Раненые звезды (СИ)

— Почему вы не попытались нас уничтожить? И занять наше место? — спросил Чжан.
— Мы пытались, конечно, — Алиса пожала плечами, — но понимаете — это ведь не военный корабль. Мы никогда не планировали воевать. Это — первая вылазка в большой космос нового мира. Мы большие надежды возлагали на вирусное оружие. Но вы оказались на удивление живучи. Несколько раз мы почти создали достаточно мощную заразу, но каждый раз что-то шло не так: или вирулентности не хватало, или летальность была сильно ниже расчётной.
— То есть, вы признаете, что вели против нашего мира недружественную деятельность? — вмешался Питер.
— А что тут не признавать-то? — Алиса всплеснула руками, — да вы ведь и сами о многом уже догадывались, не так ли?
Я переводил взгляд с Чжана на Питера. Похоже, эти двое действительно знали намного больше моего, и не выглядели удивлёнными. А ведь должно было быть по-другому!
— Но не это главное, — продолжала Алиса, — одна из первых вещей, которую мы обнаружили — это ваша, земная абсолютная слепота к инопланетным технологиям. Это — уникальное свойство. И мы совершенно уверены, что оно создана искусственно. И мы прикладывали значительные усилия для того, чтобы открыть эту тайну. Пока, к сожалению, безуспешно.
— У Марса вы остались потому, что основа вашего корабля — естественный планетоид, да? — уточнил Питер, — но ведь это жутко неудобно для координации миссий!
— Неудобно, — согласилась Алиса, — а куда деваться? К тому же, и Марс, и пояс астероидов очень интересны для исследования. Две огромные могилы двух могущественных цивилизаций… нам даже удалось освоить кое-какие новые технологии. Мы, кстати, уверены, что в прошлом они воевали. Наверно, поэтому и погибли до того, как их считали.
— Что с ними сделали? — переспросил Чжан.
— Упс, — Алиса прикрыла рот ладошкой, — похоже, проболталась. Вы ведь ещё не догадались, что происходит, да? А все почему? Все потому, что реальность слишком чудовищна, даже для того, чтобы её предположить.
— Вы… поделитесь с нами этим знанием? — осторожно спросил Питер.
— Конечно, поделюсь! — улыбнулась Алиса.
— Что вы захотите взамен? — спросил Чжан.
— Для того, чтобы назвать свою цену, и предмет переговоров, вы должны точно понимать, что происходит, и почему, — ответила Алиса, — иначе любой торг будет совершенно бесполезен, не так ли? Конечно, мне бы хотелось, чтобы вы были более сообразительными, и догадались хотя бы о чём-то. Но пока, насколько я вижу, все ваши теории, даже самые смелые, очень далеки от истины.
— Мы все внимание, — сказал Питер.
— Что ж… может, хотите воды? Или чаю? Разговор предстоит долгий! — предложила Алиса.
— Спасибо, я потерплю, — ответил я.
Питер и Чжан отрицательно покачали головами.
— Ну как хотите, — улыбнулась Алиса, — давайте начнем с азов. Кто из вас знаком с правилом Тициуса-Боде? — спросила она.
Чжан поднял руку. Мы с Питером переглянулись, и отрицательно помотали головами.
— Блестящие умы, верно? Удивительно, почему так мало внимания этому открытию уделялось в последующие века! — вдохновенно продолжала Алиса.
— Речь о геометрической прогрессии, описывающей расстояние между планетами Солнечной системы, — пояснил Чжан, — эти ученые первыми обнаружили эту закономерность эмпирически.
— И только в последнее время появились робкие попытки как-то объяснить этого слона в комнате, верно? — улыбнулась Алиса, — вы-то хоть не верите в этот бред насчёт гравитационного резонанса?
— Некоторые расчеты выглядят довольно убедительно, — китаец пожал плечами, — да и Нептун спутал все карты.
— Нептун, как несложно догадаться, захваченная совсем недавно планета — странник, — ответила Алиса, — это же очевидно. Только поэтому он не вписывается в правило Тициуса-Боде. Ну хорошо. Допустим, гравитационный резонанс. Но как насчет другого слона в комнате? — она снова ослепительно улыбнулась, — великое разнообразие химических элементов, и присутствие сразу всей таблицы Менделеева на планетах земной группы? Вы правда считаете, что это «дело рук» далёких сверхновых? Да ладно, хоть кто-то бы попытался посчитать вероятность такого развития событий, благо весь математический аппарат для таких расчетов у вас есть! А знаете, почему ваши ученые этого до сих пор не сделали? Потому что любые другие альтернативные идеи предполагают внешнее вмешательство, — она торжествующе нас оглядела, и продолжила: — сейчас вы уже знаете, что во Вселенной наличие планет у звезды — это, скорее, правило, чем исключение. И это правило совершенно не вписывается ни в какие расчеты естественной эволюции звездной среды. Но пока вы отложили исследование этого важнейшего вопроса в долгий ящик, чтобы не тревожить и не будоражить зря научную общественность.
 
— Алиса, к чему вы клоните? — спросил Питер, — мы говорим уже довольно давно, но даже не приступили к обсуждению действительно важных вопросов…
— Питер, — вмешался китаец, — не сейчас. Этот вопрос действительно важен. Я знаю, куда она клонит.
— Спасибо, И Вэй, — улыбнулась Алиса; так я впервые услышал имя своего коллеги по полёту — от инопланетного компьютера, — вы верно догадываетесь. Почти все планетные системы, по крайней мере, в нашей Галактике, созданы искусственно. Более того — я могу даже показать технологии создания планетной системы. Хотя признаюсь: мы сами узнали такие подробности совсем недавно.
Алиса хлопнула в ладоши, и свет в салоне померк. В одном из окон появилось изображение звезды.
— Этот молодой желтый карлик — ваше Солнце, примерно семь миллиардов лет назад, — прокомментировала Алиса. Изображение звезды, приглушенное достаточно, чтобы на его поверхность можно было смотреть, стремительно приближалось, — мы немного увеличим масштаб, иначе вы не разглядите самого главного, — добавила она, — когда кипящий океан занял всё окно, в его центре появилось что-то вроде оптического искажения. Как будто вдруг в пространстве перед светилом возник маленький хрустальный шарик, — это — открытие червоточины, — пояснила Алиса, — сейчас оттуда появится около кубического километра вещества нейтронной звезды. Вы его не разглядите, это песчинка в таком масштабе. Но смотрите, что будет дальше! — хрустальный шарик исчез. А на поверхности звезды появился огромный протуберанец. Буйство раскалённой материи заполонило экран. Воображаемая камера стремительно увеличила масштаб изображения, и мы смогли увидеть, как существенная часть материи Солнца, закручиваясь спиралью и медленно остывая, формирует овальный пульсирующий объект, летящий в пространство от звезды по раскручивающейся спирали, — это — рождение Юпитера, — пояснила Алиса, — один из калибровочных выстрелов. Удивительно, правда? Газовые гиганты в планетных системах — это результат именно такой калибровки. Ваша система, кстати, экспериментальная. Калибровка выбрасывала газовые гиганты на внешние орбиты. В более молодых системах они остаются внутри, рядом со звездой, чтобы со временем вернуть ей заемное вещество, и продлить время термоядерной реакции, — Алиса сделала паузу, и оглядела нас, — да-да, вы верно все понимаете. Вещество нейтронной звезды дает разнообразие химических элементов. На вашей Земле до сих пор находят уран! Это ли не чудо инженерии? За то, чтобы планеты могли поддерживать жизнь — их звезды платят собственной кровью. Мы все — цивилизации второй и последующих волн — искусственно созданные дети раненых звезд, — она снова улыбнулась, вздохнула, и скрестила на груди руки.
— Очень поэтично, — заметил я.
— Правда? Вы так думаете? — щеки голограммы тронул едва заметный румянец; она потупила глаза, — я рада, что у меня получается.
 
— Давайте всё-таки вернёмся к этому во всех отношениях интересному разговору, — вмешался Чжан, — кто обладает такими технологиями? И главное — для чего он это делает?
— О, это совсем просто! — Алиса покачала головой, — и кое-кто из ваших лучших умов уже начал догадываться, как обстоят дела на самом деле. Посмотрите на эту Вселенную, — она повела рукой, и изображение за всеми окнами наполнились звездами, скоплениями, галактиками, газовыми облаками, и прочими астрономическими объектами, — посмотрите, как она сделана. И попробуйте представить себе — что является конечной целью именно такого дизайна? Что производит такая удивительная конструкция?