Наследницы

— Мам, подожди, объясни, в чем дело?
— Он запросто мог меня убить! Я доходчиво объяснила?
— Стоит ли так преувеличивать? — тихо, но твердо оборвала мать Вера.
— Дожили! — выкрикнула рыдающим голосом Анна Федоровна. — Тебе теперь все дороже и ближе, чем родная мать! Хотя по большому счету тебе на всех наплевать. А знаешь почему? Да потому, что ты сама не мать!
У Веры что-то сжалось внутри. Она отчетливо услышала, как учащенно забилось сердце. Анна Федоровна подошла к дочери вплотную, заглянула в глаза, будто для того, чтобы удостовериться в эффекте сказанных ею слов, и зло выпалила, понизив голос до горячего горького шепота:
— Стоило ли делать аборты от собственного мужа… И тот первый, кошмарный!.. Чтобы лишить себя возможности иметь детей…
— Не смей так говорить, — прошептала Вера.
— …а меня лишить возможности иметь внуков, — не слыша дочь, закончила свою мысль Анна Федоровна.
— Прекрати немедленно, слушать тебя не хочу.
— А ему другая женщина родила!
— Откуда ты знаешь?
— Мир не без добрых людей — донесли.
— Ты знала и ничего мне не сказала? Как ты могла?
— А тебе-то какое дело до чужого ребенка?
— Прекрати! — оборвала ее Вера, побледнев.
— Не затыкай мне рот! — яростно прошипела Анна Федоровна. — Вся твоя жизнь — абсурд! Цепь нелепостей и неверных шагов!
— Отлично! — больно задетая за живое, Вера стала подниматься по лестнице. Преодолев несколько ступеней, она обернулась и бросила матери: — Зато сейчас я сделаю верный шаг. Как ты помнишь, я уже месяц не живу в этом доме. Так вот: отныне я не буду приходить сюда вообще!
Она направилась в свою комнату с единственным желанием — взять сумку, кое-что из вещей и немедленно уехать в галерею. В руке завибрировал мобильный телефон.
— Алло. Антон!.. Так говори, раз вспомнил… Ну конечно, Степанова! Клавдия Степанова… Спасибо тебе огромное. — Вера бросила взгляд на халат Олега, который лежал на кровати. — Все, дорогой, теперь ты от меня не уйдешь… — Вера набрала «09». — Алло, будьте любезны, мне нужен телефон справочной города Мытищи.
* * *
Галине Васильевне и Андрею повезло — электричка до Вороново отправлялась через десять минут, так что у них было время выбрать вагон. Выбирали по принципу, где больше людей, — в целях личной безопасности. В столь поздний час восемь пассажиров — самое большее, на что они могли рассчитывать. Устроившись у окошка друг против друга, они возбужденно переговаривались. В этот момент они и в самом деле больше походили на друзей-приятелей, чем на бабушку и внука.
— Господи, куда мы едем? На ночь глядя? — Галина Васильевна рассмеялась. — Это нам шампанское в голову ударило!
— И «Этюд в красных тонах»! — подхватил Андрей. — Бред! Тащимся на электричке! Могли бы тачку взять или мать дождаться, она бы нас подбросила!
— Забыл, что Арина велела ехать на электричке? — напомнила внуку Галина Васильевна. — На станции нас встретит ее шофер.
— Велела! — возмутился Андрей. — Да кто она такая?
— Приедем — узнаем, — задумчиво ответила Галина Васильевна.
— А ты номер машины запомнила?
— Она не сказала, — уверенность Галины Васильевны сменилась сомнением, — или я забыла…
— Вот тебе раз!
— Нет, точно, номер машины она не назвала, сказала, что за нами приедет ее шофер.
— Галь, а чего это мы с тобой так сразу поверили этой бабе? А вдруг это подстава?
— Андрюш, ты чем слушал? — Галина Васильевна заговорщицки зашептала, наклонившись к внуку: — Я же ее попросила назвать особую примету! И она назвала! В правом углу картины Володя написал: «Галке». Мне, понимаешь? — Ее глаза молодо заблестели.
— Значит, будем считать, что это не блеф.
— Это единственная Володина работа, посвященная мне! Правда, потом он чуть было не затер посвящение..
— Это почему же? — поинтересовался Андрей.
— По кочану! — Галина Васильевна засмеялась. — Приревновал к одному лысому занудному графику.
— Имел основания? — напустив строгости, спросил Андрей.
— Балда! — Она шутливо потянула внука за ухо. — Ни малейших!
 
— Ясный перец! — Андрей одобрительно кивнул. — Ты всегда была ему верна, как Пенелопа…
— Именно. А мой Одиссей приревновал меня, — с печальным светлым вздохом добавила Галина Васильевна. — Господи, как мы любили друг друга! Как были счастливы…
— Это вы спрашивали Вороново? — подвыпивший старичок с корзинкой в руках остановился рядом с ними.
— Да, мы. — Андрей встал.
— Я сейчас выйду, а вам — на следующей.
— Спасибо, — хором поблагодарили они старика.
За окном мелькали деревья, освещенные фонарями роскошные особняки и деревянные дома. С черного неба смотрела полная луна, похожая на яичный желток.
— Странные эти новые русские — строить дома рядом с железной дорогой! Дураки какие-то! — заключил Андрей, покрутив пальцем у виска. — Вот были бы у меня деньги, — мечтательно продолжил он, — я бы построил дом в лесу у озера или на берегу речки…
— Как в Поленово? — мечтательно спросила Галина Васильевна.
— Во-во, как в Поленово.
Электричка сбавила ход, начала медленно тормозить.
— Подъезжаем, — спохватился Андрей, — Галя, давай на выход.
— С богом, — прошептала Галина Васильевна, поднявшись с сиденья.
На маленькой привокзальной площади не было ни души. Лишь большая замызганного вида собака рылась в мусорном ведре, добродушно порыкивая. Галина Васильевна и Андрей огляделись в поисках машины. Кроме грузовика с надписью «Хлеб», никакого транспортного средства не наблюдалось.
— Приехали! — с раздражением сказал Андрей. — Картина Репина «Не ждали»! Что делать будем? Обратно или…
Он не успел договорить, как из темноты выехал джип и остановился в десятке метров от них.
— Может, это за нами?
Взявшись за руки, они нерешительно двинулись навстречу мужчине, вышедшему из машины. Тот шел уверенной, чуть вальяжной походкой. Оказавшись рядом, незнакомец галантно склонился к руке Галины Васильевны.
— Извините, что опоздал. — Его едва заметно повело в сторону.
Это был плотный мужчина средних лет, в светлом костюме-тройке, в стильных очках.
— Здравствуйте! — приветливо сказала Галина Васильевна. — Вы за нами?
— Да, — он выпрямился, — меня зовут Евгений. — И, рукой показав на машину, предложил: — Поехали?
Галина Васильевна и Андрей удобно расположились на заднем сиденье. Вскоре джип выехал на проселочную дорогу. Справа тянулось бескрайнее, только что вспаханное поле, впереди горели огни дачного поселка.
— Простите, а кем вы приходитесь хозяйке дома, в который мы едем? — вежливо спросила Галина Васильевна.
Вместо ответа Евгений резко набрал скорость, рывком рванул руль вправо.
— Вы слышите меня? — В голосе Галины Васильевны зазвучала тревога.
Джип вылетел с трассы, как с трамплина, перемахнул через неширокую канаву и понесся по полю, подпрыгивая на неровной, распаханной земле. Дачный поселок стремительно приближался.
Галина Васильевна крепко обняла внука, прижав его голову к своей груди, и закрыла глаза. Андрей напряженно молчал.
— Ну что, сократим дорожку?! — дурным голосом крикнул Евгений. — Времени в обрез! Арина ждет! И «Этюд» вас ждет не дождется!
Машину швырнуло в сторону, она подскочила на комьях земли. Галина Васильевна и Андрей съезжали по сиденью то влево, то вправо, но, крепко обнявшись, не разнимали рук.
Открыв глаза, Галина Васильевна увидела перед собой метрах в ста двухэтажный коттедж. Он просматривался как на ладони. На крыльце появилась женщина. Она быстро сошла по ступенькам, подошла к воротам. Едва джип, проехав юзом, замер, как вкопанный, перед воротами, они открылись.
Евгений выскочил из машины и, обежав ее, распахнул заднюю дверцу.
— Прошу-с! Приехали-с! — ернически объявил он.
Высокая блондинка в черном платье, поверх которого была накинута шаль, быстро подошла к машине, помогая Галине Васильевне выбраться.