Грустная дама червей

— Уй, — взревел мужик, отдергивая руку. — Гадюка! Она кусается! Я ж тебе… — Он размахнулся и кулаком саданул Карине в лицо.
Увернуться она не успела.
Перед глазами мгновенно почернело, и в этой черноте мелькнула ослепительно золотая молния. Вслед за этим Карина почувствовала, как из носу струей хлынуло что-то горячее.
«Кровь», — вяло шевельнулось в мозгу. Под горло подкатила сладкая тошнота, ноги ослабли.
Карина ощутила, что ее подхватили на руки и понесли. Сил сопротивляться или издать хотя бы звук не было.
Вокруг все плавало в туманном мареве. Сбоку мелькнула дверь с надписью «артистическая», и вскоре вслед за этим коридор завернул вправо.
Впереди виднелся противоположный выход на лестницу.
Парень, несший Карину, положил ее на ковер, так что она коснулась головой стоящей в углу узкой металлической урны.
— Пойду гляну нет ли кого. — Он сделал несколько шагов и скрылся за стеклянной дверью.
Красномордый опустился перед Кариной на корточки и запустил руку в вырез ее платья.
Она попробовала крикнуть, но изо рта донесся лишь слабый стон.
— Ну гадюка кусачая, — пробормотал красномордый, пытаясь справиться с плотной бархатной тканью, — сейчас узнаешь у меня, где раки зиму…
Он не договорил, неожиданно коротко, смешно хрюкнул и ткнулся носом в урну.
Карина с трудом шевельнула веками: позади мордастого стоял Олег. Правая рука его была сжата в кулак, лицо посерело от злости.
Он нагнулся и два раза резко и сильно ударил красномордого по шее. Тот дернулся и притих.
Сзади тем временем появился парень в пиджаке. Увидев, что стряслось с его приятелем, он. не раздумывая, кинулся на Олега. Парень был куда меньше ростом и жидковат в плечах, но, видимо, находился под воздействием не только алкоголя, но и травки. Та начисто лишила его инстинкта самосохранения и наделила нечеловеческой яростью.
Лежа в углу, рядом с красномордым, Карина наблюдала за схваткой. Она по-прежнему не могла ни двигаться, ни говорить.
Через пару минут оба — и парень, и Олег — возились, сцепившись, на ковре. Верх одерживал то один, то другой. Наконец силы у парня иссякли — и Олег стал побеждать.
Слегка пришедшая в себя Карина с ужасом смотрела, как он наносит короткие, точные удары по лицу ее обидчику.
В этот момент мордастый, валявшийся в углу без движений, зашевелился, неловко поднялся на четвереньки, замотал головой. Потом, придерживаясь за стену, встал на ноги.
Дальнейшее происходило как во сне. Только что он стоял, уткнувшись носом в стену, пошатываясь, вытирая ладонью перемазанное кровью лицо, — и вот уже он делает шаг к поднимающемуся с ковра Олегу, а в руках у него металлическая урна, точно булава.
Миг — и мордастый занес ее прямо над головой Олега, стоящего к нему спиной.
— Д-а-а, — крикнула Карина и не узнала своего голоса — точно со стороны услыхала, как кто-то жалобно пищит.
Олег резко обернулся, дернулся в сторону, и в то же мгновение красномордый опустил урну ему на правую руку.
Раздался странный звук, от которого по спине у Карины побежали мурашки, и она закричала — уже в полный голос, громко, пронзительно, переходя на визг.
Олега качнуло к стенке, рука его безжизненно повисла.
Мордастый суетливо заметался из стороны в сторону, что-то испуганно мыча, потом подхватил парня под мышки и бросился бежать. А Карина все кричала, и ей казалось, она теперь никогда не сможет остановиться, замолчать.
Хлопнула какая-то дверь, за поворотом коридора послышался шум, крики, ругательства, и только тогда она затихла, прижимая ладони к губам.
В тупичок заглянул тот самый блондин, который провожал Карину и Олега в зал.
— Что случилось? — Он с ужасом оглядел лежащую в углу с окровавленным лицом Карину, валяющуюся на ковре урну, привалившегося к стене совершенно бескровного Олега.
— На меня… напали… — сказала Карина, чувствуя, что снова обрела способность говорить, двигаться, соображать. — Двое. Один с красным лицом, другой — молодой, в костюме, растрепанный весь, явно обкуренный.
— Мы их задержали, — кивнул блондин. — Сейчас ими займется охрана. Вам нужна медицинская помощь?
 
— Конечно.
— Одну минуту. — Блондин скрылся за углом.
Карина медленно поднялась на ноги. Голова кружилась, лицо словно липкой лентой стянуло, малейшее движение губ причиняло острую боль.
Олег уже не стоял у стены, он сполз по ней вниз и сидел на корточках, левой рукой стараясь ослабить галстук-бабочку.
— С тобой все в порядке? — спросил он непривычно тихим и тусклым голосом.
— Вроде.
— А лицо почему в крови? Ты ранена?
— Нет. Это из носа.
— Понятно. — Олег попробовал усмехнуться, но лишь слегка покривил губы. — В общем, неплохо заработали. Михалыч останется доволен.
— Что с рукой? — Карина опустилась рядом с ним, осторожно дотронулась до рукава фрака и вздрогнула — ткань была мокрой от крови.
— Руке, похоже, каюк.
— Больно? — шепотом спросила Карина.
— А ты как думаешь?
Из глаз у нее потекли слезы.
— Ну ладно тебе. — Олег здоровой рукой легонько погладил Карину по щеке. — Никто ж не умер, слава богу. Бывает в ночных клубах и не такое.
— А играть? Как ты теперь будешь играть?
— Нормально. Рука заживет, и все будет как надо. Успокойся.
Снова послышался шум, и появились две женщины в белых халатах.
— Вы пострадавшие? Мы вызвали «скорую», она будет с минуты на минуту. Идти можете?
— Можем, — сказал Олег, — ей только помогите, ее по голове ударили, — кивнул он на Карину.
Медпункт оказался совсем рядом — в другом крыле за стеклянной дверью, как раз там, куда ходил на разведку парень в пиджаке.
Одна из женщин, та. что помоложе, усадила Карину, обтерла ей лицо куском мокрой марли, осмотрела место ушиба.
— Вот приложите, — она достала из холодильника пузырь со льдом. — Не тошнит? Вас надо в травмопункт, сделать снимок — нет ли сотрясения мозга.
— Я никуда не поеду без него, — твердо сказала Карина, указывая на Олега. Тог в ожидании «скорой» лежал на кушетке. Другая врачиха, пожилая, полная тетка с румяным лицом, чем-то похожая на Любашу, руку его трогать не стала, только глянула и покачала головой:
— Открытый перелом. И как это вы еще в сознании? Люди при таких травмах в обморок падают. Наверное, низкий болевой порог.
— Наверное. — согласился Олег, комкая в ладони ненужную ватку с нашатырем.
В машине «скорой помощи» у Карины снова пошла носом кровь. Она уже успела переодеться, и красные струйки текли на свитер. Ничего не помогало — ни новый пузырь со льдом, заботливо предложенный фельдшером, ни поза с запрокинутой головой. Так, вся в крови, приехала она в больницу.
В приемном отделении их с Олегом разделили: его отвезли в операционную, а Карину внимательно осмотрел травматолог, симпатичный молодой паренье шикарной копной русых, вьющихся волос и хорошо заметной хитрецой в глазах.
— Сотрясения нет, — успокоил он ее, — синяк, правда, будет приличный, но ничего, до свадьбы заживет, — он ободряюще подмигнул. — Или вы уже замужем? Тот, что с переломом, — ваш муж?
— Нет. Просто коллега по работе.
— Ясно, — кивнул врач. — У него родственники есть?
— Жена.
— Вы с ней знакомы?
— Конечно.
— Тогда сообщите ей о том, что произошло. И вещи заберите, а то придется их сдать на хранение, — кивнул он на фрак Олега, лежавший рядом, на стуле.
— Серьезно у него с рукой? — спросила Карина, заглядывая парню в глаза.
— В общем, да. Полежать в больнице придется, недели две, а то и больше. Ему еще повезло — мог быть осколочный перелом от такого удара. Видно, та железяка его на излете задела, не в полную силу.
— Могут быть осложнения?
— Думаю, что нет. Ну температура поднимется, конечно, не без этого. Болеть будет сильно первые дни. Большего я сказать пока не могу, потом с хирургом поговорите. А вам, девушка, покой нужен дней на пять. — Кудрявый строго глянул на Карину. — Так что вы жене его позвоните и езжайте домой, в постель. Понятно?