Попаданка 2 (СИ)
— Ты сейчас домой или меня подождешь?
— К вечеру сама приеду. У меня ученики, — заметив, на моем лице искренне удивление, педагог по боевке усмехнулась. Грациозно поднявшись, напомнила: — Я же в штате Школы. Ректор попросил по возможности заниматься с одаренными студентами. С тобой на сегодня закончили. Время есть. Не вижу причин отказываться.
Ощущая легкие уколы ревности, я хмыкнула. Оказывается, наставницу делить ни с кем не хочу. Надо же. Прогнав неуместный инстинкт собственника, широко улыбнулась:
— Жду к ужину. Хорошего дня.
— Взаимно. Иди уже. Опоздаешь на лекцию, — в интонации Раи отчетливо слышалась забота.
Помахав на прощание, я покинула раздевалку и пошла по пустынному коридору. Выйдя из здания, инстинктивно прищурилась: игривые солнечные лучи, так и норовили заглянуть в глаза. Вдохнув полной грудью свежий воздух, запрокинула голову. Глядя на прозрачно-голубое небо, почувствовала, что улыбаюсь.
Жизнь продолжается. Все обязательно будет хорошо.
— Девушка, что вы творите? — внезапно послышался строгий голос.
Озадаченно нахмурившись, повернулась на звук. В нескольких шагах от меня стоял довольно симпатичный светловолосый парень.
— О чем вы? — спросила с недоумением.
— Это же преступление. Нельзя быть такой красивой! — заулыбавшись, студент подошел ближе. — Разрешите представиться: княжич Руслан Евгеньевич Новохватько, — юноша красноречиво замолчал, определенно намекая, насколько мне повезло.
О, столичных мажоров подвезли. Как раз для полного счастья и не хватало.
Нацепив привычную маску невозмутимости, я бесстрастно ответила:
— Приятно познакомится, Руслан Евгеньевич. К сожалению, мне пора. Опаздываю на лекции, — собралась было идти, однако не успела.
— Куда же вы убегаете⁈ — игриво воскликнул юноша и цепко схватил меня за запястье. Резко притянув к себе, княжич проникновенно зашептал: — Владислава, вы бесподобно красивы и заслуживаете роскошной жизни. Я могу хоть завтра увезти вас в столицу. Обещаю, такой страстной женщине, как вы в постели со мной скучать не придется, — сексуально проворковал и, демонстративно глядя на губы, ясно дал понять, что сейчас поцелует.
Да ладно⁈ Это еще, что за новости?
Внезапно почувствовала чей-то пристальный взгляд. За нами однозначно наблюдали. Что черт возьми происходит? Увы, оглядываться в поисках согляда́тая нет времени. Необходимо срочно решать текущую проблему.
Угрожающе прищурившись, я ледяным тоном приказала:
— Руки уберите.
Очевидно, не веря ушам, княжич изумленно похлопал ресницами, нехотя отпустил запястье. Не двигаясь, он казалось, пытался понять, что пошло не по плану.
Усугублять конфликт с московским аристократом желания не было. Не дрогнув ни одним мускулом на лице, я холодно сказала:
— Будем считать, что в ваших действиях не было намерения меня оскорбить, Руслан Евгеньевич. Впредь, настоятельно рекомендую не приближаться ко мне настолько близко и тщательно следить за речью. Всего доброго.
Поправив на плече лямку рюкзака, я решительно пошла по тропинке. Меж лопаток зудело. Меня определенно провожали взглядом. Причем не один человек.
Вот с чего вдруг этот дворянин так нагло себя повел? В Москве настолько свободны нравы? Нет, что-то здесь не так. Еще и этот таинственный шпион, что б его черти на костре поджарили! А может, просто показалось, что за нами подсматривали?
Душу тревожило беспокойство. Обдумывая произошедшее, подошла к нужному корпусу. Войдя в прохладный холл, уверенно повернула налево и услышала за спиной знакомый женский голос:
— Владислава!
Остановившись, я обернулась, сдержанно поздоровалась:
— Здравствуйте, Ирина Анатольевна.
Бывшая «развратница» торопливо подошла. Нервно поправив выпавший из прически локон, быстро сказала:
— Я обещала вам свои лекции. Вот, держите, — протянув тонкую тетрадь в мягкой коричневой обложке, она сокрушенно вздохнула. — Боюсь, по двойным звездам ничего особо и нет. Но может сгодится.
— Спасибо, — искренне поблагодарив, я положила тетрадь в рюкзак и скорее ради приличия поинтересовалась: — Как ваши дела?
— Да все в порядке, — женщина несколько раздраженно передернула плечами. — Студенты, как всегда, отлынивают от учебы. В целом все действительно неплохо. Пристально посмотрев на меня тихо спросила: — Владислава, могу быть уверена, что… — оборвав себя на полуслове, педагог с силой закусила губу.
Кивнув проходящему мимо одногруппнику, я мысленно тяжко вздохнула. Вот что спрашивается «развратница» так нервничает? Я реально уже и забыть успела о ее «грехопадении». Да и учительница вроде поблагодарила за помощь. А тут сюрприз: оказывается, продолжает себя накручивать. Право слово, ни к чему это.
— Я уже забыла, — объявила мысли вслух. — И вам не помешает сделать так же, — сообщила многозначительно. Затем словно спохватившись, достала из кармана мобильный. Глянув на засветившийся дисплей, с показной досадой поморщилась. — Ирина Анатольевна, рада бы пообщаться, но у меня пять минут до лекции.
— Конечно — конечно, — моментально отреагировала педагог. — Опаздывать не следует.
— Всего доброго, — мило улыбнувшись, я торопливо пошла к аудитории.
Не скажу, что педагог по истории мне не нравилась. Нормальная женщина. Просто не знаю, о чем с ней разговаривать. А в очередной раз убеждать, что я не сволочь, честно признаться надоело.
Зайдя в шумную аудиторию, нашла взглядом Аннушку: та сидела, как и прежде на самом верху. Поднявшись по крутым ступенькам, я уселась рядом со старостой. Думая о своем, обронила:
— Привет.
Достав из рюкзака планшет, тетрадь и ручку, покосилась на странно молчаливую Анну. Однозначно нервничая, та сосредоточенно рылась в своей сумке. Подперев кулаком щеку, я немного понаблюдала за дерганными движениями девушки. Не меняя позы, негромко спросила:
— Что стряслось? Реклама получилась настолько плохая?
Замерев, Аня несколько ударов сердца не шевелилась. Затем поерзала на лавке и громким шепотом сказала:
— Света говорит, что реклама должна в первую очередь привлекать внимание. Эта точно привлечет, — положив предо мной мобильный, Васильева смущенно потупила взгляд.
Прочитав рекламный слоган, я не смогла сдержать улыбки. Воин с трусами на голове? Креативно. Прям очень. Юная рекламщица оторвалась по полной. Я бы точно на такое не согласилась. Однако сделанного не воротишь. Что появилось в сети, там и останется. Впрочем, кто знает? Может и сработает как надо.
Пристально посмотрев на Васильеву, подалась к ней ближе:
— Ты поэтому так дергаешься? — указала пальцем на рекламную картинку с воином и двумя девицами в трусах. — Или новый повод есть?
Дочь купца тяжко вздохнула, с неохотой кивнула. Взяв мобильный, шустро потыкала в дисплей. А после не спеша мне показывать, сердито сказала:
— Гадости про тебя пишут. Вот это везде, — протянув мне гаджет, она нахохлилась словно воробей.
Удивленно хмыкнув, вновь взяла телефон и не поверила своим глазам. Про меня писали в сети. Причем в прямом смысле смешивали с грязью. Анонимный автор безапелляционно заявлял о моей сексуальной озабоченности; рассуждал, что над нимфоманкой двойной звездой непременно нужен жесткий контроль, иначе беды не оберешься. Дескать прямо на улице начну силой брать мужчин. И много-много раз упоминал о том, какое я тягостное бремя для рода, что решиться сделать меня своим членом.
Все мерзопакостные тексты сопровождалась фотографиями. Если бы просто моими — не беда. Можно ссылаться на бред сумасшедшего. Однако порочащая мою репутацию сволочь постаралась на славу. На всеобщее обозрение этот гад выложил фото, которые не сложно трактовать двояко.
На одной фотографии я сидела за столиком с худощавым юношей. Определенно это моя встреча с «фээсбэшником». Не помню, что б вообще улыбалась службисту. Однако удачливый папарацци умудрился запечатлеть меня с сексуально-загадочной полуулыбкой.
На другой фотографии выходила из машины барона Росса, шла к машине Алексея Пожарского. И уже на следующей меня страстно целовал граф Алексей Васильевич Пожарский.