты.
— Понятно, — отозвался он. — Во времена моей молодости мы, кажется, только и делали что протестовали. Годы, когда президентом был Рейган, в Сан-Франциско прошли довольно бурно. А с тех пор я редкий гость на здешних событиях. Однако стараюсь отслеживать, когда и где намечается что-нибудь важное. На таких демонстрациях мы обычно выступаем, произносим речи.
— Вы и сейчас можете произнести речь, — предложил я. — Многие захотят послушать, что вы скажете. — Я рассказал ему о «народном микрофоне». Оказывается, он слышал о нем, но никогда не видел в действии.
— Получается, этот микрофон работает только в тех случаях, когда ты сумеешь убедить людей, что тебе есть что сказать, — подытожил Джо. — Хорошая идея.
— Хотите попробовать?
После того как вчера меня силком вытолкнули на трибуну перед «народным микрофоном», мне очень хотелось проделать эту же штуку с кем-нибудь еще. В конце концов, Джо — настоящий профессиональный политик, обладающий сверхъестественной способностью одним взглядом и парой слов вызывать доверие к себе.
Он оглянулся на толпу, серьезно задумался.
— Пожалуй, да.
— Прямо сейчас?
— Конечно, — улыбнулся он. — Пока я не струсил и не ушел домой.
Я сложил ладони рупором и, немного мучаясь угрызениями совести, громко прокричал:
— Проверка связи!
Мой клич подхватили с десяток человек. Я повторил его еще и еще раз, и наконец уже несколько сотен демонстрантов вокруг нас выкрикивали «Проверка связи!» и ждали слов Джо Носса.